Чтение онлайн

– Еду я, значит, - сиплым голосом произнес рассказчик. – Смотрю, стая волков всадника погнала. Он отбивался, как мог. Это вон там, в лесочке было под горами. Смотрю, а волков огромный пес ведет. Пена течет, зубы скалит. Его даже волки бояться!

– Цуцик! – обрадовалась Пять Мешков. – Ну как он?

– Цуцик? – вздохнул крестьянин. – Он хорошо. Он поел! Он же первый прыгнул и на мужика в плаще. Ухватил его за плащ и стащил его с коня. А потом уже и остальные налетели. Конь взбеленился и бросился бежать. Еле поймал!

Бертран уже

понимал, что благодаря Цуцику приглашение на бал принято. И теперь нужно будет явиться всей семьей в королевский дворец.

«Хороший был дворец!», - подумал Бертран, а потом посмотрел на Герцогиню Пять Мешков. – «Нужно нанять ей хорошего учителя манер!».

– Гиос! – крикнул он, пока старик шептал что-то вроде «боги, храните короля!». – Пиши в столицу. Требуется учитель манер и танцев. И…

Бертран посмотрел на жену, которая очень переживала за Цуцика.

– И двух запасных, - мрачно добавил Бертран, глядя на красавицу – жену. – И модисток. И запасную команду. Плачу в три раза больше. За риск. В случае преждевременной кончины я заплачу родственникам. Так и напиши.

– Значит, я еду на бал? – обрадовалась Пять Мешков. – На настоящий королевский бал?

Бертран бы на месте короля уже начинал строить новый дворец. Желательно подальше. Гиос кивнул и отправился писать письма.

Уставший Бертран направился обратно в замок, унося за собой жену под облегченные выдохи крестьян.

– Для герцогини мы приготовил ванну, - ядовито произнес Гиос. Старик явно решил отомстить за наплевательское отношения к фамильному имуществу.

В этот момент герцог понял. Он мужчина. Он должен защитить замок.

Поэтому решительной походкой он понес жену в сторону ванной.

Старик Гиос такого не ожидал, поэтому бросился за герцогом следом. Когда Бертран зашел в ванную, он тут же одной рукой сдернул шторы и приказал собраться слугам.

– Так, сквозь мыло продеваете веревку, - Бертран посмотрел на нежным мрамор пола и представил себя со сломанной ногой. – И привязываете его к трубе.

Он командовал так, словно капитан корабля, попавшего в страшный шторм.

– Убрать! Вынести! А это что здесь делает? – спросил он, пока слуги утаскивали тумбочку. Бертран живо представил, как лежит возле нее на мокром с разбитым виском и раскоряченными ногами.

– Достаточно, - с некоторым сомнением произнес Бертран, сдувая волосы. – Теперь буду купать. Лично.

– Но это же верх неприличия! Никогда такого не было, чтобы мужчина вмешивался в женские дела, - начал было строгий ревнитель порядков Гиос. Но тут же был выставлен за дверь.

***

Я почувствовала, как с меня снимают платье и бросают его на пол, а потом осторожно погружают в воду.

– Сиди и ничего не трогай, - произнес муж, пока я вспоминала его жаркие поцелуи. Кто бы мог подумать, что он так сильно в меня влюбится. Даже папа маму не купал! А тут прямо… Я покраснела, опустив руки в теплую воду.

– Руки держать над водой. Чтобы я видел, - произнес Бертран, снимая

с себя камзол и закатывая рукава сорочки. Он сдул прядь волос и взял в руки мыло и мочалку.

«Как вы думаете? Он там жив?», - спрашивали тихие голоса в коридоре.

– Может, я сама? – спросила я, когда мочалка с душистым мылом скользнула по моим плечам.

– Держи руки так, чтобы я видел! – сурово произнес муж.

«Слышишь, разговаривает. Значит, живой!», - выдыхали в коридоре.

Губка скользнула по груди, как вдруг его рука замерла. Я посмотрела с удивлением, держа сложенные руки над вкусно-пахнущей пеной. Губка снова ожила и стала скользить по животу. У меня невольно вспыхнул румянец, когда она коснулась моих бедер.

Я сидела в огромной купальне, закусив губу и пытаясь не вздыхать.

Мне было ужасно стыдно!

Как вдруг я почувствовала поцелуй на губах. Раздался плеск и что-то упало в купальню.

Опомнилась я в тот момент, когда меня прижали к краю бортика, а мои руки прикасались к мокрой сорочке, облепившей широкую грудь.

Мне кажется, я влюбилась…

Обычно девки возле речки стоят, полощут, трут, а тут мужик сам все делает!

Хозяйственный, ласковый, никогда не ругает! Вот такой мне и нужен! Разве можно не влюбиться в мужчину, который и моется и стирает вещи одновременно?

О лучшем я и мечтать не могла!

Я вспомнила, как в первый раз было немного больно, а теперь стало так хорошо, что прямо забываешь обо всем на свете.

Нет, мне, конечно, нравились некоторые парни, но не так как герцог, который умеет делать такие волнительные вещи.

Я чувствовала, как он стонет, прижимая меня к себе все крепче и крепче. Кто бы мог подумать, что у нас такая любовь будет? Да никто!

Уцепившись за бортик я поняла, что умираю от напряжения. Еще немного и…

Мои руки вцепились в его плечи, а я прильнула к нему всем телом. Мою шею покрывали поцелуями, а я таяла, как последний сугроб под окнами в конце июня.

Ничего, мне девки в Мэртоне кое-что рассказывали! Ну это так, по секрету. Как сделать так, чтобы мужик от счастья выл! Так и сказали! А еще говорили, что всем мужикам это нравится.

***

Бертран простонал, крепко обнимая стройное девичье тело. Никогда еще ни одна женщина не могла доставить ему такое блаженство. И за это он покрыл поцелуями ее задумчивый лобик.

Ему было все равно, чем она сейчас думает. Он все еще задыхался, поражаясь тому, какую власть приобретает над ним эта деревенская девушка. Герцог, задыхаясь смотрел на розовый мрамор, чувствуя, как потяжелели его мокрые крылья.

Он поднял на руки девичье тело и поднялся по скользким ступенькам.

– Руки, - строго произнес Бертран, осознав с удивлением, что никогда еще не купал женщину. Женщины вообще существа капризные. И не любят, когда мужчины вмешиваются в их украшательства.