Глаголь добро

на главную - закладки

Жанры

Поделиться:
Шрифт:

Сергей Булыга

Глаголь добро

(Слышно на масленицу от блаженного Юрья)

В былые времена по нашим палестинам один лекарь ходил. А может, и не лекарь даже, а просто знахарь, шептун или совсем ведьмак какой. Времена были темные, непросвещенные; одни люди в нечистую силу верили, другие в нее превращались и творили безобразия. Но потом времена изменились, просветились, и колдовство само собой перевелось. А тогда... тот самый лекарь почитался наипервым ведьмаком. Но он был не опасный, а даже полезный, потому что свое дело крепко знал и характер имел примирительный. Если, скажем, на кого

мутный глаз навели или спина отнялась, если змея укусила или же просто хозяйка заела - он такую болезнь в одночасье лечил. Но это, правда, многие умели. А он, лекарь наш, и бессловесную тварь ублажал. Вот перестанет наседка нестись, он ей кукиш покажет - здорова кура! А если кабанчику ухо почешет, так потом того зверя семерым не поднять. Или, скажем, девку замуж не берут, он против ветра плюнет, свистнет - и женихи в ворота ломятся, отбоя от них нет.

Так что, сами понимаете, такому лекарю кругом почет и уважение. Но интерес к нему не в том, а в другом - в том, какие он речи водил...

Э, да я вот что забыл! Было ему примерно... Да кто его знает - ведьмак есть ведьмак! Весь чернявый такой, как цыганская ночь. Мы его Шпаком [шпак - скворец (бел.)] прозвали - Шпак да Шпак. И он не обижался.

– Да, - говорил, - я Шпак, я птица перелетная. Сегодня здесь, а завтра руками взмахну и улечу я в теплые заветные края.

Но не улетал пока, медлил.

И вот, бывало, придет и возьмется лечить. Расспросит, что да где болит, книгу из торбы достанет, раскроет, пошепчет и лечит. Мы его слабинку знали, и потому всегда интересуемся:

– Что за книга такая? И правда ли, что в ней любые чудеса прописаны?

Шпак тотчас обрадуется, про лечение забудет.

– Правда, - говорит.

Откроет и показывает:

– Вот видишь, - говорит, - будто кто стоймя стоит, язык высунул? Эта буква "глаголь" называется. А эта, что на дом похожа, эта "добро". Они и есть главные буквы, от них все строится. А привез я эту книгу из теплых краев. Я ведь не здешний, я из страны Шамбалы приблудившись.

И тут он всегда непременно замолчит, вроде бы как вспоминает. Тогда мы к нему:

– А что это за страна такая?

А он:

– Сейчас покажу.

Раскроет книгу и пошел чесать:

– За Индейским царством, за Опоньским государством...

И навалит такого, что за неделю потом не расчухаешь. В этой Шамбале ни зимы, ни лета, а всегда жниво, всегда сенокос, всегда масленица и все разом. Там лаптей никто не плетет, лапти сами на деревьях растут. Там молочные реки, там сметанные моря, там водка в колодцах. И бабы все ядреные и незамужние.

Вздыхают мужики, а Шпак дальше городит:

– Там мужики степенные, работящие, малопьющие, все на гармониях играть мастера. И плешивых нет; все сплошь кудрявые и обходительные.

Бабы слушают, рты разинули.

– Еще, еще!
– просят.

Да могли б и не просить, теперь Шпака и так до утра не остановишь. И заливает он про луга заливные, про леса земляничные, про дороги пуховые, про пороги парчовые...

У него спросят:

– А кабы нас туда, так взяли бы? Или там все кругом занято? Небось, как мухами усижено!

Смеется Шпак:

– Так у той Шамбалы конца и края нет. Там где ни станешь, везде середина!

Тут

у него давай просить:

– Дай подержаться!

Даст. Листаем книжечку, а там буковки ровными рядочками. И простые, и мудреные, и с заковыками. И такие все разные, и так много их - ну точно, как мы сами, люди непохожие, на земле вперемешку рассыпаны. И вот она, жизнь: рядом, открытая, а такая вся непонятная!

Отдадим книжечку, он ее тотчас рукавом утрет, в торбу спрячет, шапку наденет - и к двери.

А за леченье он ничего не брал. Ну, поест, ну, поспит, ну, одежду новую - не откажется. Если, конечно, старая на плечах не держится. А чтоб остаться там, корень пустить - тут ни в какую.

– Я, - говорит, - Шпак, птица перелетная; мне летать на роду написано.

И уж в какие сытые дома ни приглашали, все равно откажется.

Говорят ему:

– Куда ты идешь, босоногий? Зима на дворе, дороги заметенные. Оставайся, живи, мы тебе в красном углу постелим, мы тебя за отца родного почитать будем. Да и хворым и убогим такое удобней - всегда знать будут, где ты обретаешься.

– Нет, - говорит, - не могу, не взыщите.

И так он посмотрит, и так улыбнется, что никакой обиды, никакой досады не оставит.

И - в двери...

Ему что? Он взял да ушел. А нам каково? Смущается народ.

И вот помаленьку-полегоньку стали Шпака все чаще к себе призывать. И не столько через хворь, сколько через интерес. Призовут и пристанут: читай да читай! А он никогда никому не откажет; сядет, книжку раскроет, читает...

Что-де в той Шамбале из-под земли кругом криницы бьют. И кто в такой кринице умылся, тот умом просветлел, грамоту уразумел; слепой прозрел, рябой очистился, подневольный... только там подневольных нет, там такое слово и не слыхано.

Нравится людишкам Шпакова книжка, они Шамбалу к своему житью примеряют - непорядок получается. Обидно, прямо скажем, непорядок. Ну чем они хуже других? Ничем! Вначале об этом на печках шептали, а после вслух заговорили. Везде, где попало. И на Шпака кивают - видал человек!

Ну, а тот - хоть бы что. Ходит, лечит, читает. А не спросишь про книжку - не надо. Но так это он сегодня промолчал, а вчера ведь читал! С выражением.

И вот за это выражение, за черные глаза, за чинный нрав, а больше за то, чего нам, мужикам, и вовек не понять, полюбила его Акулинья. А была та Акулинья до того видна, умна и работяща, что, как говорится, нигде не сказать и ничем не описать - все равно не поверят. Женихи за ней табунами ходили, а она за Шпака уцепилась. Проходу не дает, все просится:

– Возьми меня замуж! Возьми, говорю!

Вот до чего она ум потеряла! И это в те времена, когда до этого дела великая строгость была... Только ей все равно! Уцепилась и не отстает.

– Возьми! Возьми!
– кричит.

Шпак и так. Шпак и этак. Я, мол, гол, неимущ, бродящ, неработящ... Не отступается! Тогда признался он:

– Люба ты мне, ох как люба! Но не могу я. У меня в Шамбале есть супруга, при ней трое деток. Как же им без меня?

Тогда Акулинья:

– А ты просто возьми, и без замужа. Я за тобою ходить буду, досматривать, от холода скрывать, от голода кормить. Мне моя девичья честь ни к чему не нужна, мне бы только с тобой, а иначе помру.

123

Книги из серии:

Без серии

[6.2 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
Комментарии:
Популярные книги

Интернет на все 100 pro

Крюков Михаил
Компьютеры и Интернет:
интернет
5.20
рейтинг книги
Интернет на все 100 pro

Санин (сборник)

Арцыбашев Михаил Петрович
Русская классика XX века
Проза:
русская классическая проза
роман
повесть
рассказ
5.80
рейтинг книги
Санин (сборник)

Хроники Средиземья

Толкин Джон Рональд Руэл
Фантастика:
фэнтези
8.79
рейтинг книги
Хроники Средиземья

Война

Валериев Игорь
7. Ермак
Фантастика:
боевая фантастика
альтернативная история
5.25
рейтинг книги
Война

Моцарт и его время

Луцкер Павел
Документальная литература:
биографии и мемуары
научпоп
5.00
рейтинг книги
Моцарт и его время

Театральное наследие. Том 1

Немирович-Данченко Владимир Иванович
Документальная литература:
биографии и мемуары
прочая документальная литература
5.00
рейтинг книги
Театральное наследие. Том 1

Философия как духовное делание (сборник)

Ильин Иван Александрович
Научно-образовательная:
философия
5.00
рейтинг книги
Философия как духовное делание (сборник)

Литрпг

Казначеев Виктор
5.00
рейтинг книги
Литрпг

Конец главы

Голсуорси Джон
8.30
рейтинг книги
Конец главы

Лекции профессора Московской Духовной Академии А. И. Осипова

Осипов Алексей Ильич
Религия и эзотерика:
религия
5.00
рейтинг книги
Лекции профессора Московской Духовной Академии А. И. Осипова

Болезни ног и варикозное расширение вен. Лечение и профилактика

Нестерова Дарья Владимировна
Дом и Семья:
здоровье и красота
6.25
рейтинг книги
Болезни ног и варикозное расширение вен. Лечение и профилактика

Медиапланирование на 100%

Назайкин Александр
Деловая литература:
маркетинг, pr, реклама
5.00
рейтинг книги
Медиапланирование на 100%

Магнатъ

Кулаков Алексей Иванович
4. Александр Агренев
Приключения:
исторические приключения
8.83
рейтинг книги
Магнатъ

Энциклопедия юного аквариумиста

Галанина Юлия Евгеньевна
Детские:
детская образовательная литература
7.50
рейтинг книги
Энциклопедия юного аквариумиста
Спасибо за голос.