Гегемон Греции!
Шрифт:
Никто не высказал своих возражений.
Агнес слегка выдохнула, раскрыла руки и громким голосом объявила: «Итак, под пристальным взглядом Геры, я с величайшим удовольствием объявляю, что каждая невеста и каждый жених здесь теперь муж и жена. Я надеюсь, что вы будете любить друг друга вечно! Если кто-либо разрушит ваш брак и семью, кто бы он ни был, он понесет гнев Геры и святой закон Союза Теонии! Теперь каждый муж может поцеловать свою жену».
Как только голос Агнес утих, огонь в мангале рядом с ней вдруг снова стал энергичным, высекая искры.
«Гера! Гера!». — Закричали все присутствующие.
В это время зазвучала
Жена Аппиана покраснела и закрыла глаза. Когда их губы встретились, в ее сердце была только одна мысль: «Аппиан прав, настояв на посещении дня бракосочетания Турия. Теперь у меня больше нет сожалений в этой жизни!».
Когда жена Леотихида открыла глаза, она увидела слезу, блеснувшую на глазах мужа, когда он целовал ее, и удивилась, что ее суровый муж может плакать.
Однако она не знала, что в благословении тысяч людей единственное, о чем думал Леотихид, это о том, что его мать, униженная и покончившая с собой, не может дать ему своё благословение в столь важный момент...
***
К этому времени уже наступил полдень. Толпа, пришедшая в храм рано утром, и молодожены на площади — все устали и проголодались, но никто из них не вернулся в свои дома. Напротив, все зудели, потому что вот-вот должна была начаться последняя часть Дня Бракосочетания.
Как только Агнес произнесла слова «Брызните водой», все люди тут же подняли с земли глиняный кувшин, наполненный водой, и брызнули ею на тех, кто находился рядом. Дети, которые раньше отвечали за разбрасывание цветов, теперь вышли на площадь и начали брызгать водой на молодоженов, заставляя невест кричать, а женихов вставать на защиту. Среди играющих детей были Синтия, ее младший брат Адорис и их школьные товарищи.
Некоторое время площадь кипела от восторга, когда вода брызгала во все стороны.
Те, кто закончил лить воду, бросались к реке Крати рядом с храмом, зачерпывали воду и продолжали сражаться. Это также одна из причин, почему храм Геры был построен рядом с рекой.
Мужчины, у которых хитон вымок, сразу снимали его и обвязывали вокруг талии, обнажая свои мускулистые тела. Греки пропагандируют красоту телосложения, и Теонийцы не являются исключением. Более того, население недавно созданного города-государства-союза в основном состоит из иммигрантов. Большинство из них еще молоды и в свободное время прошли большую военную подготовку, чем средний греческий гражданин. Поэтому они сильнее, проворнее и охотнее демонстрируют результаты своих тренировок.
В то время как женщинам, у которых одежда промокла и демонстрировала их изгибы.
***
Глава 346
Открытость и смелость Теонийских женщин часто поражает иностранцев, впервые приезжающих в Теонию, а консерваторы втайне высмеивают их, называя «дикарками».
Действительно, на формирование такой открытости влияют «обычаи» Луканцев и Бруттийцев, составляющих часть населения союза. Однако это также результат намеренного потакания высших должностных лиц союза, в основном со стороны Давоса. Как видно, даже главная жрица
В это время все упиваются окроплением водой, при котором существование патрулирующих солдат стало ненужным. Через некоторое время один из патрулирующих солдат, уворачиваясь от брызг воды, предлагает Родому: «Капитан, раз проблем не будет, почему бы и нам не присоединиться?».
Родом уже не тот молодой Бруттианец, который ничего не знал о Теонии, так как годы тренировок сделали его другим по сравнению с тем, что было несколько лет назад. Конечно, он знает, что если гражданин Теонии виновен в преступлении, например, в уклонении от уплаты налогов, то ему будет крайне сложно поступить в легион или даже занять государственную должность. А Теонийцы, если только они не сумасшедшие, обычно не позволяют себе совершать такие ошибки.
Тем не менее, он все равно сделал замечание: «Не будем рисковать. Если вдруг что-то случится, а нас с тобой не будет на посту, мы не сможем избежать ответственности».
Когда патрульный солдат ничего не ответил, Родом утешил своего соплеменника: «День брака бывает каждый год, так что если хочешь принять в нем участие, то я дам тебе выходной, если ты женишься на гречанке в следующем году».
«Как это может быть так просто — жениться на гречанке?». — Пробормотал другой член отряда.
Согласно Теонийскому закону, для представителей других народов существует множество благоприятных условий для женитьбы на греческих женщинах. Однако после того, как Бруттий и часть Лукании (т.е. Пиксус) были объединены в Союз Теонии, большое количество представителей других народов стали гражданами или готовящимися гражданами Теонии, что привело к популярности греческих женщин. А в последние годы, в связи с развитием Теонии, распределение земель было близко к насыщению, и количество вольноотпущенников, остающихся на территории Теонии, стало уменьшаться за короткий период. В результате многие граждане чужих народов вынуждены прибегать к услугам женщин соседних городов-государств. Но большинство не Теонийских гречанок и их семьи не могли принять предложение представителя тех иноземных народов, которые изначально считались «варварами», даже если он стал гражданином Теонии.
«Не отчаивайся. Если не можешь найти жену, то пусть выступит Барипири». — Предложил Родом, заставив глаза патрульных просветлеть.
Их вождь, Барипири, теперь член Сената Теонии. Чем сильнее становилась Теония, тем больше городов-государств Магна-Греции восхищались ею. Естественно, государственные деятели Сената Теонии пользуются большим уважением в этих городах-государствах, поэтому с одобрением Барипири шансы на успех брачного предложения, естественно, возрастали.
В то время как Теонийцы ликовали от души, некоторые иностранцы также приняли участие в этой церемонии. Однако большинство из них не участвовали, а просто наблюдали, в том числе и Гемис из Сиракуз.