Гнэльф
Шрифт:
– Наверное, он жив… Наверное, он упал на дерево… – пролепетала девушка. – Одежды нет, значит, он ее надел…
– Его бросали по частям? Сначала одежду, потом его самого? – удивился профессор.
– Да. То-есть, нет! Сначала Сергей выбросил Микки, а потом одежду!
Гейзеровский потер виски: он, кажется, перестал соображать…
– Зачем он его раздел? Ваш Сергей – садист, извращенец?
– Да нет же! – не выдержала девушка. – Микки разделся сам, а дураку Сережке померещилось, что он – извращенец…
– У
– Да Сергея здесь не было, когда Микки разделся! Сергей пришел потом!
– А вы? Вы здесь были?
– Да, я была. – Ирочка спохватилась: – Я была на кухне, а Микки в ванной комнате! Он испачкался апельсиновым соком и решил помыться.
Аркадий Борисович облегченно вздохнул:
– Теперь мне все понятно. Но почему вы все это не объяснили Сергею?
– Я уехала в магазин за новой одеждой для гнэльфа. А Сережа пришел в мое отсутствие. И выкинул Микки вместе с грязной одеждой и обувью!
– Стоп! – Профессор резко поднялся из кресла. – Стоп, Ирина Михайловна… Мы вернулись к главному: гнэльфа выбросили из окна, он, кажется, не разбился, и… И нам нужно его искать! – ликующе закончил он свою тираду.
– Чтобы засунуть обратно в клинику? Он там умрет от тоски!
– Ничего, потерпит. Настоящий Глеб Кудашев скоро встанет на ноги: его дела не так плохи, как мы думали.
– Я хотела взять Микки к себе… Но это не возможно! Сергей очень ревнив.
– Место гнэльфа – в лаборатории. Вы мне поможете его найти. – Профессор подошел к Ирочке и обнял ее за плечи. – Мы – ученые, Ирина Михайловна… Мы обязаны проводить эксперименты…
Входная дверь распахнулась, и в гостиную влетел ревнивец Сергей.
– Еще один! – воскликнул он, увидев Гейзеровского, обнимающего его невесту. – Тебе мало сопляков-лилипутов, теперь взялась за старичков!
Профессор оскорбленно вскинул голову:
– Держите себя в руках, молодой человек! Или я выброшу вас в окно!
– Ха-ха-ха! – нагло рассмеялся Сергей. – Пока что этим делом занимаюсь я!
Он швырнул связку ключей на стол и сказал, обращаясь к Ирине:
– Твои ключи… Теперь они мне не нужны. Прощай!
Попугай на шкафу встрепенулся и громко выкрикнул:
– Дрружочек, маррш в крровать!
– Не смейся, Гарри! – рыкнул Сергей на глупую птицу и выбежал из квартиры прочь.
– Дурацкая ситуация, Ирина Михайловна… Извините… – Профессор подошел к дверям. – Так вы мне поможете?
– Нет, я выхожу из игры. Хватит! Он живой, вы это понимаете?!
– Понимаю. – Аркадий Борисович шагнул за порог и закрыл за собою дверь.
Глава тринадцатая
– Машенька, – обратился Николай Григорьевич Крупицын к своей супруге, – ты не хочешь
– Нет, Коленька. Бегать от кустика к кустику я не очень люблю.
– А мы побегаем. Топик, пошли гулять!
Старик Крупицын надел собаке поводок и повел ее на прогулку. Когда они проходили неподалеку от дома Глеба Кудашева (Глеб жил в одноэтажном частном домике), Топик вдруг прекратил изучать небогатую растительность здешних окрестностей и насторожился. Потом тихо заскулил и потянул старика в сторону родного дома.
– Там никого нет, Топ! Потерпи, дорогой, твой хозяин скоро вернется!
Но упрямый пес, несмотря на уговоры, продолжал тащить на буксире тщедушного старичка к дому Глеба Кудашева.
Когда они приблизились к зданию, Топик ринулся прямо к дверям и начал нещадно царапать их когтями, а Николай Григорьевич, выпустив поводок из рук, поспешил заглянуть в одно из окон. В доме был погашен свет, и он ничего не увидел. Но поведение разъяренного пса его здорово испугало. Вдруг к Глебу забрались грабители и сейчас они просто затаились?.. Старик Крупицын подбежал к собаке и схватил ее за ошейник.
– Нужно вызвать милицию, Топ! Вдвоем нам не справиться! – зашептал он в самое ухо рычащему псу.
Но Топик не унимался, и тогда старик решил его оставить «на посту», а сам побежал к себе домой вызывать милицию.
Вскоре милицейская машина примчалась на место преступления. Двое милиционеров выскочили из нее с пистолетами в руках и кинулись к дверям.
– Откройте немедленно! Милиция! – крикнул один из них и громко постучал в дверь.
Но гробовая тишина была им ответом.
– Что будем делать, Гиви? – спросил стучавший. – Кажется, там никого нет.
– А собака? – выкрикнул, выглядывая из-за дерева, Крупицын.
– Верно, Арсений! Собака тоже не откликается! – обрадовался подсказке Гаидзе.
Его напарник горестно покачал головой:
– Ее наверняка укокошили… А сами смылись.
Крупицын вылез из укрытия и подбежал к милиционерам.
– Может быть, он еще жив? Топик – отличный пес, его нужно спасти!
– Придется вышибить дверь, – проворчал Арсений.
Но Николай Григорьевич его успокоил:
– Не нужно ничего ломать! Я знаю, где лежит запасной ключ. Мне его сам Глебушка показал!
Сосед Кудашева подошел к потайному местечку, но ключа в нем не обнаружил.
– Испарился! – воскликнул он обескураженно и, взмахнув руками, ударил себя по бедрам. – Утром лежал здесь, а к вечеру испарился!
– Может быть, им воспользовался жулик? – предположил Арсений.
– Или его взяла сама собака, – высказал еще одну версию Гаидзе.
Арсений насмешливо хмыкнул:
– Взял в зубах поносить?
– Нет: открыть дверь! – ответил обиженный напарник.
Николай Григорьевич поддакнул: