Чтение онлайн

У меня по спине прошел озноб. Он действительно верил. Он на самом деле хотел создать идеального донора. А что потом? Согнать ему сотни женщин и убивать всех детей, которым не повезло унаследовать дар отца? Да лучше вспороть себе горло.

Идеальный донор в руках Второго будет таким же пленником, что и женщины.

В этот раз я оставил личный массив, патриарх предупредил, что будет использовать магию, чтобы показать и другие методы ее применения. Он не стал разминаться, как вчера, а напал сразу в полную силу, снова поражая необычным применением Ки и вплетением атакующих заклинаний в бой копьем.

— А сейчас я покажу,

как сражается Шестой. Я видел его на двух турнирах. Обычно его бои заканчиваются на первой же атаке. Если твой массив сумеет удержать хотя бы несколько его нападений, у тебя будет шанс. Он не силен в защите, вот только пока она ему ни разу не понадобилась.

И Второй огромным прыжком переместился ко мне почти вплотную, взрыл землю обратной стороной копья, вспышка, и на массив обрушился тяжелый удар. Моя защита тут же осыпалась, а наконечник копья Второго улетел куда-то в сторону, обломанный вместе с древком, на которое был насажен.

— Примерно вот так, — тяжело дыша, сказал патриарх. — Только гуань дао не сломается, а защиты у тебя уже не будет.

— Благодарю за учение! — ошеломленно проговорил я.

Какой же силы был удар, если он смог пробить не самый слабый массив?

— У ученика Шестого есть одна слабость. Он считает себя самым лучшим среди всех. Мне показалось, что у тебя такая же проблема. Подумай над этим.

Второй отбросил обломок копья и, не прощаясь, ушел в свое жилище. Кажется, он потратил много Ки, чтобы нанести один такой удар. И это было не зря. Я недооценивал будущих противников, и мне стоило получше продумать план сражения.

Турнирный день начался, как обычно: бегающие дети, тренировки, поклоны патриархам, суетящиеся женщины. Небо было ясным, а палящее солнце обещало очень жаркий день, и старшие принялись сооружать навес для патриархов секты.

Как и прежде, у меня не было никаких особых дел, потому на площадке за загонами я попробовал воплотить некоторые идеи с копьем, которые пришли в голову после тренировок со Вторым, повторил подходящие заклинания, заранее опустошил один кристалл. А потом долго ждал начала турнира возле лупоглазов. Они заскучали в загоне и выражали недовольство резкими рыками, разевали пасти, толкались большими мордами, размахивали хвостами. Местные животные выглядели меньше тех, что были в караване Джин Фу. Может быть, это другая порода? Или нехватка корма? Хотя как раз мяса в секте было предостаточно, ловушки неплохо пополняли стол, хотя хищники чаще всего были несъедобными, и от них брали только шкуры.

— Ты здесь! Иди скорее. Турнир начинается! — выпалил примчавшийся мальчишка. Явно из второй ветви. Вот так я, наверное, и выглядел лет в восемь.

Когда я пришел на место, там уже собралась вся секта. Без женщин разумеется. С одной стороны площадки под навесом на высоких креслах устроились патриархи. Судя по тем из них, кого я знал в лицо, они уселись в соответствии со своими номерами: Первый — крайний справа, Второй — следом за ним и так далее. Кроме Второго, все патриархи были в возрасте, с бородами и без, с сединой и морщинами, особенно дряхлым выглядел нынешний лидер секты — Шестой. Казалось, что он вот-вот уснет, утомившись по пути из домика.

Но что меня восхитило, так это их одежды: старинные вычурные халаты с вышитыми скачущими обезьянами. Цвета немного поблекли от древности,

но в целом наряды сохранились очень хорошо, вероятно, их надевали лишь на время больших событий. На головах у патриархов сидели высокие парчовые шляпы в виде труб, по краям и центру которых вышиты узоры, а по бокам торчали металлические штыри, обмотанные лентами, которые свисали чуть ли не до пола. Казалось, будто это была толстая единая игла или стрела, пронзившая головы патриархов в области висков.

Когда я протолкнулся на середину площадки через плотные ряды мальчишек, окруживших ее с трех сторон, Первый указал на меня подрагивающим пальцем:

— Массив! Снова массив! Он не должен пользоваться массивом.

Второй приподнялся, вежливо склонил голову набок и ответил:

— Массив — это тоже магия, а магия во время боев разрешена.

— Но он уже пришел с ним! Это всё равно что наши участники придут с амулетами.

Второй перевел взгляд на меня, приказал:

— Убери массив, отдай кристаллы, а потом начерти массив заново, — затем улыбнулся Первому и спросил: — Так возражений не будет? Он потратит только ту Ки, что у него с собой сейчас.

— Да! — гавкнул Первый.

— Но если за первый бой массив не исчезнет, он сможет пользоваться им до конца турнира, — голос Второго похолодел.

— Это разумное требование, — согласились патриархи.

Я снял со спины мешок со всеми вещами и положил его рядом с навесом, показал пустой кристалл, разрушил массив и неторопливо начертил такой же. Хотя неверно называть его массивом, это был полноценный каскад, закрывший меня со всех сторон, пополняемый, который мог блокировать как магические, так и обычные атаки, а потому его создание немного затянулось. Остальные участники турнира стояли позади меня и сначала посмеивались над моими движениями, напоминающими диковинный танец, но с каждой новой печатью их лица становились всё серьезнее, особенно когда они поняли, что каскад будет прикрывать мою спину и голову тоже. При этом они видели, что я не сливал Ки в кристалл, а пользовался лишь той энергией, что была в моем теле.

Со стороны зрителей также слышались смешки.

— Ты на заклинания-то Ки оставь!

— Эй, а он не упадет в обморок еще до начала турнира?

— Ого-го, какая штука! Настоящая паутина!

— Сейчас дорисует и ляжет спать.

— Гуань дао его разбудит!

— Я знаю! Этот способ боя называется «черепаха». Он спрячется там, как в панцире.

— Но так бой не выиграть.

— На истощение! Он подождет, пока у другого закончится Ки, и высунет голову.

— А если противник не будет его бить заклинаниями?

— Тогда мы тут умрем от жары и голода.

Наконец я довел последнюю черту, золотые изящные линии растаяли в воздухе, оставшись видимыми лишь в магическом зрении. Затем я поклонился и занял место среди участников, которые стояли напротив своих патриархов. Справа от меня стоял поджарый юноша с мечом, слева — напряженный парень с серпом. Больше всего взгляд притягивал мужчина на шестом месте: высокий, как Тедань, но мощный, с толстой шеей и выдающимися мускулами на руках, которые были выставлены напоказ, так как у его рубахи не было рукавов. На шее болтался кристалл, в который он уже начал вливать потихоньку Ки, как и остальные участники. И гуань дао. Его лезвие так ярко блестело на солнце, словно хотело выжечь нам глаза еще до начала боя.