Голод сердца
Шрифт:
Так, будто думала, что ее жажда вызовет его отвращение.
Это было не так.
Он испытывал ярость. Безумную ярость на тех, кто мучил его любимую. На вот этих «они», которые и сделали такое с его Яриной.
— Я чудовище, да, Саша? — ее глаза искали подтверждение этому в нем, выискивали обвинение. — Если ты знаешь, скажи — я ужасна?… Мне так больно…, и так хочется крови… Но это же отвратительно…? Кровь… отвратительна…, я так думала раньше, а теперь, — она замолчала, так и продолжая смотреть на него, столь явно нуждаясь в поддержке.
И Алекс понял,
— Нет, Яря, нет, — мягко потянув за ее ладонь, он приблизил Ярину к себе. Почему-то, Алексу казалось, что этот голод…, эта жажда — мучает ее, причиняет страдания, не меньшие, чем муки совести и метания разума, которые его Яря так явно испытывала. Но ее вины не было в том, что она стала вампиром. И Алекс собирался сделать все, чтобы уменьшить страдания любимой, как душевные, так и физические. — Ты не чудовище, милая, совершенно точно — нет. И ты не должна мучить себя, не сейчас, когда можешь утолить свой голод.
Ярина покачала головой и попыталась отстраниться.
Однако он не позволил, а она… наверное, и сама не понимала, как неистово нуждалась в этом, потому что не использовала свою силу, которой, явно, имела теперь гораздо больше.
Зная, что играет не совсем честно, Александр поднял пораненную руку и обхватил ею щеку девушки, заставляя в полной мере ощутить аромат крови.
— Возможно, моя кровь не самое лучшее, что ты могла бы получить, — Алекс ступил еще ближе, решив, что должен ее предупредить, так как помнил реакцию Лины. — Но пока нет иного способа утолить твой голод, ты можешь ее взять? Пожалуйста, Яря? — он смотрел на ее лицо, которое казалось удивленным. Не задумываясь над этим, Александр продолжил, — пожалуйста, любимая. Я не хочу, чтобы тебе было больно.
У Ярины вырвался отрицающий возглас.
— Но это не так, Саша, — она покачала головой, и он заметил, как сложно ей было сдержаться, и не повернуть лицо. Видел, как дернулось ее горло.
Отчего-то, ему захотелось, чтобы она не сдерживалась. Чтобы не могла устоять перед его кровью так же, как не могла раньше устоять перед ним самим.
Абсурд. Сейчас совершенно не о том стоило думать.
И потом, он же имел представление, что будет. В этом не было ничего приятного.
И все же, с Яриной — он желал этого…
Наверное, просто потому, сколько всего было между ними, потому, что любил Ярину.
— Твой аромат — это, — Яря взмахнула рукой, словно не могла найти слов. — Он такой… манящий, словно именно то, что мне необходимо… Я не знаю, как это рассказать…, но он гораздо лучше всего, что я ощущала за эти дни… Я не вызываю отвращения у тебя, говоря подобное? — она опять увлажнила губу, и в этот раз, ее язычок задел его кожу.
Это было похоже на разряд тока, побежавший по его нервам. Настал черед Александра глотать с затруднением.
Ей не была отвратительна его кровь.
Такая мысль — его успокаивала…
Хм, нет, черт возьми, это тешило его самолюбие. Заставляло
А от совокупности подобного ощущения, и того, что сама Яря, стояла рядом, почти в его объятиях…
После всех этих дней — это было испытанием для Александра. Серьезно. Ему хотелось хотя бы обнять ее, крепко прижав к себе, так, чтобы не осталось никакого расстояния. Но боясь напугать Ярю, пошатнуть то, что уже было достигнуто, Алекс не позволял себе ничего, кроме легкого касания своих ладоней к ее щекам, кроме нежного поглаживания ее руки, которую так и не отпустил.
— Нет, любимая, — его голос стал низким и хриплым, но Александр был уже не в силах повлиять на это. — Нет, я только рад, если это будет приятно для тебя.
С этими словами он еще немного приблизил свою ладонь к ее губам.
Пальцы Яри мягко обхватили его кисть, но сама она, даже прижавшись к его коже ртом, скользя по пульсу на запястье Алекса языком, продолжала неуверенно смотреть в его глаза.
Он не понимал. Чего она боится?
И тут Алек вспомнил, то, что Яря говорила только что. Его любимая еще никогда не делала ничего подобного. Он будет первым, чью кровь она выпьет как вампир.
Иисусе!
Наверное, было глупо так радоваться данному факту. Но Алекс радовался. И даже, испытывал нечто большее. Чему никак не мог найти никакого объяснения.
— Пей, Яря, — Алекс сам надавил, так, чтобы ее клыки царапнули его запястье, не давая ей отступить в этот раз. — Пей, любимая.
И Ярина поддалась своей жажде. Наклонив голову, она прокусила его вены, жадно делая первый глоток.
Черт! Наверное, он окончательно сошел с ума!
Это было совершенно иначе, чем пару дней назад, когда Алекс пытался помочь напарнице. Совершенно не так.
Словно небо и земля…
И сейчас, Алекс, вне всякого сомнения, был на Небесах.
Из горла Яри вырвался тихий горловой стон, но она не оторвалась от его руки, делая новый глоток.
Этот звук, заставил его напрячься. В буквальном смысле, каждую мышцу в его теле.
Алекс знал его так же хорошо, как и каждый миллиметр тела своей любимой. Когда Яря так стонала — она начинала испытывать возбуждение.
Ее возбуждало то, что она пьет его кровь?
Что ж, значит ему нечего было стыдиться своего собственного вожделения, которое завладело Алексом, стоило тому дотронуться до ее щеки. Едва он понял, что она здесь. Живая, не важно, каким способом.
А от того, как ее язык, ее губы, двигались по его запястью, от тихого, чуть засасывающего ощущения ее глотков — его возбуждение стало почти болезненным. Он не помнил, когда зима в Бухаресте успела стать настолько жаркой, что его кожа покрылась испариной. А дыхание стало таким частым, словно Алек пробежал несколько километров. Собственно, оно не было настолько тяжелым, когда мужчина в самом деле бежал, догоняя Ярину.
Плоть Алекса, напряженная от одного ее присутствия, сейчас — болезненно пульсировала. Ад! Но ведь он всегда безумно желал ее…