Глубь 2
Шрифт:
Спустя минуту двинул следом. Эрик, уползший от нас метров на двадцать, замер и прильнул к стене. Именно от нее шел свет, едва заметный в маске в режиме ночного видения. Видимо, из-за того, что глаза Эрика привыкли к темноте, он и смог обнаружить это едва заметное сияние.
— Профессор, мы каким-то макаром оказались во внешней вентиляции, — произнес я, отогнав парня с девушкой, прильнувших к решетке. Хотя, судя по слабому свету, проникавшему в вентиляцию, дальше еще были такие же «окна».
— Ничего не понимаю, — развел руками Эско, — по схеме вы должны
— Ну, судя по всему, нам повезло, — сказал я задумчиво, разглядывая открывшуюся перед собой картину.
Зал оказался очередным филиалом ада. Метров в тридцать или сорок длиной. Высотой в три этажа. И все это пространство было заполнено шевелящейся массой, образующей чудовищный ковер на стенах и полу.
Эрик и Мия, расположившись у других окошек и напряженно вглядывались вниз. Хорошо хоть не шумели или не бились в истерике.
Фактически, сейчас мы находились в выступающей под потолком вентиляции и все пространство под нами прекрасно просматривалось. Да еще и работающие лампы очень хорошо освещали всю ту мерзость, что творилась здесь. В прямом и переносном смысле.
— А это что за хрень? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил я вслух. От увиденного внизу несло такими сильными неприятностями, что все мои предыдущие встречи с морфами уже не казались чем-то страшным.
В центре лаборатории возвышался миниатюрный зиккурат, едва не задевающий верхушкой потолок. Было в нем пять ступеней, и каждая состояла из стоящих на коленях обезображенных тел, между которыми находились широкие металлические пластины непонятного, постоянно меняющего форму, металла.
— Вот это настоящий симбиоз технологии и живого организма! — завороженно произнес Эско, глядя на странную конструкцию.
Из пола поднялось щупальце и сняло с ближайшей стены мертвое тело. Поднеся к нижнему, самому широкому основанию, закинуло труп в открывшуюся щель. Башня завибрировала, и от нее повеяло жаром. Даже до нас докатилась волна теплого воздуха.
Верхушка башни затряслась все сильнее. Люди, вмурованные в ее стены, все как один вскинули головы и закричали. Металл между ними стал прозрачным, и сквозь него стало видно, как внутри этой структуры замелькали тени, подсвеченные внутренним светом.
— Оно создает тело! — голос профессора прозвучал как будто бы издалека.
Мой мозг отказывал воспринимать то, что видели глаза, но после его слов я действительно разглядел, как десятки, нет, сотни рук разных форм и размеров кружат внутри этого инкубатора.
Затылок кольнуло, словно раскаленной иглой, но я не мог оторвать взгляда от того, как конечности с различными инструментами, выращенными из плоти и металла, ткали или заново пересобирали тело человека. Но, похоже, какая-то ошибка закралась в процесс. Что-то было неправильное, далекое от совершенства, в его пропорциях.
— Похоже что-то пошло не так, — словно читая мои мысли, произнес Эско.
«Ткачи» в инкубаторе стали замедлятся, словно тоже поняли, что создаваемое существо вышло не таким. Впрочем, внешнюю
Верхушка пирамиды раскрылась, словно гигантский бутон. В его середине в коричневой жиже плавало человеческое тело со смутно знакомым лицом, словно я где-то совсем недавно его видел.
Неожиданно человек вздрогнул, и по помещению пронесся крик. Что-то было до ужаса узнаваемое в этом звуке…
— О, нет… — с трудом сдержавшись, чтобы не выбить решетку и не сигануть вниз, прошептал я. Этот крик… Он был подобен крику новорожденного.
Спереди раздался громкий крик Мии. В отличие от меня, нервы девушки не выдержали. Я же в испуге замер, ожидая что на наше хрупкое укрытие обрушиться удар одного из щупалец, свернувшихся в кольца на полу.
Но, судя по всему, процесс, проходящий в инкубаторе, интересовал этого гигантского морфа куда больше «крыс», заведшихся в вентиляции.
Миа, еще раз вскрикнув, затхла. Надеюсь, она потеряла сознание, потому что то, что произошло дальше, выглядело еще более омерзительно.
В раскрывшийся «бутон» опустилось очередное щупальце и подхватило продолжающее кричать тело. Откуда-то сбоку появилась гигантская тварь, со множеством лап вдоль тела. Ее плоская голова была усеяна различного размера глазами. Были там и обычные, похожие на человеческие, и отдаленно напоминающие органы зрения насекомых.
«Многоножка», вытянув свое тело над лепестками, выстрелило языком в затылок созданного человека. Тот несколько раз дернулся и затих.
— Что происходит, Эско? — по-хорошему, нам надо было уходить отсюда, пока морф был занят. Но какое-то неясное ощущение останавливало меня. Словно что-то в будущем будет зависеть от того, что я смогу увидеть сейчас. — Трудно сказать, слишком мало информации, чтобы строить выводы. Хотя, смотрите, что происходит, — последние слова можно было и не говорить.
«Многоножка», впившись в тело замерла, а вот человек напротив, казалось, пришел в себя. Поддерживаемый щупальцем, он зашевелился, развел руки в стороны и задергал ногами.
С каждым мгновением его движения становились все более уверенными. Покрутив головой из стороны в сторону, он принял вертикальное положение.
— Эта тварь учится управлять человеческими телами? — из-за присосавшейся к нему «многоножки» он больше смахивал на куклу, чем на самостоятельный организм.
— Нет, не похоже. Здесь что-то не так, — возразил мне профессор, хотя, на мой взгляд, все было вполне очевидно.
От головы «многоножки» выдвинулась тонкая прозрачная трубка. Протянувшись до тела, она воткнулась ему в висок, и я заметил, как в трубку хлынула кровь. Навстречу ей, из «морфа», устремился ярко горящий пучок фиолетового света.
Преодолев сопротивление тока крови, свет исчез в черепе человека. Тот затрясся, выгнувшись так, словно у него совершенно отсутствовал позвоночник.
Затем, приняв позу эмбриона, он схватился за голову и закричал. Теперь его голос словно постарел. Так кричать могло только существо, повидавшее многое на своем пути.