Чтение онлайн

Он был готов превратить свою квартиру в склеп, и даже представлял, как в новостях, как-нибудь вечером, расскажут о чудаке, который пролежал мертвым пару лет, иссохся и превратился в мумию. Поэтому, он особенно удивился, когда оказался вдруг одетым у приоткрытой двери, собираясь выйти куда-то… только куда?

“Мейси, у меня проблемы в колледже. Кажется, я не очень люблю прикладную физику. И мне больше не нравится “Мей-шир”.

В лодочном магазинчике с шести до восьми никого не было еще и потому, что я частенько закрывала дверь и переворачивала табличку.

Это не потому что я хотела навредить родителям, просто в магазине я начинала чувствовать себя защищенной, как улитка в раковине. Включив телек, я закидывала ноги на журнальный столик и могла заниматься чем угодно. Я сползала в кресле так низко, что моя макушка едва выглядывала из-за прилавка, и я, на самом деле, превращалась в невидимку.

Сегодня я посвятила себя чтению книги по ядерной технологии. Впрочем, вру — я не открыла ее ни разу. Она лежала у меня на коленях, как вечный укор и напоминание.

В восемь сорок, когда я уже планировала закрыть магазин, на парковку въехал черный “хаммер”, и я не просто застыла, по телу прокатилась ледяная волна неистового ужаса и смятения. Я сползла еще ниже в кресле, но увидела через витрину, как распахнулась дверца со стороны водителя.

Сейчас Шоу заметит табличку “Закрыто”, возможно, подергает дверь, а затем уберется восвояси.

Отчего-то я безумно боялась встретиться с ним. А, может, и хотела, но боялась, определенно, больше.

Пока я копалась в собственных чувствах на этот счет, раздался хлопок. Меня бросило в жар, ибо я вспомнила, что сегодня — именно в этот дурацкий день — я забыла закрыть дверь и перевернуть табличку. Мне оставалось сидеть и ждать, когда Тайлер подойдет настолько близко, что увидит меня. Однако шаги увели посетителя прочь от прилавка, по направлению к выставочным образцам.

Он неспешно прогуливался по магазину, и тут я подумала, что Шоу, возможно, не единственный обладатель черного “хаммера” в нашем городе. Медленно я вылезла из-за прилавка, поднялась, поправляя футболку, повязала потуже узел на животе, перевернула бейсболку козырьком назад.

Я отправилась вслед за незнакомцем так осторожно, будто шла по следам ожившего зомби.

Он остановился у небольшого катера, покрытого тентом. Похожий и одновременно не похожий на Тайлера человек полностью завладел моим вниманием, но стоял так, что было сложно рассмотреть его лицо.

Мужчина был неподвижен, как часть декорации. Он рассматривал лодку так, будто хотел прыгнуть в нее и пуститься по течению своей весьма бурной жизни.

Забавная ситуация…

Я — дрожащая, напуганная и взволнованная — опасалась приблизиться хотя бы на шаг, пока он не махнул рукой. А затем я была вынуждена спросить:

— Интересует лодка?

— Да, — спокойно отозвался он. — Сколько она стоит?

— О, боже… — всхлипнула, узнав голос. — Ты уверен, что тебе нужна лодка, а не бритва, старик?

— Я так плохо выгляжу, Кесс, — наконец, он посмотрел на меня.

— Просто отвратительно… ты подцепил сифилис от своих подружек?

Он внезапно рассмеялся, да так, что не мог остановиться

пару минут.

Мне было не до смеха. Я недоуменно разглядывала его: похудевшего, со впалыми щеками, бледного и с нездоровым блеском в глазах, и мне казалось, он пришел сообщить, что неизлечимо болен. Поэтому я выпалила:

— Я тебя прощаю, — и его смех прекратился. — Только не умирай, пожалуйста, сейчас…

Он качнул головой.

— Сначала побреюсь и приведу себя в порядок…

— Хорошо бы так, старик, — одобрительно улыбнулась я. — Знаешь, что я вспомнила? Когда умирал какой-нибудь герой… ну, король там, знаешь… Его укладывали в лодку и пускали вниз по течению реки, а лучники стреляли в лодку с берега, — и усмехнулась, указывая на выбранный им катер. — Эта не годится, алюминиевая.

— Ты умеешь поднять настроение, Белис.

Я опять смотрела на него, а он неотрывно глядел в мои глаза. Глядел так, будто стоять рядом со мной в нашем скромном лодочном магазине — это вершина блаженства.

— Хочешь есть? — спросила я, заставив его моргнуть. — Ты выглядишь так, будто хочешь. У меня есть замороженные хот-доги.

Я завела его за прилавок. Он был послушен и спокоен, его взгляд следил за всем, что я делаю.

Когда он ел, я с восторгом и умилением его разглядывала.

В общем, минут десять мы были поглощены изучением друг друга.

— У тебя крошки в бороде запутались, — хмыкнула я. — Это же надо, Тайлер! Она колючая? Я могу потрогать?

— Делай со мной все, что хочешь, Белис.

Получив разрешение, я коснулась его бороды, провела рукой по отросшим волосам. Он не просто перестал жевать, он застыл, точно каменная глыба.

— Раньше ты мне нравился больше, — сказала ему чистую правду.

— Неужели?

— Что с тобой случилось? Ты провел последние два месяца на необитаемом острове?

— Нет.

— Умер твой парикмахер, а другим ты не доверяешь?

— Что? Белис! — он снова засмеялся, хрипло, но уже не так безумно, как раньше. — Я не знаю, что это было, Кесс.

— Чувство вины? — предположила я, и он вопросительно вскинул брови. — За то, что ты снова лез ко мне со своими поцелуями?

— И это тогда, когда тебя вывернуло мне на брюки… Я был ужасно пьян. И… да, я виноват.

— Ты же не станешь делать так больше?

Он молчал, а желваки на его щеках ритмично двигались. Наконец, бросил:

— Нет, не стану.

Он вдруг стал мрачным, задумчиво повернулся к окну, за которым медленно темнело.

— Кесс, — вдруг протянул он. — Где тот журнал с твоим фото?

Он мог задать любой вопрос, даже самый дурацкий, но он спросил именно это, и я едва сдержала испуганный всхлип.

— Нигде, — бросила слишком резко.

Тайлер обернулся. В уголках его рта затаилась улыбка.

— Ты хранишь его, правда?

— Я давно его выбросила!

— Кесс-крошка… — и он молчал, а я была не в силах смотреть на него. — … ты разглядываешь себя на этой фотографии, верно? Время от времени?

— Еще чего, — мои щеки мгновенно вспыхнули.