Чтение онлайн

Голосом слабым славлю Геракла.

Лебедь весь белый, но не мешайте

Петь ему, люди: песня годится,

Если он славит то, что прекрасно.

В герое кровь Зевеса,

Но выше крови знатность

Дела ему стяжали:

Без бурь на белом свете

Прожить теперь мы можем,

И под могучей дланью

700 Чудовища смирились.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Лик (с прежней стороны), за ним Амфитрион (из дворца).

Лик

Ну,

наконец-то ты, Амфитрион,

Пожаловал! Не торопились, видно,

Для смерти наряжать вы Гераклидов

Да погребальные покровы выбрать...

Ну, поскорей зови сюда Мегару,

Пускай детей ведет: решили вы

Без споров подчиниться мне, не так ли?

Амфитрион

Лик! Я нуждой придавлен, и меня

Легко преследовать, над беззащитным

Ругаться; поскромней бы надо быть

Тебе, хоть и сильнее нас теперь ты.

710 Царь нашей жизни требует? Ну что ж,

Конечно, мы должны повиноваться...

Лик

Да где ж Мегара? Где ее приплод?

Амфитрион

Дверь заперта. Насколько можно слышать...

Лик

Что слышать?.. Коли начал, говори!

Амфитрион

У очага с детьми Мегара плачет.

Лик

Но слезы бесполезны ей, старик!

Амфитрион

Взывает к мужу там она, и тщетно.

Лик

Геракла нет, откуда ж он придет?

Амфитрион

А если боги воскресят героя?

Лик

720 Оставь, старик. Сноху сюда веди!

Амфитрион

(раздельно)

Ты мне велишь вести на казнь Мегару?

Лик

Все эти тонкости, почтенный, не для нас.

Я мать с детьми сейчас и сам доставлю.

Эй вы, приспешники! за мною во дворец!

Пора нам с плеч свалить обузу эту.

(Уходит со стражей.)

ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ

Те же без Лика.

Амфитрион

Ушел... Небось обратно не придет.

Туда тебе, злодею, и дорога!

Там полностью получишь свой расчет...

Друзья мои! Подлейший из тиранов

В железную теперь попался сеть;

730 Остривший меч сам от меча погибнет.

Пойти, полюбоваться, как его

Уложат. Сладко нам смотреть на кару

Злодея и увидеть смерть врага.

Хор

Строфа I Довольно бед!

Из адской тьмы холодной

Пришел наш царь природный

На вольный божий свет.

И новая жизнь покатилась веселой волной.

О, будьте вы, правые боги, со мной!

Корифей

740 Недолго Лик поцарствовал, и жизнью

Заплатит он за поруганье добрых.

Хор

Слез не могу сдержать,

Радости светлых слез.

Смел ли я ждать тебя?

Ты ли со мной,

Царь

мой, природный царь?

Корифей

Подумаем о том, что там, в чертоге:

Свершается ль души моей желанье?

Лик

(за сценой)

Ой... ой...

Хор

750 Постой, старик,

Антистрофа I Склони-ка долу ухо:

Там кто-то стонет глухо,

А что? Ведь это Лик!

Стоны продолжаются. Слышно падение тела.

Отрадно нам слушать, как жалобно стонет тиран,

Как валится наземь, терзаясь от ран.

Лик

(за сценой)

Все, все ко мне, я в западне, убит я!

Ой, лихо мне! Ой, смерть!

Корифей

Убит убийца. По делам награда:

Не сетуй же, - лишь равным бог воздал.

Хор

Жалкий безумец ты,

Если на миг дерзнешь

В мысли кощунственной

Слабым признать

Бога всесильного.

Корифей

700 Друзья! Умолкли стоны, и тиран

Убит, восславим же свободу!

ТРЕТИЙ МУЗЫКАЛЬНЫЙ АНТРАКТ

Хор

Строфа II Завивайтесь кольцом, хороводы,

Пируйте, священные Фивы!

С солнца счастья сбежали тени,

И вернулись светлые песни.

Больше нет над нами тирана.

770 Адский мрак нам вернул героя:

То, что было безумною сказкой,

Непреложной истиной стало.

Антистрофа II Беспредельна власть олимпийцев

Над добрым и злым человеком.

Часто смертного манит злато,

К высям славы мечты уносят.

Но лишь палицу время подымет,

Задрожит забывший про бога;

И летит с высоты колесница,

780 Вся обрызгана грешною кровью.

Строфа III Венком уберися, Исмен мой!

Вы, улицы Фив, развернитеся шире для пляски сегодня;

Приди к нам на праздник и ты,

Диркея, из темной пучины,

И ты приводи своих дочек, Асоп!

Пускай эти нимфы

Нам хором согласным споют

Про славные битвы Геракла!

790 А вы, геликонские рощи,

Где Музы живут,

Откройтесь для звуков победных,

Звучите фиванскою славой,

Исконною славой ее земнородных князей!

Те спарты в тяжелых доспехах

Священные Фивы потомкам

На славу свою сберегли.

Антистрофа III Рожденье Геракла чудесно:

800 К Персеевой внуке на ложе бессмертный и смертный входили;

Обоих прияла она.

Я верил всегда, что в герое

Течет небожителя славная кровь.

Но кто же из смертных

Дерзнет сомневаться теперь,

Когда олимпиец, так живо

Из адского мрака исторгнув,