Гладиаторы: Сумерки Аида

Помпеи.

Вилла Гая Феликса.

Гай Сильвий Феликс был вне себя. Квинт стоял перед ним с невозмутимым видом.

– С моей стороны было сделано все.

– Пока я вижу, что потрачена значительная сумма денег, а результата никакого!

– Вот в этом ты не прав, господин. Результат есть. И результат немалый.

– И где же он? Я что-то ничего

не заметил. Гладиатор жив и здоров!

Квинт приблизился к ложу патриция и сел напротив него без приглашения.

– Враги напуганы. И напуганы серьезно. Пусть покушение не удалось, но разве в этом дело? Страх, который их мучает, много хуже смерти. Самая страшная казнь в Египте – наказание неизвестностью. Преступник не знает, как и когда он умрет. Он вздрагивает от каждого шума – вдруг его поведут на казнь? И за несколько лет такой пытки смерть становится желанной, а жизнь превращается в тягостную муку. И не стоит говорить, что деньги потрачены даром.

– Это ты хорошо говоришь. Пусть так, но когда же мои враги умрут? Они же не сидят в тюремном каземате и не ждут смерти. Ведь они могут нанести и ответный удар. Не так ли?

– Так, но я стою на страже твоих интересов.

– Я желаю, чтобы гладиатор умер как можно скорее. Что ты можешь предложить? Только не говори о ядах и лекаре Главке. Хватит с меня его снадобий. Его персик обошелся мне в полторы тысячи сестерциев, а результат никакой. Умер совершенно мне незнакомый гладиатор.

– Нет. На сей раз все проще. Через три дня на твоей вилле соберется много гостей?

– Да. И что из этого?

– А то, что есть традиция развлекать гостей боем гладиаторов, не так ли?

– Есть, – согласился Феликс.

– Направь предложение Акциану предоставить лучших гладиаторов. И среди них обязательно Децебала. Конечно, если тебе не жалко денег на это. Акциан запросит дорого.

– Но он может отказать. Разве я могу заставить Акциана предоставить мне своих гладиаторов? Он сразу же заподозрит неладное.

– И он непременно откажется, если не поймать его на один крючок. Вызови на свою виллу Марка Артория. Тем более что этот гладиатор сейчас в Помпеях. Акциан не упустит шанса победить его.

– Это еще почему? Зачем Акциану победа над Арторием?

– Я работал у него и мне известно, чего он хочет.

– И чего же? – с интересом спросил Феликс.

– В Рим! Победа одного из его питомцев над чемпионом Рима даст ему шанс следующие игры провести в Вечном городе! Он прочит Децебала в новые чемпионы. Но хочет показать его перед самим императором Веспасианом.

– Тогда, пожалуй, он может и согласиться. Но что нам даст этот бой?

– Мы устроим здесь засаду для гладиаторов Акциана. А затем скажем ему, что все они погибли.

– Он не поверит. Подаст жалобу префекту!

– Ну и что? Раз у него не будет доказательств, он ничего не предъявит городскому префекту. Здесь на вилле будет множество гостей, и все они станут свидетелями. Что

он сможет нам сделать? А работа гладиаторов умирать на арене. И кто станет удивляться, что Децебалу вспороли живот во время боя?

– А ты прав, Квинт. Это может сработать, хотя и денег потребует немалых. Акциан заломит за своих бойцов большую сумму. Но я рискну. Ведь он потеряет в случае смерти Децебала много больше. Только на этот раз гладиатор должен умереть! Ты понял?

– Я приготовлю ему не одну, а три смерти. Но мне нужны деньги, господин. Нужно нанять наемных убийц из числа бывших гладиаторов. Они знают его приёмчики и ухватки. Сами дрались на арене.

– Нанимай. Управляющий выдаст тебе необходимую сумму. Но мое имя не приплетай к этому делу. Действуй от своего.

– Это само собой разумеется…

Помпеи.

Таверна «Борода Агенобарба».

Только на следующий день Децебал сумел увидеть Юлию. Они встретились в таверне у Диокла. Патрицианка была одета рабыней, и её лицо специально измазано сажей.

– Я так хотела тебя видеть, Дакус.

– Тебе лучше назвать меня не Дакус, а Децебал.

– Тебе так нравится больше?

– Нет. Но Децебал это имя данное мне при рождении.

– Я думала, что ты привык к римскому имени.

– Вчера меня пытались отравить, Юлия. – вдруг сказал он.

– Что? – не поверила та. – Так быстро? Но как?

– Вчера мне принесли от тебя корзину с угощениями и вином.

– Верно. Я послала тебе корзину. Боялась, что тебя могут отравить, и потому прислала тебе еду со стола моей доверенной старой служанки, которая получила вольную лет десять назад.

– И персик?

– Что? Какой еще персик? – не поняла женщина.

– Твой слуга принес мне корзину с едой и отличным хиоским вином. И там был персик. Он завил, что это на языке восточной аллегории означает…

– Я знаю, что это означает, но я не посылала тебе никакого персика. А скажи, кто принес тебе корзинку?

– Твой слуга, он сказал, что прибыл из деревни, – Децебал описал внешность приходившего к нему раба.

– Это похоже на него. Но это мой доверенный слуга и предан моей семье.

– Вот и он так сказал.

– Это странно, – прошептала она. – Но я не посылала персика. Неужели он предал меня? Нет! Нет! Если он мог меня предать, то я больше никому не смогу доверять.

– В персике был яд. Твой слуга сообщил мне, что я должен его съесть в знак любви к тебе.

– И ты?

– Я собирался это сделать тайно в своей комнате, а не на общей пирушке гладиаторов. Но один молодой гладиатор, совсем мальчишка, опившись вином, украл персик и умер.

– Они нанесли удар первыми. Я не ожидала такой прыти от своего супруга. Кстати, вчера и меня собирались отравить. Но не при помощи еды конечно. Я укололась булавкой отравленной змеиным ядом.