Чтение онлайн

Бородатый поклонился, и Джесс машинально сказал:

— Здравствуйте.

— А вас как зовут? — спросил мистер Крамп.

Ребята представились, и он продолжил:

— Прелестно. Ну а теперь, прежде чем мы продолжим наши объяснения, думаю, можно слегка подкрепиться.

Коротким и толстым указательным пальцем он начертил в воздухе сложный знак и пробормотал:

Добро пожаловать, вино, Каким бы ни было клеймо. Садясь, молитву сотвори, За

хлеб любой — благодари.

Тотчас появился маленький столик. На нем стояло блюдо с небольшими кексами, высокий серебряный кувшин и четыре серебряных кубка. Мистер Крамп налил в кубки вина.

— Магия! — воскликнул Рич. — Как вы это делаете?

Мистер Крамп удовлетворенно хихикнул.

— Это не магия, Ричард. Магией в нашей стране занимаются поэты. А такого рода вещи доступны обычной науке, для этого достаточно знать древнее заклинание Мейкниса, составленное Мэйкписом.

— Наука?

— Конечно. В данном случае происходит такое распределение вещества, при котором вещь или есть, или ее нет. Как говорит поэт Фаскер: «Быть или не быть — вот в чем вопрос»!

— Это Шекспир! — возмутился Джесс.

Мистер Магнус, вытерев вино со своей спутанной бороды, сказал:

— Чушь! Это слова из большой поэмы нашего величайшего поэта Гориуса Фаскера, которая называется «Цветение мести».

Джесс в замешательстве потер лоб. Не зная, что еще сказать, он отхлебнул из кубка. Искрящееся вино пузырилось, пощипывало язык, а по вкусу напоминало виноградную кожуру с горьким медом. Джесс так и не понял, понравилось ему это или нет, однако вино еще больше возбуждало интерес ко всему, что с ними случилось.

Мистер Крамп сказал:

— Ну а теперь — объяснения. Начнем с того, что я вернусь на много столетий назад. Очень давно наш мир раздирала война между двумя братьями — Хэмингом и Уодингом. Хэминг был господином Севера, а Уодинг — Юга, и много лет их армии вели жестокую войну за власть. Города и деревни были разрушены, поля — сожжены, и всюду царили болезни, голод, отчаяние…

Он остановился, чтобы чихнуть, а мистер Магнус тем временем сгреб серебряные кубки и принялся полировать их полами пиджака.

— Уодинг был поэтом, — продолжил мистер Крамп. — Возможно, самым могучим из всех наших поэтов. А как вам уже известно, поэты наши имеют силу большую, нежели ученые. Мы только пользуемся тем, что они придумывают. Большинство поэтов редко пускают в ход Слова Силы для практических целей, но уж если это случается… н-да, тогда, как говорит Фаскер,

Когда дотоле неведомых форм касается воображенье, Перо поэта их очертанья меняет, Несуществующее — наполняется жизнью И обретает и место свое, и имя.

«Воображаемые тела появляются — неизвестные формы вещей производит перо поэта — превращает их в действительные формы — и дает несуществующему — действительное существование и имя». Самый скромный поэт у нас своим искусством может устроить весну в середине зимы или вызвать к жизни другие невероятные события. Уодинг был далеко не ординарным поэтом, и его искусство превосходило творчество

многих настолько, насколько знания Гермеса Трисмэгиста превосходят мои. Именно Уодинг дал жизнь чудовищному зверю — волку, названному Фенрисом, а Фенрис на Древнем Языке означает — «Страх». Имея на своей стороне страшного Волка, Уодинг ринулся на врага. Люди Севера отступили перед Волком — Уодинг встретился лицом к лицу с Хэмингом и убил его ударом копья.

После этого наступил мир и вся страна попала под власть Уодинга. А Уодинг увел Волка в страну Гиперборею и там привязал его к скале Белдрап, что значит «Держи крепко». Необыкновенный шнур, которым он привязал Волка, он тоже сотворил с помощью магии, ибо никакая другая веревка или даже цепь этого мира не смогла бы удержать на привязи его страшного зверя. И Фенрис оставался там вплоть до наших дней.

Джессу, завороженному рассказом, казалось, что он уже слышал когда-то нечто подобное, и даже некоторые имена были ему как будто знакомы.

Он спросил:

— Но зачем Уодинг оставил его в живых? Тем более когда такое опасное существо никому уже не было нужно?

— Вероятно, он сделал это для того, чтобы люди всегда помнили о той войне, — мрачно сказал мистер Крамп. — И действительно, ему это удалось. Тысячу лет в нашем мире не было никаких войн. Никаких, пока Волк оставался лишь напоминанием. Но сейчас, к сожалению, Волк на свободе.

— К сожалению?! — возмущенно перебил мистер Магнус. — К несчастью! К гибели! Я могу назвать немало слов гораздо более сильных, чем «к сожалению».

— Спокойствие, дорогой Магнус, — продолжал мистер Крамп. — Вы совершенно правы, надвигается катастрофа. И нас ждет гибель. Вся Верхняя Венция уже превращена в пустыню. Земля выжжена, деревни опустели. Если Волка не остановить, наш мир обречен.

Он помолчал и вздохнул.

— Во всех странах думают, как этого избежать, вот и здесь, в Гвилиате, премьер-министр обратился к нам с Магнусом за советом. Мы переговорили с предсказателем возможностей…

— При чем тут погода? — перебил Джесс.

— Не погода, а возможность! [1] У нас есть такое устройство, которое подсказывает, каковым может быть решение проблемы. Так мы узнали, что в нашем мире нет человека, который мог бы справиться с Волком, и что необходимо призвать героя из Ниоткуда.

— Ясно, — сказал Джесс. — Но откуда это — «Ниоткуда»? И этот герой… Вы его нашли?

Мистер Крамп пару раз пыхнул трубкой.

— Я не могу сказать вам точно, что значит «Ниоткуда», — продолжал он. — Мы только знаем, что наш мир и тот, который мы называем «Ниоткуда», существуют рядом, но не соприкасаются. Представьте себе дым от огня и пар над котелком — они поднимаются вместе, перемешиваются, — но все же они не одно и то же… Что-то вроде этого. С помощью определенных заклинаний и магических действий мы можем переносить вещи из Ниоткуда в наш мир в единственно пригодный для этого день — в День Силы.