Чтение онлайн

— Не беспокойтесь, уважаемый, им будет не до вас, — услышали ожидающие последние слова касика.

Высокий и широкоплечий индеец закрыл за собой дверь, подошел к своим воинам и выудил из поданного мешка прямоугольную штуковину, блестевшую круглыми бляшками и кантиками. Вытянув из нее так же блестящий прут, касик шевельнул рукой и штуковина ожила — из нее раздались скрипы и треск. Не обращая внимание на трех кечуа с отвисшими челюстями у стены, касик крутил бляшку, пока сквозь шум не прорезались голоса:

…со счетом два-ноль аргентинская

ш-ш-ш победила швейцарцев, голы забили Артиме и он-ш-ш-ш….

…результаты визитов в Москву Индиры ш-ш-ш и Гарольда Вильсона…

…ш-ш-ш-ш…

…в пригороде Санта-Круса обстрелян дом …ш-ш-ш-ш… полагают обозреватели, он является главой местных наркоторгов …ш-ш-ш-ш… уже вторая перестрелка за неделю. Как сообщил нам информированный исто …ш-ш-ш-ш… может быть связано с уничтожением лабо …ш-ш-ш-ш…

Касик раздраженно дернул щекой и принялся вертеть штуковину так, чтобы блестящий прут смотрел в разные стороны. Временами голос из коробки звучал чище, но все равно прерывался шипением и скрежетом.

…в результате выборов президентом Боливии избран генерал Рене Баррьентес, чья инаугурация …ш-ш-ш-ш… августа. Сегодня генерал отправился в поездку по департаменту Ла-Па…ш-ш-ш-ш…

Касик еще несколько раз повертел коробку, махом вдавил блестящий прут внутрь коробки и щелкнул бляшкой. Шум и треск пропали.

— Надо найти место повыше, здесь горы закрывают.

Воин принял коробку и убрал ее в мешок, а взамен подал касику винтовку.

Трое ожидавших поднялись, приблизились и нерешительно поклонились:

— Касик…

— Чего вам?

— Ты освободил нашего брата с плантации, мы пришли к тебе.

— Зачем?

— Мы хотим держать оружие.

— Это тяжело, вот, спросите их, — касик махнул рукой на своих воинов.

Те в подтверждение кивнули, но просителей трудности не испугали.

— Мы не боимся, касик.

— Ну что же, — Вася задумался и неожиданно брякнул читанную в какой-то книжке фразу: — Служите верно и мои милости не минуют вас.

— И меня тоже? — откуда взялась дочка малакку, никто и не заметил.

Девица явно собралась в поход и теперь крутилась туда-сюда, демонстрируя свою готовность следовать за касиком.

“Вот только этого мне и не хватало” — подумал Вася.

Нет, постоянной женщины ему как раз и не хватало, но только походно-полевая жена никак не должна быть дочерью местного авторитета. Общин в республике планируется много, на всех дочерях не женишься, значит, все остальные будут заранее обижены. А еще семья вполне может присесть на крепкую шею касика. Нафиг-нафиг.

Сразу отбояриться от такого счастья не вышло, девица оказалась упорной и даже не реагировала на увещевания вышедшего на шум отца. Мол, буду готовить, стирать и все такое, только возьмите меня… гм… И ведь вполне симпатичная на фоне остальных местных, во всяком случае, Искай и Катари на нее поглядывали весьма умильно.

Ситуацию спасла пожилая женщина, которую Вася посчитал женой малакку. Она просто взяла не в меру решительную

дочь за волосы и утащила за собой. Крики и вопли были слышны далеко за общинной чертой, скандал с юной партизанкой вышел на славу.

В айлью Контиго к пополнению прибавился еще человек — батраки разносили слухи о Тупаке Амару почище скверно работавшего в горах радио. Помозговав полдня над программой подготовки, Вася и Хосе и передали ее Габриэлю вместе с новобранцами, а сами начали готовить боевой выход. Поскольку дело намечалось в городке, где не было армейцев, то Хосе настоятельно советовал ограничится пистолетами — их после налета на лабораторию было аж восемь штук, из них пять “кольтов”. Вот впятером и решили идти — больше слишком заметно, а полицейских взять неожиданностью, сил должно хватить. Вперед послали Иская и когда все собрались в городе он сообщил, что на посту ночью остаются двое, а семья коррехидора уехала в Ла-Пас и в доме чиновник остается один, не считая служанки.

Но после окончания смены полицейские не покинули пост, наоборот, подъехали даже те, кто должен был уже спать по домам. Причина стала ясна почти сразу — из того, что здесь называли патрульной машиной, выгрузили ящик чичи и ящик с бутылками посолиднее. Как сказал наблюдавший за постом Искай, полчаса назад местный ресторатор, то есть содержатель харчевни, притащил корзину с едой.

— Ну и отлично. Ждем час и начинаем, — решил Вася.

Легко сказать, но провести час в чужом городе так, чтобы тебя не заметили? Кругом, несмотря на спустившуюся ночь, люди, собаки, даже чертовы птицы реагируют на движение… А стоит поднять шум — полицейские непременно вылезут проверить, что происходит и перестрелки не избежать. Потому Вася со товарищи постарались слиться с ландшафтом — с заброшенной халупой, с двумя пустыми бочками, от которых шел острых запах нефтянки, с поросшим быльем двориком, по которому за весь день прошли только две курицы.

“Кстати, надо бы ребятам добыть часы. Это хорошо что мы сейчас на прямой видимости, а как согласовать атаку с нескольких сторон, если придется?”

И Вася углубился в мысли, где взять наручные часы и, самое главное, как научить индейцев ими пользоватся. Так-то они прекрасно определяли время и без них — час до рассвета, два часа после, сумерки, два часа после заката — но это никак не годилось для боевой синхронизации. “Сверим часы”, ага. И фонарики не помешали бы. И уоки-токи, если уж мечтать на всю катушку.

За этими мечтами час и пролетел, радостные возгласы полицейских на посту сменились сперва пением, затем ссорой, потом примирением и, наконец, происходящее свелось к невнятному бормотанию в стиле “Ты меня уважаешь?”.

— Быстро они накидались, — констатировал Искай.

— Опыт не пропьешь, — усмехнулся Вася и дал команду к выдвижению.

Дверь на пост даже не была заперта, а из шестерых полицейских только двое попытались подняться навстречу с грозным мычанием. И тут же плюхнулись обратно, получив в лоб от Римака и Катари. Следом двое боевиков вырубили и остальных и группа, выставив часового, принялась обчищать пост.