Чтение онлайн

– Так, что... вы имеете в виду... – Я остановилась, сглотнув. – Вы торговцы людьми или что?

Седовласый, наконец, посмотрел на меня, вдруг нахмурив брови, но так, что я подумала, что он скорее грустный или непринужденный, чем злой.

– Мне не нравится этот термин... и я был бы признателен, если бы ты не использовала его снова. Я всего лишь перевозчик. Вот и все. Я просто делаю работу... и мои друзья тоже.

С моим чувством тревоги и беспокойства, превращаясь в эмоции, даже немного сильнее, я не ответила, и он продолжил.

– Хорошо оплачиваемую работу трудно найти со времен войны, особенно в сфере безопасности. Многие ранее богатые люди больше не могут позволить себе частную охрану. С Голливудом,

по существу, закрытым в течение половины десятилетия, даже многие знаменитости больше не могут позволить себе личную безопасность. Но у людей, которые всегда работали в безопасности, все еще есть семьи, которые нужно кормить, понимаешь? Возьми меня, например. У меня есть двадцатипятилетняя дочь, которая потеряла работу, когда экономика стала очень плохой, поэтому ей пришлось вернуться ко мне и моей жене. Невозможно сказать, когда она сможет жить самостоятельно. Также у нас с женой есть три внука, шести, восьми и девяти лет. Мой сын, который был их отцом, и его жена были убиты падающим драконом во время войны. Итак, мы с женой воспитываем детей. Есть наш двадцатипятилетний племянник, который был в армии в начале войны, еще до того, как правительство выяснило, что обычные американские мужчины не могут эффективно сражаться с перевертышами. Моему племяннику оторвали обе ноги один из кровавых медведей. Ему было всего восемнадцать. Теперь, даже все эти годы спустя, ему нужна помощь, чтобы просто жить, и я не имею в виду физическую помощь. Он был не в себе со времен войны, знаешь ли. Ему все еще нужно разобраться в том, что с ним случилось, и во всем остальном, что он видел, прежде чем он сможет снова жить один.

Изучая мое лицо, нахмурив брови, седовласый остановился на мгновение, прежде чем снова заговорить.

– Дело в том, что со всеми этими людьми в моем доме... со всеми этими детьми и людьми, о которых нужно заботиться... ну, им всем нужно есть, не так ли? Кто-то должен иметь действительно хорошо оплачиваемую работу, чтобы обеспечить их всех.

Испытывая прилив ужаса, я не ответила, потому что из ниоткуда, вдруг вспомнила все. Библиотека. Выключаю свет и закрываюсь. Слышу голоса. Не в состоянии снять колпачок с моей бутылки перцового баллончика. Была схвачена сзади и с забавно пахнущей тканью на моем лице. Почти сразу, теряя сознание.

Я была похищена. Я не была уверена, как могла забыть. И теперь точно знала, что человек, сидящий рядом со мной, был каким-то торговцем людьми или типа того.

Когда через мгновение или два я ничего не сказала, потому что была слишком ошеломлена и окаменела, он снова заговорил, запустив руку в свои слегка поредевшие седые волосы.

– Послушай. Мы же не везем вас, девчонки, куда попало. Большинство перевертышей кажутся неприлично богатыми. Большинство из них тоже выглядят приличными людьми. Порядочные мужчины, которые просто пытаются делать то, что им нужно так же, как я и мои друзья. Перевертыши даже позволят вам сразу позвонить своей семье; как насчет этого? Я слышал, что почти все из них позволяют генно-положительным женщинам звонить. Это хорошо, не правда ли? Чтобы твоя семья знала, что ты в порядке?

– Мой первый звонок будет в полицию или ФБР.

Я наконец-то обрела голос, хотя он звучал дрожащим, жалким писком.

Седовласый мужчина, сидевший рядом со мной, слегка поморщился, еще раз проводя рукой по волосам.

– Послушай. Правительство в этом замешано. Это они платят мне и моим друзьям. Видишь ли, это была их идея перевозить всех генно-положительных женщин, которые не подписались на национальную программу спаривания перевертышей. Это была их собственная идея, рожденная от отчаяния, я полагаю. Все различные сообщества перевертышей должны продолжать быстро размножаться в течение следующих нескольких лет, чтобы компенсировать потери, которые они понесли во

время войны. Если нет, тогда некому будет защищать народ от всех различных групп, порожденных кровью в течение следующего десятилетия. Так что для национальной безопасности важно, чтобы все женщины с положительными генами перевертышей совпадали с перевертышами и заводили детей, хочешь ты этого изначально или нет. Это важно для правительства. Фактически, это так важно, что правительство готово проникнуть на какую-то довольно мрачную этическую территорию только для того, чтобы гарантировать, что оборотни продолжают размножаться, особенно на юге, где до сих пор существуют десятки цитаделей порожденных кровью.

Все о моем похищении внезапно обрело для меня смысл, хотя в то же время это не так. Теперь я знала, почему меня похитили, хотя в этом даже не было смысла.

– Вы все совершили ужасную ошибку... все ответственны за мое похищение. Вы все совершили ужасную ошибку.

На этот раз я говорила с гораздо меньшей дрожью и немного меньшим авторитетом, и я продолжала это делать.

– Я даже не ген-положительный перевертыш.

Седовласый мужчина рядом со мной нахмурился, но только на мгновение.

– Это не сработает, мисс Эриксон... притворство, что вы не ген-положительны. Я знаю, каковы были мои приказы, и кого мне поручили перевезти, и…

– Но я даже никогда не тестировалась на ген перевертыша. Меня даже не проверяли. Когда правительство начало запускать все эти объявления, поощряющие женщин проходить тестирование и подписываться на НПСП, если они были положительными, я даже не пошла, потому что зачем? У меня нет семьи, поэтому я не нуждаюсь в деньгах, и, кроме того, я просто не из тех людей, которые рискуют. Так что я даже не прошла тест.

Седой мужчина даже не выглядел удивленным.

– Ну, тогда я могу только предположить, что вас удочерили. Правительство хранит секретные файлы о генном статусе приемных девочек на протяжении десятилетий. Они проверили почти всех младенцев женского пола до удочерения, и никто об этом не знал. Так что, вероятно, именно так они знают, что вы ген-положительны.

Я была удочерена. Как и моя ныне покойная сестра Лорен, так что, возможно, правительство меня с ней перепутали, и я сказала об этом седому мужчине.

Он просто пожал плечами.

– Известно, что правительство запутывает результаты и досье, особенно в случае нескольких приемных сестер в одной семье. Но я думаю, что в этом случае они точно знают, что делают. Они вовсе не казались неуверенными, когда отдавали приказ о перевозке мисс Ханны Эриксон.

Я фыркнула.

– Не будь таким трусом. Просто скажи «похищена».

Ошеломленная собственной смелостью, я с трудом верила, что сказала то, что имела в виду. Смелость просто не была моим стилем, или, по крайней мере, она никогда не была до этого момента.

Смутно боясь, что седой человек может ответить на то, что я сказала с насилием, я затаила дыхание, даже не осознавая этого. Однако, к моему удивлению, он просто пожал плечами, переводя свой взгляд на руки, которые были переплетены над его довольно широким животом.

– Они не будут держать тебя в плену, и никто не причинит тебе боль и не заставит делать то, что не хочешь. Это часть сделки правительства с перевертышами. Не должно быть насилия. Каждая из вас, девочки, просто должна жить с перевертышем в течение двух лет, в течение которых природа просто должна идти своим чередом, я думаю, и дети-перевертыши должны быть созданы. Если этого не произойдет, и, если пара не образуется, я думаю, что ты вернешься домой с какой-то платой за свое время, и думаю, что это очень большая плата. Это не так уж плохо, не так ли? Бесплатное проживание и питание в течение двух лет, возможно, шанс на семью и любовь, и какая-то большая плата, если нет. Это не так уж и плохо.