Чтение онлайн

Пока вся компания чавкала по грязи мимо приземистых покосившихся домиков и пустой, без единой машины, заправки (там забыли выключить с ночи неоновые лампы, мертвенно-бледные в утреннем тумане), огородов, оврагов, свалки мусора возле перевернутого бака (здесь Вязгин наконец-то избавился от окурка) и запертого на висячий замок колодца, Ника решила устроить мини-опрос.

— И все-таки, — спросила она Женьку с Ромчиком. — Кто такой этот Чоппер?

— А черт его знает, — ответил Женька.

— Кузнец, — предположил Ромчик. — И слесарь.

— В общем, на все руки мастер, — подытожил Женька.

Они

говорили строго по очереди, не перебивая друг друга, и четко чувствуя, когда товарищ закончит фразу. Такое бывает у супругов, проживших лет этак двадцать в браке, но почти никогда — у подростков. Тех обычно распирает от желания поделиться информацией, если таковая имеется (или даже если нет), и говорят они наперебой, взахлеб — либо молчат, как рыбы. Но Ромчик с Женькой, что называется, спелись.

— Он байкерам мотоциклы делает, — объяснил Женька. — Может с нуля, с рамы. А может переделать. Причем любые делает, хочешь — трайки, хочешь — рэтбайки, или там софтейлы…

— Стоп-стоп-стоп, — сказала Ника. — Давай по-русски.

— Да, — засмеялся Славик, — В мое время подростки дрочили на порнуху, а не на «Дискавери»…

Клеврет густо покраснел.

— Ладно, проехали, — отмахнулась Ника. — Вы-то как на него вышли? Вы же вроде не байкеры.

— Через истфех, — сообщил Ромчик. — Один крендель рассказал на полигоне. Этот Чоппер еще и доспехи делает. У него все: и инструмент, и материал. Приносишь фотку, он называет срок и цену. Дорого, правда, мне бастард в полторы сотни обошелся, а перчатки — в полтинник. Баксов.

— Угу, — поддержал Женька, — а мне комплект — нагрудник, наплечники и шлемак — в двести. Надо будет, кстати, у него узнать, как там мой заказ… Все, пришли. Это здесь.

— Тишина, — сказал Вязгин, и непонятно было — это он скомандовал или просто констатировал факт.

Тишина действительно вокруг стояла ватная, как после контузии — Ника испытала подобное, когда в Газе первый снаряд взорвался в соседней комнате, осколками ее не ранило, а вот звуковая волна… Тогда тоже казалось, что мир ушел под воду, все звуки стали тихими и медленными, с трудом пробивались сквозь затычки в ушах… Здесь и сейчас просто не пели птицы, радуясь весеннему утру, перестали переругиваться собаки в частных дворах, и Ромчик с Женькой, на два голоса излагавшие занимательные факты о Чоппере, заткнулись практически одновременно.

Гаражи, мокрые и ржавые, тянулись по обе стороны размокшей грунтовой дороги, где уже успели разъездить глубокую колею. В ней стояли бурые лужи. С козырьков над воротами гаражей бесшумно срывались искрящиеся капельки воды. Между железными и кирпичными углами пробивались обломанные кусты, за которые еще цеплялись клочья вчерашнего тумана. Чуть дальше, возле смотровой ямы с эстакадой, врос в землю прогнивший остов «Запорожца», и валялись старые лысые покрышки.

В воздухе витал легкий, едва уловимый аромат гнили и плесени.

Первым тишину нарушил Славик. Он деловито зашуршал лямками, скидывая рюкзак, потом сунул руку внутрь, порылся вслепую и чем-то металлически брякнул. Довольно ухмыльнувшись, вытащил пистолет (доставшийся ему вместе с байкерской сумкой), вынул обойму, критически осмотрел, загнал ее обратно, щелкнул предохранителем, передернул затвор,

снял курок с боевого взвода и опять поставил пистолет на предохранитель, после чего уверенным движением вложил его в набедренную кобуру.

Видно было, что все эти манипуляции доставляют ему почти физическое удовольствие. Вязгин смотрел на него с недоумением. Славик тем временем достал из рюкзака две телескопические дубинки и вручил их Ромчику и Женьке. Ромчик свою сунул за пояс, а Женька сразу раскрыл и сделал пару взмахов, довольно неуклюже изобразив «мельницу».

— А это вам, — Славик протянул Нике газовый баллончик размером с небольшой огнетушитель.

— Спасибо, у меня есть, — отказалась она, машинально нащупав в левом кармане куртки баллончик, а в правом — «Шурфайр».

— Значит, так, — сказал Вязгин негромко, но таким тоном, что перебивать его не хотелось. — Воины света. Джедаи. И прочие. Стоять на месте. Оружие убрать. Без моей команды ничего не предпринимать. Мы сюда вообще-то поговорить приехали, помните?

— Так я же на всякий случай, — прогудел Славик, но Вязгин так на него посмотрел, что тот сразу скис.

— Еще раз повторяю: стоять на месте, не делать ничего. Даже если на вас набросятся полчища ниндзя и орков. Это понятно? — обратился Влад персонально к Роме и Жене.

— Да, — хором ответили подростки.

— Тогда, Ника, пойдемте. А вы стойте здесь. Какой гараж его?

— Вон тот, — ткнул пальцем Клеврет, хотя особой нужды в этом не было. Если все остальные гаражи были в лучшем случае выкрашены водоэмульсионкой или побелены известью, то обиталище байкерского Гефеста было размалевано в лучших традициях Ангелов Ада: пламя, череп, демоны и готические буквы с острыми углами. Мурализм, вспомнила Ника новое слово. Похоже на обложку альбома рок-группы.

Поверх всего этого дарк-хэви-металл-индастриал стиля недавно нарисовали нитро-краской люминесцентно-зеленого оттенка.

— Кажется, мы опоздали, — сказала Ника.

— А по-моему, не только мы, — Вязгин натянул флисовые перчатки и взялся за массивный висячий замок на воротах гаража. — Если бы кто-то добрался до этого Чоппера раньше нас, не думаю, чтобы они озаботились запирать после себя гараж.

— У меня есть болгарка, — сообщил издалека Славик. — И фомка. И молоток.

Влад хмыкнул в усы.

— Где вы откопали этого Рэмбо? — спросил он, вынимая из кармана связку отмычек.

— Полна родная земля талантами… — расплывчато ответила Ника, приглушив голос так, чтобы Славик ее не услышал. — Скучно ему, наверное, в офисе. Вот и развлекается, как умеет. Зря вы, Влад, так к нему. Это ведь он Рому спас.

— Может, и зря, — согласился Вязгин. — Жизнь покажет. Ну вот и все…

Замок послушно щелкнул, и Влад, убрав отмычки, потянул на себя одну из створок гаражных ворот. В свободной руке у него как по волшебству (Ника даже не заметила — когда) появился маленький пистолет с толстым цилиндром глушителя.