Эту историю мне рассказала девушка по имени Алена. "Ради своего мужа я на все готова, такой он у меня хороший. Скажи он завтра мне: "Умри!"- а я сегодня уже умерла. Самый большой мой праздник в жизни - его день рождения. Уже за месяц я начинаю подыскивать для него подарок. А вы знаете, как трудно удовлетворить современного мужчину. Но я и здесь нашла выход. Я в течении года записываю в дневник все его желания, даже сказанные всколзь. И теперь, даря ему подарок я всегда говорю: "Помнишь, ты как-то говорил,
что хорошо бы иметь то-то и то-то". Как он расцветает в эту минуту, и уже подарок становиться не важен. Важно, что ничто сказанное им не пропадает всуе. И вот перед его последним днем рождения я нашла в дневнике запись, где он жаловался на здоровье. Что-то в боку покалывает, в пояснице поламывает, мышцы одрябли, и вообще неплохо бы купить гирю. Посмотрела я на него и правда - худенький, ножки тонкие, лицо такое бледное, что хоть в гроб клади, и то лучше будет. Взяла я всю последнюю стипендию и побежала в спортивный магазин. Вообще-то я не очень знала, что такое гири, и для чего они нужны, но в магазине я их сразу увидела. Они почему-то стояли в сторонке от всех других товаров и были очень похожи на арбузы - такие же зеленые, только с ручкой. Небольшая кучка с надписью "32", побольше с надписью "24" и самая большая куча с табличкой "16". Самыми дорогими были гири номер "32". Опыт подсказывал, лучшего товара всегда меньше, потому что быстрее разбирают, и я пробила в кассе чек за гирю номер "32". Потом подумала: "Чего скупиться. Если делать подарок, так уж делать",- и пробила еще одну гирю под номером "24". Подойдя к прилавку, я протянула продавщице чеки и попросила завернуть мне парочку гирь. Продавщица посмотрела на меня широко открытыми глазами. "Знаете, что, девушка,- сказала она,- вы идите сами и заворачивайте". А я, надо сказать, всегда побаиваюсь этих самодостаточных особ по ту сторону прилавка, поэтому не стала спорить, а пошла в тот уголок, где меня ждали гири. Продавщица с интересом проводила меня взглядом и даже помахала рукой своим подругам в других отделах. Когда я наклонилась и попыталась взять гирю номер "32", я чуть не вывихнула от неожиданности плечо. Гиря даже не шелохнулась. Продавщицы всех отделов, держась за животы, рухнули куда-то за прилавки. Вот, подумала я, засранки, так издеваться над покупателем - надо же было приклеить гирю к полу. Я потерла плечо, но виду не подала, а гордо направилась к гирям номер "24". Ухватив одну из них, я уже осторожно потянула вверх. Гиря чуть-чуть поддалась и даже закачалась на месте. И здесь в глаза мне бросилась литая надпись на боку самой гири: "24 кг". Здесь я все поняла. Оказывается таблички над гирями были не их номером, а всего лишь их весом. Но меня трудно вывести из себя, а тем более остановить от задуманного. Я подошла к продавщице и спросила, нельзя ли, чтобы гири пока постояли в магазине, а я скоро прийду. "Пожалуйста",- ответила та, утирая слезы от смеха,- Я посмотрю, чтобы их никто не взял". Я быстро побежала к телефону-автомату и набрала номер моего восьмидесятилетнего
дедушки. Дедушка у меня не менее боевой, чем я, и узнав, в чем дело, приказал мне дожидаться пока он не приедет на такси. Через полчаса дедушка появился из-за угла со своей сумкой на колесиках. "А где же такси?"- спросила я его. "Там за углом оставил. Здесь стоянка запрещена." Кое-как мы с дедушкой закатили гирю "24 кг" в сумку на колесиках. На наше счастье наши мучения увидел молодой человек интеллигентного вида в очках и с дипломатом. Он предложил нам свою помощь. Наверное, он думал, что у нас только одна гиря. Через минуту из магазина показалась странная процессия. Возглавлял ее мой дедушка с дипломатом в руках, за ним шла я, волоча за собой жалобно скрипевшую колесиками пузатую сумку, и замыкал процессию согнувшийся в три погибели молодой человек в съехавших набок очках. Двумя руками перед собой он тащил гирю "32 кг" Особенно мне стало жалко его, когда он задал наивный вопрос: "А где же ваше такси?" Кое-как втроем мы затащили гири в багажник стоящего за углом таксомотора. Молодой человек схватил свой дипломат и сразу как сквозь землю провалился, даже не выслушав длинный список приготовленных мною слов благодарности. Едем. Таксист попался разговорчивый, но очень больной. Всю дорогу он перечислял нам с дедушкой все свои болезни, начиная с радикулита и заканчивая плоскостопием. Так что, когда мы приехали, нам с дедушкой вдвоем пришлось выволакивать гири из багажника. Когда таксист исчез за поворотом, выяснилось, что лифт в доме не работает. Дедушка, конечно, рвался в бой, предлагая затащить гири на девятый этаж, но я ему не позволила. Но и оставлять с таким трудом доставленные гири внизу я не могла. Надо знать наших соседей - и гирям вмиг ноги приделают. И вот мы вчетвером: я, мой дедушка, и две гири - стоим перед домом и думаем, что же нам делать дальше. И здесь дедушку осенило. "Послушай, а давай их перед домом в палисаднике закопаем. Чего им будет?! А вечером, когда прийдет твой муж с работы, ты ему гири и вручишь." Другого выхода просто не было. Когда муж вернулся с работы и сел обедать, я подошла к нему и ласково сообщила: "Сереж, а я тебе подарок ко дню рождения купила." Он: "Угу..." "Сереж, даже два." Он заинтересовано оторвался от тарелки: "Отлично! И где же они?" "Внизу. Я их у подъезда закопала." Он как-то странно на меня посмотрел. "Закопала! Мои подарки! Алена, ты что, нездорова?" "Я сейчас все объясню,- сказала я.- Помнишь, ты говорил, что хотел бы иметь гири. Вот я сегодня пошла и парочку купила." "А зачем же ты их в землю закопала?"- изумленно спросил он. "Так получилось",вдруг поняв всю глупость положения, заплакала я. "Ладно, - обнял он меня,- не плачь. Только обещай мне одну вещь." "Обещаю-ю-ю",- уже во всю ревела я. "Никому и никогда не рассказывай про эти гири. Обещаешь?" И я клятвенно ему пообещала. Какого только подарка не сделаешь для мужа ко дню его рождения!"
