Чтение онлайн

Она повернулась к экономке, чувствуя необходимость воспользоваться своим авторитетом, пока ситуация совсем не вышла из-под контроля.

— Миссис Морган, я бы хотела, чтобы вы посидели с Рори в субботу вечером. Я пока еще не знаю, в котором часу…

Миссис Морган смотрела на нее довольно странно.

— Неважно. Буду только рада.

Уэнди поспешно продолжала:

— А на следующей неделе мы с мистером Берджессом уезжаем из города на несколько дней. Мы не возьмем с собой ребенка, но если вы почему-либо не сможете позаботиться о ней,

то мы оставим ее у… Что-то не так, миссис Морган?

— Все так. Конечно, я позабочусь о ней.

— Спасибо. — Но что за странный взгляд! Уэнди решила: это, должно быть, от шока. Несомненно, миссис Морган не привыкла натыкаться на своих нанимателей, когда они обнимаются в кухне. Уэнди почувствовала озноб; мокрый свитер неприятно лип к телу. — Я буду у себя в комнате, если вам понадоблюсь. — Она хотела выйти.

— Миссис Берджесс, — неуверенно окликнула ее экономка.

Уэнди обернулась на пороге кухни,

— Да?

— Вы собираетесь приготовить кофе или вы просто испытываете нежные чувства к кофейнику?

Уэнди опустила взгляд вниз. Она все еще сжимала в руках пустой кофейник. Она снова проделала путь к столу и поставила его на место, высоко держа голову и сохраняя достоинство. Все было бы хорошо, если бы ей не случилось взглянуть на миссис Морган, в глазах которой она уловила ироничный блеск.

Как нелепо мы, должно быть, выглядели, подумала она. Ее душил истерический смех. Она побежала к себе наверх за сухим свитером, но вместо того, чтобы искать свитер, бросилась на покрывало и безудержно зарыдала.

Какой же глупышкой была она, так долго не замечая, что с ней происходит! Она была так поглощена заботами о будущем Рори, что вообще ничего не замечала.

Или замечала? Уэнди заставила себя проанализировать этот вопрос. Ну что же, по крайней мере, она никогда не думала ни о чем, кроме делового союза, предложенного Маком, — в этом она была совершенно уверена. Но подсознательно — знала ли она все это время, что желает большего? Если так, то не это ли было причиной ее сомнений в разумности идеи выйти за него замуж?

Нетрудно было понять, почему она так растерялась в ту первую ночь, когда Мак пришел в ее спальню. Да, она испугалась, но также и обрадовалась тому, что он пришел. И она хотела, чтобы он остался, она хотела, чтобы его влекло к ней, как подсознательно влекло ее к нему. Когда же Мак ушел, она почувствовала боль.

Он требовал от нее только верности. Он поклялся ей, что на первом месте у него преданность Рори и что так будет всегда. И Уэнди заверила его, что у нее тоже.

Но теперь это было неправдой. Как ни любила она Рори, как трепетно к ней ни относилась, Рори больше не была единственной радостью в ее жизни. Мак также сумел проникнуть в ее сердце, и теперь его нельзя было вырвать оттуда. Подсознательно она воспользовалась ребенком, чтобы получить то, что хотела, — Мака. И пусть ее поступки не причинили Рори никакого вреда, в глубине души Уэнди раскаивалась.

Теперь у нее было все, что она стремилась завоевать. Она стала

женой Мака, пусть и номинально. И он дал ей слово, что она останется его женой в обозримом будущем. Даже если его клятва и относилась больше к Рори, чем к ней, на его обещание все же можно положиться. Пока ей придется удовлетвориться этим.

А в будущем все может произойти. Она знала, что ей не следует рассчитывать на большее, но не могла забыть, что на нее любовь снизошла внезапно. Вероятно, то же самое может случиться и с Маком — при благоприятных обстоятельствах. Если она будет очень, очень осторожна…

Держаться этой линии было трудней всего. Нетрудно было бы покорить Мака проявлениями нежности — подобное давалось ей естественно, когда речь шла о людях ей небезразличных. Но Уэнди постоянно приходилось напоминать себе, что Мак, возможно, и не поддастся очарованию. Поэтому, прежде чем что-то предпринять, она старалась продумать каждый шаг, учесть все возможные затруднения и недоразумения.

Иногда ей казалось, что она улавливает выражение озадаченности в глазах Мака. Ее не удивляло это; она знала, что по временам выглядит преглупо, не в состоянии толково ответить на заданный ей вопрос.

В пятницу их неожиданно навестила Тэсса. На улице снова бушевала метель; она впорхнула, раскрыв объятия для Уэнди, затем пощекотала подбородок Рори.

— У меня появилось несколько шикарных идей относительно детской одежды, и я надеюсь, ты не откажешься взглянуть. Если у миссис Морган найдется для меня чашечка чая, я буду бесконечно благодарна.

— Она прибирает одну из комнат наверху, и я бы не осмелилась отрывать ее ради чая. — Уэнди повела гостью на кухню и посадила Рори на расстеленное на полу одеяло.

— Это только грубые наброски, ты понимаешь.

Уэнди поставила на плиту чайник, взглянула через плечо Тэссы на листки бумаги и покачала головой.

— Слишком буднично для праздничной одежды, слишком изысканно для будничной, и главное, слишком дорого. — Увидев лицо Тэссы, она пожалела, что не проявила чуть больше дипломатичности. — Я хочу сказать…

— Нет, мне как раз и нужна твоя первая реакция. — Тэсса нахмурилась, глядя на наброски.

Уэнди подхватила Рори, которая пыталась уползти, и положила ее снова на одеяло. Потом села и взяла один из набросков Тэссы — платьице с лифом, украшенным рюшечками и изящно расшитым стеклярусом.

— Из-за одной только ручной работы цена будет так высока, что редкая мать сможет позволить его себе. Знаешь, Тэсса, как бы я попробовала пустить его в продажу?

— А мне показалось, что они тебе не понравились.

— Я этого не говорила. — Уэнди перетасовала наброски. — Как выкройки. Нет, как набор выкроенных деталей. Покупательница посылает деньги и получает бандероль с выкроенными деталями и инструкцией. Все, что ей нужно сделать, — это сшить их вместе, и вот у нее великолепное нарядное платьице для маленькой дочки. Если мать приложит к нему свои руки…