Шрифт:
ГЛАВА 1
Дэниел вытянул руку так, что его пальцы коснулись клавиатуры, расположенной в рукаве скафандра. Он размышлял несколько секунд, переводя взгляд с металлической панели, закрывающей процессор, на видимую часть Земли, находящейся под ним на расстоянии 167000 километров.
— Как дела, Дэн?
Он поднял голову, услышав в наушниках голос Авраама Новона.
— Все в порядке. Но будет еще лучше, если я обнаружу неисправность.
Он видел Новона в ослепительно-белом скафандре со сверкающими ярко-зелеными идентификационными метками, управляющего
— Твои астрономы никак не успокоятся, — поддел Дэн Новона. — Все работы по радиоастрономии за последние пятьдесят лет отправлены на свалку, а здесь вы опять возитесь с оптическими приборами. Что следующее — гороскопы?
— Не твое дело, умник, — парировал Новон. — Ты сначала исправь этот ящик с проводами и микросхемами, а затем мы поговорим.
Новон вернулся к работе, осторожно устанавливая массивный корпус на специальную консоль.
Забывшись, Дэн попытался вытереть лоб тыльной стороной ладони. Он вспомнил о скафандре, но вместо этого коснулся лбом специальной прокладки шлема. Система рециркуляции воздуха вместе с датчиками постоянно поддерживала комфортный уровень влажности и температуры внутри скафандра. Дэн не должен был потеть. Во всяком случае здесь — в невесомости, в точке, где уравновешивались силы притяжения Луны и Земли, — пот не должен стекать со лба и жечь глаза. И тем не менее это происходило.
Дэн вновь сосредоточился на работе. Он ввел с клавиатуры, расположенной внутри толстого запястья скафандра, команды управления инструментом.
Мягко зажужжали сервомоторы, втягивая электростетоскоп, которым работал Дэн. Вместо него выдвинулся восьмигранный гаечный ключ.
Дэн кивнул, прижал ключ к ближайшей гайке крепления панели и повернул рукоятку.
Ключ сомкнулся вокруг гайки и начал медленно поворачиваться.
Когда последняя гайка была отвернута, Дэн откинул крышку сервисной панели процессора. Он опять взглянул в сторону — его внимание привлекла проплывающая под ним планета. Он мог видеть свою родную Калифорнию, неясно вырисовывающиеся, неровные, похожие на черепицу горы Сьерры, спускающиеся к побережью через коричневые осенние поля, а также прибрежные туманы и облака, закрывающие восточную часть Тихого океана.
Он мог определить время по границе дня и ночи, передвигающейся по Североамериканскому континенту. Роберт и Элизабет, наверное, уже проснулись, Мари-Элейн поднимает их, переодевает и отправляет играть в манеж.
Вероятно, мать Дэниела, Дженис, сейчас переехала к Мари-Элейн, пока Дэн выполняет свою работу на полпути к Луне. Он знал, что его мать обожает Мари-Элейн и близнецов, и ей вовсе не трудно быть с ними во время его отсутствия. Он был доволен, что Мари-Элейн всегда может получить помощь и поддержку.
Солнце за плечом Дэна представляло собой яркий белый диск.
Он нажал клавишу запуска теста дисплея на модуле процессора и хмыкнул, глядя на появившиеся ряды цифр изумрудного цвета. Он набрал команду на клавиатуре в запястье скафандра и смотрел, как втягивается гаечный ключ, а вместо него с жужжанием появляется похожий на руку манипулятор. Дэн коснулся пальцами пульта управления
— Ты занят, Авраам? — спросил он.
— А что, умник?
— Слушай, просто ради смеха, продиктуй этому ящику какую-нибудь фразу для перевода.
— Что-нибудь из редких языков? С иврита на сиу?
— Нет, для начала что-нибудь попроще.
— Ладно, — Новон помолчал, собираясь с мыслями. — Ладно, с английского на эсперанто: «Сколько, километров до Венеры, Джек?». Это подойдет, Дэн?
— Отлично.
— Скажешь, что получилось.
Дэниел опять посмотрел на Новона, позади которого огромный кран, удерживая себя на месте при помощи струй сжатого воздуха, устанавливал огромные панели обшивки, подготавливая их для сварки.
Прикосновение к одной из клавиш включило клавиатуру процессора. Буквы засветились красным цветом, цифры — желтым. Дэн включил дисплей и проверил работу принтера. Он напечатал продиктованную Новоном фразу, контролируя на дисплее правильность ввода, затем ввел инструкцию «перевести», набрал коды английского и эсперанто, инструкцию «прочитать» и команду «выполнить».
Машина не издала ни звука. Дэн не так представлял себе это, вспоминая щелчки и жужжание космического вычислительного центра, который он видел по телевизору лет пятнадцать-двадцать назад в доме своих родителей на Стейнер-стрит в Сан-Франциско или в кинотеатре в Нортпойнте.
На дисплее появился ничего не обозначающий набор красных и желтых цифр.
Дэн остановил выполнение команды, стер данные из памяти процессора и запустил процедуру с самого начала, тщательно контролируя каждый шаг и проговаривая вслух команды.
Он вновь ввел команду «выполнить», и снова на экране появился хаотичный красно-желтый узор. Он опять попытался рукой через шлем вытереть пот со лба, с чувством выругался и наклонил голову к специальной впитывающей прокладке внутри шлема. Наконец-то это помогло. Это было почти так же хорошо, как вытереть лоб большим старым носовым платком.
— Как дела? — раздался голос Новона.
Дэн взглянул на израильтянина.
— Отвратительно. Я собираюсь снять этот чертов процессор и поработать c ним на шаттле. Если не получится разобраться здесь, то придется забрать его на Пало Алто и уже там искать причину неисправности. Скорее всего, его просто выбросят и заменят новым.
— Должно быть, это солнечная активность.
Дэниел посмотрел на Солнце, и его шлем
мгновенно поляризовался и потемнел, защищая глаза от ослепляющих лучей.
— Ты шутишь?
Новон помолчал, прежде чем ответить. Дэн ждал, одной рукой держась за крышку процессора.
Наконец Новон произнес:
— Я хотел пошутить, но если вспышки на Солнце могут нарушить телекоммуникации…
— То они вполне могут вызвать сбои в работе компьютера! Это очевидно, Авраам. Но я не знаю, была ли зарегистрирована необычная солнечная активность.
— Конечно. Именно поэтому мы торопимся с монтажом этого телескопа. Необходимо исследовать солнечную корону. Астрономы зафиксировали вспышки на Солнце — невооруженным глазом ничего не видно, но они сильно взволнованы.