Чтение онлайн

После прогулки я бегала по замку и окрестностям, раздавая указания и следя за стройкой. На обед и ужин в этот раз пришлось спускаться. Обычно, я кушала либо в кабинете, либо в своих покоях, не отрываясь от работы. Теперь пора приучать себя следовать правилам хорошего тона. После лёгкого ужина, я поднялась в кабинет. Хочется попробовать самой разобраться в отчёте, да и королю отправить письмо. Оли ушел, оставляя меня на Невилла, но обещал вернуться позже, продолжить наш вчерашний разговор. А точнее поцелуи. Дальше заходить я пока боялась. От этих

мыслей стало смешно. Это тело

у меня девятнадцатилетней, а мозги уже тридцатилетней, да ещё и выросшей в другом мире. Откуда тогда этот страх и смущение? Дойдя до кресла, почувствовала головокружение. Видимо не следовало мне так перенапрягаться последнее время. Организм ещё не отошёл от отравления. Выпив стакан холодной воды, отогнала посторонние мысли и села за бумаги. Но, спустя несколько минут, головокружение вернулось, но уже с тошнотой. А вот это уже не хорошо. Хотела крикнуть Невиллу, чтоб позвал Генри, но не смогла. Из горла вырвался лишь хрип. Испуганно подскочила с кресла, но не успела сделать и шага, как рухнула на пол. Дышать становилось всё сложнее, а сердце билось, как сумасшедшее. Сознание уплывало, затягивая в темноту.

"Вот ты, Алёнка, и пожила. От судьбы не убежишь." — вяло подумала и провалилась в небытие.

***0Т ТРЕТЬЕГО ЛИЦА. СПУСТЯ ДВОЕ СУТОК ПОСЛЕ ОТРАВЛЕНИЯ***

— Генри, что будет с герцогиней. — встревоженно спросил Оливер, с болью посмотрев на бледную девушку, лежавшую без сознания.

— Пока не знаю, Оливер. Противоядие я дал, но нет никакой уверенности, что оно сработает. Сколько леди была без сознания и какую дозу яда приняла — неизвестно. — ответил лекарь, разводя руками. Лечить отравление он умел и делал это профессионально. Но сейчас яд был неизвестен. Оставалось надеяться лишь на универсальное противоядие и силы самой девушки.

— Ты что, думаешь герцогиня сама отравилась? — возмутился герцог, переводя взгляд на лекаря.

— Тут не знаешь, что лучше. Сама или отравили. — честно признался Генри, отводя взгляд.

— Нет, Генри. Элизабет не могла отравиться, слишком любила жизнь. Но и следов мы не нашли. Девчонки уже перемыли всю посуду после ужина, обыск тоже ничего не дал. Мы перетряхнули все личные вещи слуг и ничего. Ни одной зацепки! — повышая голос, поведал начальник охраны.

— Не кричи, иначе возникнет паника. Лучше Его Величеству напиши. И вообще,

с каких пор ты так переживаешь о герцогине?

— Ты лекарь? Вот и лечи. — фыркнул Оливер. Ирония в голосе лекаря зацепила.

— Оливер, она знает кто ты?

— Нет. — сквозь зубы прошипел герцог.

— Нет? А ты не боишься, что леди сбежит от тебя, если узнает правду? — усмехнувшись, поинтересовался Генри, разглядывая влюблённого мужчину.

— Я всё ей расскажу. Но не сейчас. Пока не время, она ещё не до конца привыкла ко мне.

— Я знаю тебя много лет. Ещё со времён, когда состоял на службе у короны. Ты хороший парень и заслуживаешь счастья. Но ты же понимаешь, что король не одобрит этот брак? Даже если попросит сама герцогиня, он не даст разрешение.

— Генри, я решу проблему с Ричардом, мне он не откажет. — отрезал Оливер, сдерживая грубость. Лекаря

обижать не хотелось.

— Не отказал бы, если бы леди Элизабет ею и являлась. Но не сейчас, когда в теле герцогини совершенно другая душа. — справедливо заметил Генри, заставляя Оливера напрячься.

— Откуда?

— Откуда знаю? — переспросил Генри, усмехнувшись. — Я знал Элизабет на много дольше, чем ты. И та Элизабет не бегала бы сейчас горной козочкой по всему замку, внедряя никому не известные идеи. И не рассказывай мне о потере памяти, да якобы найденных

свитках. Я не идиот, Оливер. Та Элизабет сейчас рыдала бы на плече у братца, повинуясь каждому его слову.

— И как давно ты знаешь? — устало спросил Оливер, с грустью посмотрев на лекаря.

— Практически с самого начала. — пожал плечами мужчина, осознавая, что ходит по тонкому льду. — Но прежде, чем что-то предпринимать, напиши королю.

— Он знает?

— Если только догадывается. О своих наблюдениях я не рассказывал ни ему, ни Эдварду.

— Ты же понимаешь, что с такими знаниями не живут?

— Я много чего знаю, Оли. — тихо рассмеявшись, ответил Генри. — Ты за меня не беспокойся. А вот тебя король не отпустит со службы. И иномирянку не отдаст. Сам знаешь, что о тебе никто не должен знать. Так что разберись с этим, не разбивай девочке сердце.

— Ты даже знаешь, как меня называет Элизабет. — пораженно проговорил герцог, сбитый с толку. — Чему вас на лекарских курсах учат? Шпионить?

— На курсах учат лечить. — не отреагировал на подколку Генри. — А вот служба во дворце учит многому, в том числе и интригам.

— Почему тогда уехал в глушь, подальше от столицы? — ехидно поинтересовался Оливер.

— По просьбе Джеймса. — серьёзно ответил Генри. — Я здесь по той же причине, что и ты. Защищать леди Крин.

— Поздравляю, друг. Мы не справились с этой задачей. Опять. — горько усмехнулся герцог и вышел из покоев.

Мужчина шел по коридору, в сторону кабинета. Лекарь прав, в первую очередь необходимо оповестить короля. Самое отвратительное, Ричард может прислать Эдварда. Цепной пёс короля с одного взгляда поймёт, что у него и Элизабет закрутился роман. Как отреагирует Ричард? Придёт в бешенство. Старый интриган попал в самую точку. Ричард может закрыть глаза на короткий роман, но брака он не допустит. Никто не отпустит Оливера со службы. Замены мужчине нет, а обучать кого-то на сложную должность придётся не один год. Оливер учился с детства и десять лет исправно нёс службу. Безупречную службу.

Пройдя в кабинет, Оли схватил лист бумаги, перо и застыл в нерешительности. Что делать? Выполнить приказ и доложить королю обо всём, не утаивая ничего, тем самым отречься от любимой? Или всё же скрыть происшествие? Нет, скрывать нельзя. Эдвард — единственный человек, способный отыскать отравителя, не убив при этом невиновного. То, что его смешливая Алёнка очнётся, Оливер знал точно. Но если не найти виновного, жизнь любимой будет в опасности. Сцепив зубы, Оливер дрожащей рукой писал доклад своему королю, ставя жирный крест на мечтах о счастливой семье. Сложив исписанный листок, мужчина поспешил в голубятню, боясь передумать. Не обращая