Шрифт:
Пролог
В комнате с рваными обоями, на пожранном молью диване, спал молодой человек. Он лежал на животе и, немного приоткрыв рот, громко храпел, с уголка рта на подушку медленно стекала слюна.
Определить возраст этого молодого человека было нетрудно, примерно лет двадцать.
Телосложением юноша напоминал кенгуру, в том смысле, что тонкое в плечах тело, стремительно расширялось в направлении живота и зада. Прыщавое лицо и очки с толстыми стёклами, в которых он спал, выдавали
Густые волосы жгучего чёрного цвета сплошь грязные, лохматые и засаленные. Глубоко посаженные глазки под воспалёнными веками и, напоминающий подгнивший баклажан, нос.
Да, юноша этот был некрасив.
Спал он в одежде и, кажется, во сне обмочился, ибо запах в этой невзрачной комнате распространялся ужасный. Не заправленный со вчерашнего дня диван с грязными простынями, на котором спал наш герой, стоял напротив старого письменного стола с пузатым компьютерным монитором посредине, вокруг которого, в беспорядке валялись тетради, учебники, грязные кружки и остатки засохшей еды.
За окном щебетали птицы, занимался жаркий летний день. Заглушая верещание дроздов, грозно прокаркала ворона, и, вторя её резкому крику, из соседней комнаты послышался женский голос:
– Гендальев!
Юноша продолжал спать.
– Мразь ты паршивая, – снова сказал голос.
Помолчал мгновение и добавил:
– Убожество скотское…
Гендальев, а тело, спавшее на диване, было именно им, пошамкал жирным ртом, уложил голову на подушку противоположной щекой и продолжил храпеть.
Некоторое время спустя, требовательный женский голос повторил уже громче:
– Ну ты, жирная тварь, просыпайся немедленно!
Действия это не возымело и через пять минут, голос лениво, как бы для галочки, прокричал ещё раз:
– Свинья неблагодарная, сопляк!
Гендальеву снился дивный сон. Он путешествовал где-то на тропических островах. В этом сне он не выглядел убогим задротом, здесь он был старше, красивее и сильнее. Они плыли на каком-то плоту по кристально чистой реке. Позади стоял здоровый негр и правил длинным шестом, а сам Гендальев глубокомысленно смотрел на разворачивавшиеся перед ним пейзажи. К нему прижималась неземной красоты блондинка и нежно обнимала за талию.
Да, в этом сне у Гендальева была крепкая талия, а не обрюзглое пузо.
Он снисходительно повернул голову к спутнице и ответил на поцелуй…
Неожиданно плот перевернулся, и герой оказался в воде.
– А ну просыпайся, тюлень вонючий!
– Что… что…– непонимающе бормотал проснувшийся юноша.
– Я тебе сказала, встал и слушаешь меня!
Он с недоумением обвёл взглядом комнату. Перед ним стояла старшая сестра с пустым ковшом в руках, вокруг была привычная обстановка, а образ блондинки неземной красоты с тропического острова, стекал с него вязкой жижей, вместе с потом и ледяной водой, что вылила на него сестра.
Синхронизация
Парень возмутился:
– Ты что же делаешь, Оксана?!
Сестра замахнулась и отвесила ему звонкую оплеуху.
– Рот закрыл, штопаный гондон! Сел ровно!
Голова отчаянно трещала и, опасаясь новых ударов, непутёвый братец подчинился.
– Ты обоссался во сне, ты видишь это? – сурово указала сестра на жёлтое пятно в области паха.
Он стыдливо забормотал что-то в ответ и попытался прикрыть штаны руками.
– Такого раньше не было, – продолжила Оксана. – Я думаю это от того, что вчера ты не просто нажрался, а ещё и добавил чем-то сверху. Травка? Таблетки? – она повышала тон всё сильнее и закончила криком. – Отвечай мне, тварь! Отвечай, урод!
Последние слова она сопроводила новой пощёчиной.
– Оксана, сестра, послушай, – сбивчиво заговорил брат. – Ну, мне же диплом вручили, я закончил учёбу…
Она перебила его издевательским смехом:
– Учёбу закончил? Да тебя не отчислили лишь потому, что я все четыре года ходила и договаривалась, давала взятки и решала твои никчёмные проблемы! Думаешь, без меня бы ты вообще туда поступил? Отродье ты убогое, конченое создание, пустая трата спермы!
Такого он от неё раньше не слышал, видимо нахваталась где-то новых словечек. Это его разозлило.
– Послушай, Оксана, – нахмурился брат. – Ты ведь не мать мне. И всё что ты для меня делала… я, конечно, благодарен, но деньги, имущество, это всё наше общее, я ведь понимаю, да. Наследство от родителей…
– Заткнись!
Она снова его ударила.
– Что ты знаешь вообще о наследстве и о родителях? Твой ублюдочный папаша, который угробил мать и подарил тебе твою сраную фамилию. Он был сумасшедшим! Он был ничтожеством!
Гендальев вскочил с дивана.
– Он был и твоим папой тоже, Оксана! – закричал он.
– Да плевать мне! Не желаю об этом говорить! Сумасшедший козёл, начитавшийся дурацких сказок и поменявший фамилию в честь волшебника. Он псих и не отец он мне! Я плевала на него, он маму убил! И не уводи меня от темы, не уводи, мразь! Я всю свою молодость отдала на твоё воспитание после их смерти, я пожертвовала личной жизнью, всем! Чтобы Витенька выучился, чтобы Витенька смог нормально жить, – она сделала гадливую интонацию. – Витенька был маленьким, у него папа с мамой погибли, он бедненький, он сирота.
– Перестань, Оксана! – вскричал Витя Гендальев.
– Нет, не перестану! Не перестану, сегодня я решаю: амба! С меня довольно! Мне тридцать пять лет и из-за тебя, паскуда мерзкая, у меня все шансы остаться старой, одинокой девой! Я ненавижу тебя, я ненавижу тебя, мразь! Ты моё проклятье, ты виноват, ты уничтожил мою жизнь! Надо было тебя в детский дом сдать пятнадцать лет назад, когда сумасшедший козёл папаша сдох, прихватив маму с собой!
Брат злобно уставился на неё и ответил: