Gift
Шрифт:
– Куда теперь?
Вивьен заглянула в список, нелепо потрясывая тот в надежде, что так снежинки не попадут и не намочат бумагу.
– Ага-а, - протянула та, улыбаясь, - следующий пункт тебе понравится.
– Мы наконец-то зайдем в книжную лавку? – с озорством спросила разрумянившаяся девушка, держась за руки с Тейтом и балуясь, кружась и играя в мини- догонялки вокруг матери.
– Еще нет, сейчас нам нужно в сторону… ээ… - Вивьен пыталась параллельно открыть навигатор, - в общем нам нужен какой-нибудь бутик модной одежды, - женщина силилась разглядеть самые дальние вывески магазинов.
–
Вивьен ускорила шаг, явно пребывавшая не в таком восторге от снегопада, как двое веселящихся подростков.
– С Софи приедет и Ванесса.
Вайолет остановилась, челюсть если и не упала на вымощенную камнем дорогу, то, по меньшей мере, стукнулась о нее. Тейт напрягся, молча разглядывая лицо подруги в поиске ответа на вопрос «Шок какого рода ты сейчас испытываешь?»
– Ты же шутишь, верно? – серьезность в громоподобном голосе Вайолет заставила вздрогнуть одного из прохожих. Вивьен улыбнулась.
– Она родная сестра Софи и твоя родственница, кто же оставит ее дома в праздники? – Вивьен потянула за медную резную дверную ручку.
– Хей, все хорошо? – хоть Тейту и нравился огонь в глазах девушки и выражение лица, подобное неудовлетворенному серийному маньяку, его интересовала и настораживала причина такой реакции.
Вайолет медленно моргнула, заходя в магазин.
– О да… - выдохнула та, - лишь выберу подарок заклятому врагу.
Что ж, как бы Вайолет не относилась к ситуации с прошлым Тейта, сейчас идея с поджогом ненавистной родственницы не казалась ей такой уж неправильной…
19 декабря.
Пока весь остальной мир в очередной раз пересматривал “Одного дома” или “Эльфа”, Вайолет же интересовал совсем другой жанр кино.
Устроившись вдоль своей необъятной постели, девушка завернулась в покрывало, изолировавшись от всего мира с помощью простых наушников и вовремя оплаченного интернета. Она надеялась, что Тейт будет на сеансе с ее отцом этим вечером и не узнает что, а главное, для чего она смотрит.
Дверь открылась бесшумно для девушки. Еще секунда и матрас примялся, Вайолет вздрогнула, выдернула наушники и захлопнула крышку лэптопа. Послышался смех.
– Ну Боже правый, Тейт! – сконфуженно прокомментировала смех юноши девушка, поднимаясь с живота.
– Что? Что ты там смотрела? – Тейт выглядел игривым, Вайолет даже ощущала это его настроение, витающее в воздухе. – Могу поспорить, я знаю что… - вскинул брови тот, потянувшись к ноутбуку.
– Я не… стой, - пискнула Вайолет, но тут же одернула себя. Что происходит? Это просто фильм, если Тейт поднимет крышку, то не найдет там ничего противозаконного… во всяком случае, пока он не научится пользоваться историей браузера…
Юноша сладко улыбнулся, подтягивая под себя ноги.
– Мне уже страшно, что такого ты могла смотреть? Если это то, о чем я думаю, то-о-о, - блондин премило сжал губы, кивая на вход, - тебе нужно научиться закрывать дверь.
Вайолет улыбнулась, лениво толкая его в плечо.
– Перестань, если бы я смотрела порно, то наверное не лежала
Тейт вздохнул.
– Я бы прокомментировал это высказывание, но, боюсь, ты меня выгонишь за дверь.
Вайолет засмеялась.
– Хочешь, чтобы я тебя оставил? – тон был более серьезным.
Вайолет колебалась.
“Что ты делаешь? Вызываешь подозрение, вот что! Это обычное кино, что с тобой вообще не так, Вайолет?!”
– Нет, прошу, полежи со мной немного, - перебравшись к спинке кровати и соорудив там весьма уютное изголовье из подушек, девушка подтащила ноутбук.
Тейт был слишком счастлив, чтобы отреагировать как-то иначе, кроме широченной улыбки на пол лица и пристраивания собственного тела рядом с Вайолет под пледом.
– Ты смотрел «Заводной апельсин»?
Тейт одарил девушку ямочками на щеках.
– Нет, как-то не выдалось случая. Почему ты выбрала именно это кино?
Вайолет пожала плечами, стараясь выглядеть как можно более беспечной. Как объяснить юноше, что Алекс ДэЛардж является для нее в данную минуту своеобразным гидом в страну ответов на вопросы касательно возможных мыслей и поступков Тейта. К тому же, как она сама уже не раз отмечала, сходство между обоими блондинами просто поразительное. Ах как бы ей хотелось, чтобы эта схожесть проявлялась лишь во внешности…
21 декабря.
Участок был украшен, подарки упакованы. Хармон-старший до сих пор натыкался на кусочки скотча, приклеенного к углам стола. Усилиями Бэна и Тейта в дом была наконец-то втащена огромная ель, верхушкой чуть ли не задевавшая четырехметровые потолки. Выбирать ее на ярмарке было даже веселее, чем затаскивать на участок: единогласным решением двух членов семьи было принято решение записывать всю рождественскую неделю на пленку для истории, так что пока Бэн силился управиться с упаковыванием ели, смешно протаскивая дерево через специальный агрегат, Вивьен держала небольшую камеру, все время отвлекаясь на какие-то «очень милые» фонарики, Констанс пыталась шепотом ласково воззвать к разуму психиатра, чтобы тот привлек к помощи «специальных дяденек».
Смотреть на их препирания, которые спорщики тщетно пытались скрыть за натянутыми на камеру улыбками и процеживанием слов сквозь стиснутые зубы, было довольно забавно. Отвлекаясь от разборок с матерью Тейта, Бэн искал глазами дочь, уговаривая ту хоть раз попасть в кадр. Вайолет нравилось убегать, выбешивая этим отца: пока у матери в руках была включенная камера, тот не мог особо ругаться и командовать, поэтому девушка спокойно резвилась с юношей, наслаждаясь дивными мгновениями беззаботного месяца. Площадь ярмарки была такой огромной, елей было так много, а запах хвои стоял такой сильный и душистый, что Вайолет иногда терялась в моменте, думая, что вокруг нее густой лес. Игра была проста: по очереди Тейт и Вайолет выбирали какую-нибудь мишень в самом дальнем конце ярмарки, которую хотели рассмотреть - будь то красиво наряженная елочка или загон с живыми оленятами - и убегали в ту сторону пока не заслышат голос психиатра, беспокойно подзывающего дочь к себе. Если же до мишени добежать не успевали, то тот, кто указал на эту цель, и платил какую-либо цену. Удивительно, но платой каждый раз был поцелуй, что, надо сказать, не особо расстраивало «соперников».