Чтение онлайн

В этом секторе, где звезды отстояли друг от друга на много световых лет, не было не только моторо-мотогальских звездолетов. Не было вообще никаких. Пустое небо на тысячи парсек[Парсек — 3, 25 световых лет. Световой год — примерно 10 триллионов километров (расстояние, которое луч света преодолевает за один год). вокруг.

Но если знать, куда лететь, то найти дорогу совсем нетрудно. Вот она, одиночная желтая звездочка с планетной системой, в которой нет ничего примечательного. Кроме одной маленькой детали. Там, на третьей планете, живут гуманоиды, чем-то

похожие на миламанов, и в их клетках обнаружен ген бесстрашия, которого миламанам так не хватает.

Беда, однако, в том, что ген бесстрашия никак не дается в руки. Миламаны и прежде находили расы, у которых он тоже был, но биологическую несовместимость по другим параметрам не удавалось исправить никакими средствами.

И здесь случилось то же самое. Как только миламанские ученые из первой экспедиции расшифровали генетическую и биохимическую структуру вида, стало понятно, что доля особей, пригодных для скрещивания, составляет на этой планете не более 1 на 666666666, 666 в периоде.

Иными словами, выходило, что таких особей на всей планете не больше девяти.

Разыскивать девять гуманоидов среди шести миллиардов, и притом не обнаруживая себя — задача нереальная. Эта работа может затянуться на многие века, но так и не привести к успеху.

И вдруг произошло чудо. Случайно, наперекор теории вероятностей, в одном из тестов первой тысячи обнаружилось нужное сочетание признаков. Проверка показала — это действительно тот самый гуманоид. Один из девяти.

Его надо было срочно эвакуировать с планеты, где он ежедневно подвергался опасности — но экипаж корабля биологической разведки не был готов к подобным операциям. Брать клеточные пробы с помощью микроботов и изучать их в комфортной обстановке на орбите — это максимум, на что они способны.

И вот теперь туда, к маленькой желтой звезде, несется легкий крейсер с отрядом спецназа на борту. И среди младших офицеров отряда — Ли Май Лим, так похожая на эту звездочку.

Ее кожу называют медовой, а ее волосы — золотыми, но ведь это только метафоры, к которым так склонны все миламаны, особенно мужчины, которые до войны все поголовно были поэтами и теперь не утратили этого дара. А на самом деле кожа и волосы у Ли Май Лим такие же желтые, как лучи звезды спектрального класса G2.

У миламанов считается, что это самый лучший цвет. Более светлый и более темный котируются ниже. А еще у Ли Май Лим зеленые глаза, и это большая редкость. Обычно у миламанов кожа, волосы и глаза одного цвета, только ободок у зрачков потемнее — в тон губам и соскам.

А у Ли Май Лим глаза зеленые, как изумруд, и это считается верхом красоты. Недаром в нее влюблен весь спецназ и половина корабельного экипажа.

Но сама Ли Май Лим больше любит звезды.

Четыре желтых звездочки прямо по курсу, но три из них слабее последней, и эта последняя — как раз та самая, куда они летят.

Влюбленные спецназовцы подозревали, что Ли Май Лим смотрит на эту звезду не просто так. Она ждет встречи с инопланетчиком, который носит в себе ген бесстрашия и может стать праотцом несметного множества

непобедимых солдат.

Надо ли говорить, что любая женщина расы миламанов без колебаний согласится стать их праматерью.

Но у Ли Май Лим больше шансов. Ведь из 333 солдат и офицеров на борту крейсера всего 221 женщина, что удивительно мало для расы миламанов. И Ли Май Лим среди этих женщин — бесспорно самая красивая.

Впрочем, неизвестно, как отнесется к ее красоте названный инопланетчик. Если он решит, что миламанские женщины непривлекательны или хуже того, отвратительны, то придется прибегать к искусственному оплодотворению — а это крайне нежелательно, особенно на ранней стадии экспериментов.

Биологическая совместимость и сохранение чужеродных генов — материя тонкая и во многом необъяснимая. Эмоции играют здесь не меньшую роль, чем комбинации ДНК.

Много есть в галактике рас, представители которых настолько уродливы, что ни один нормальный миламан не может даже издали смотреть на них без отвращения. Взять хотя бы тех же моторо-мотогалов, которые не только безобразны лицом и телом, но еще и дурно пахнут, что для утонченных миламанов хуже всего на свете.

Ли Май Лим не знала, как пахнет гуманоид, которого ее спецназу предстояло эвакуировать с его родной планеты. Зато она каждый день смотрела на его изображение, убеждая себя, что в нем нет никакого уродства.

Конечно, в его внешности много странного. Это поросшее шерстью лицо с кроваво-красными губами и маленькими глазами. Эта бледная кожа, нездоровый цвет которой оттеняют темные волосы. Это хилое тощее тело, пропорции которого никак не вяжутся с представлениями о силе, каковой должен обладать непобедимый воин. Эти резкие, почти судорожные телодвижения, которые, случись они у миламана, тотчас же вызвали бы подозрение в душевной болезни. Эта привычка мыться раз в три дня и даже реже, а не три раза в день, как принято у цивилизованных носителей разума.

Но как ни странно, все эти особенности не вызывали у миламанов отвращения. Скорее, они казались забавными, а то, что вызывает улыбку и смех, не может представляться уродливым.

Наоборот, все девушки на борту крейсера наперебой говорили друг другу:

— Он ужасно милый. Только совсем не похож на непобедимого воина.

Мужчины расы миламанов были, как правило, на треть выше женщин. А этот гуманоид имел точно такой же рост, как Ли Май Лим.

Но ведь многие моторо-мотогалы были еще ниже, а они одерживали победу за победой.

Правда, они никому не казались забавными.

— На планете шесть миллиардов разумных гуманоидов. Все принадлежат к одному виду, но мы насчитали не менее трех-пяти подвидов, не считая смешанных типов.

Командир первой экспедиции докладывал собранную информацию капитану крейсера и лидеру спецназа. Все они были мужчинами, но спецназовец возвышался над остальными чуть не на целую голову, и его сила внушала трепет докладчику, который был больше ученый, нежели солдат.