Чтение онлайн

5.

– Давай!
– я дал отмашку Ладе, отскакивая от очередной овцы. Не потому что опасался готовой вот-вот “вылупиться” твари, а потому что…

– Пфууууууф!
– с вытянутой руки аэроманта сорвался поток воздуха - промышленный вентилятор позавидует. Но сорвался не просто так, а подхватывая тончайшую меловую пыль из ящика под ногами у сестры. Белёсый полупрозрачный поток ударил в лабораторное животное, заставив заметаться в своём тесном загончике и жалобно заблеять… а потом вдруг словно взорвался изнутри! Вылетевший в высоком прыжке

мутант пучил глаза с горизонтальным зрачками сильнее обычного, но при этом на сероватой шерсти не было ни одной белой пылинки.

– Блемм!
– в очередной раз пропела тетива арбалета.

– Что на этот раз?
– я подхватил медицинский лоток с ножом и скальпелем, клеёнку, и привычно двинулся к туше.

– Двадцать восемь и три, - потратила несколько секунд, чтобы прочесть показания циферблата Наташа.

– Двадцать девять и ноль, - тут же отозвалась Ола, играющая в эксперименте роль наблюдателя.

– Двадцать восемь и девять, - отчиталась родственница.

– Двадцать девять и ноль, - на всякий случай вставила волкоухая. Печать позволяла считать десятые доли секунды, но механические хронометры в экспериментах считались независимыми от наблюдателя и потому объективными регистраторами.
– Записала.

– Итак, шесть или семь десятых секунды от субъективно определяемого времени принятия Тьмы до возникновения турбулентности вокруг тела изменённого, - Лада аккуратно закрыла ящик с меловой пылью и привычно создала смерчик-пылесос. Рассуждая, аколит не забывала следить, чтобы её творение не приближалось к ногам ведьмочки.
– А вообще разброс от ноль-пяти до секунды.

– И скорее всего, скорость активации воздушного покрова зависит от индивидуальных особенностей каждого мутанта, - не отвлекаясь от извлечения ставших ценным ресурсом внутренних органов овцы, подсказал я.
– Вопрос, правда, каких. Думаю, мы набрали достаточно материала биометрических исследований для статистического анализа…

– Уааау!
– Ола вдруг заразительно зевнула, одновременно потягиваясь… и только потом сообразила, что повела себя не особо культурно.
– Ой! В смысле, есть куда более интересный вопрос: откуда вообще к Тьме ещё и Воздух берётся? С Первостихией-то понятно: ею Ната делится с овцой. А дополнительная Стихия как возникает?

Ну да, всё, блин, так просто: берёт - и делится. Маги…

– У вас ведь были лабораторки по разложению солнечного света в спектр при помощи призмы?
– придержал нотации я. Однообразные эксперименты задалбывали, но именно это и была настоящая научная работа - а не та показуха, что я устроил на презентации. Выводы должны быть подтверждены или опровергнуты статистикой - а иначе яйца выеденного не стоят.
– В одном белом луче “прячутся” и красный, и жёлтый, и зелёный, и все остальные, включая невидимые глазом.

– Хочешь сказать, в Натиной Тьме уже есть все “вторичные” Стихии?
– удивлённо хлопнула ресницами родственница.
– А почему тогда… она сама не может?

– Потому что у тебя либо есть призма, либо её нет, - мне в голову тот же вопрос пришёл гораздо раньше, и я успел хорошенько над ним подумать.

– Интересная теория… - всерьёз озадачилась пакова зазноба.

– Гипотеза, всего лишь гипотеза, - поправил я.
– А может и вовсе предположение, потому что на данный момент у меня нет никаких идей, как эту идею проверить*. Хотя она, например, хорошо объясняет, почему у людей рождаются потенциальные маги, а у эльфов - нет.

– Почему?

–

У эльфов нет магов?!
– одновременно переспросили меня студентки-воздушницы.

– По крайней мере, я спрашивал Рону и она о таких ничего не слышала, - подтвердил я.
– Сама подумай, Лада: были бы маги у остроухих - смогли бы люди загнать их в Шрам и заставить прятаться веками там? Что касается твоего вопроса, Ола - ты ведь в курсе, что все человеческие дети рождаются Светлыми? Даже если мать - Тёмная. При этом, по усреднённой статистике, от четырёх до восьми процентов новорождённых одарены, то есть имеют склонность к той или иной конкретной Светлой Стихии. При этом сам Свет “в чистом виде” воспринимать не перестают.

[*Гипотеза считается научной, если она удовлетворяет научному методу, то есть объясняет все факты, которые гипотеза призвана объяснить; не является логически противоречивой; принципиально проверяема, то есть потенциально может быть проверена критическим экспериментом; не противоречит ранее установленным фактам; приложима к возможно более широкому кругу явлений.]

– Ну ты всех грузанул, братик, - подловив момент, когда рядом со мной никого не оказалось, подошла двоюродная сестра.
– Я-то уже привычная, а у Ольки мозги в трубочку сворачиваются каждый раз на полдня. Как твои-то не маги только тебя слушают?

– Не бывает сложных знаний, бывают плохие объяснения, - усмехнулся я. Контейнеры с будущим материалом для трансплантов заняли свои места на полках: не только исследования, но и какой-никакой доход. По сравнению с заработками Роны так, “на булавки” - но ведь не даром у меня дома говорят, что “копейка рубль бережёт”. Не так давно ситуация была ровно обратной: я приносил основной доход в семью, а эльфийка выступала скорее ради собственного удовольствия… точнее, мне так казалось, пока не пришлось разом ухнуть всё накопленное за выкуп Тани. Тут-то эти самые “булавочные”, но каждый день поступающие суммы нас и удержали на плаву.

– Ага, ага, - Лада воровато оглянулась по сторонам, убедилась, что в лаборатории мы одни, и наконец спросила то, что хотела: - Светлый ребёнок у Тёмной - это правда возможно, или ты просто свою ведьму успокаивал?

– Не только “возможно”, это единственный вариант, при котором ребёнок может родиться, - я постарался не хмыкнуть. Ну конечно, как же не посплетничать у подруги за спиной-то. Тем более эта подруга - жена брата. Просто обе Первостихии настойчиво велели!
– Если Тёмная попытается изменить свой плод, неважно на какой стадии беременности, то это приведет к ассимиляции тканей нерождённого в материнский организм.

– Брр, - передернула плечам эта любопытная варвара.

– Зато никаких проблем с контрацепцией, - сделал вид, что не заметил реакции я.
– Чужая магия на Наташу не действует, в том числе и моя. Если бы не особенности Первостихии - я бы уже готовился стать счастливым отцом… во второй раз.

Видимо, я не удержал лицо, потому сестра ответила быстро и совсем другим тоном:

– Но ведь ты сказал, что с Кариной всё хорошо, и мастер Марат в манор вернулся…

– Из огневика, привыкшего прижигать раны на поле боя, отличная повитуха, кто ж спорит-то, - после памятного выступления на сессии Учёного Совета меня теперь периодически тянуло на чёрный юмор.
– “Оставайтесь в Нессарии, в любой момент может потребоваться ваша консультация…” Уже месяц прошёл, хоть бы одной заразе понадобился! Тьфу.