Чтение онлайн

— Да потому, что ваша компания и есть мой издатель! Понимаю, сейчас всем нелегко, но…

— Предложите свою рукопись еще кому-нибудь.

— Черт подери… Извините. Прошу вас, дайте мне возможность поговорить с мистером Бартоломью. Всего лишь пару минут, и, я уверен, все уладится.

— Это невозможно.

— Он знает, что я пишу книгу «Гедеон»? Кто-нибудь сообщил ему об этом?

— До свидания, мистер Грэнвилл.

Щелк.

В приемной на тридцать пятом этаже одетая в юбку и жакет в тонкую полоску женщина стояла у стола секретаря. Она объясняла девушке, что чрезвычайно занята, и, так как ее личный ассистент болеет,

ей требуется помощь.

— Вначале, — говорила женщина в костюме, — позвоните в офис Элиота Аллена — вот его номер — и передайте, что мистер Бартоломью будет ждать его в половине первого в ресторане «Четыре времени года». Затем, — продолжила она, — напечатайте эти письма, их нужно отправить сегодня после обеда. Обычно мистер Бартоломью подписывает письма фразой «С наилучшими пожеланиями» и любит…

— Извините.

Женщина посмотрела на молодого человека, который стоял перед ней. Не похож на курьера. Слишком привлекателен и вдобавок хорошо одет. Взгляд, правда, какой-то странный, но ему это даже идет. Наверное, недавно устроился сюда на работу. Это хорошо. Все здесь слегка ее побаиваются из-за того, что она рядом с боссом. А новенький наверняка не будет от нее шарахаться. Уж он-то…

— Извините, вы работаете на мистера Бартоломью?

— Я его помощник-референт.

— Думаю, мы общались по телефону. Я тот самый…

— Карл Грэнвилл.

Когда посетитель кивнул, девушка похолодела от ужаса. О господи, это он. Тот самый псих. Больше всего на свете она боялась, что какой-нибудь сумасшедший ворвется в офис и нападет на нее. И вот вам пожалуйста. Мужчина уже достает что-то из кармана пиджака, протягивает ей… О боже, боже.

— Послушайте, я написал письмо мистеру Бартоломью. Прошу вас, передайте ему этот конверт.

— Письмо?

— Можете предложить что-либо получше? Мне лично больше ничего не пришло в голову. Происходит что-то весьма подозрительное, и он должен об этом знать. Я собирался отправить пакет по почте, но медлить нельзя. Хочу убедиться, что письмо передадут. Пожалуйста, отдайте ему это лично в руки.

— Он не сможет с вами встретиться.

— Если вы отдадите ему письмо, думаю, что он захочет меня увидеть.

— Марки, — произнесла референт мистера Бартоломью, обращаясь к секретарю приемной, — будьте добры, вызовите охрану.

— Что? — возмутился Карл. — Да перестаньте, какая охрана! Я хочу всего лишь оставить письмо!

— Немедленно уходите.

— Почему все так меня боятся? Что происходит?

— Вам же лучше будет, если перестанете надоедать. Уходите.

— Мне просто нужно убедиться, что Бартоломью получил…

Грэнвилл услышал, как открывается дверь лифта. Девушка чуть отвела взгляд в сторону, пытаясь рассмотреть кого-то за его плечом. Карл обернулся и увидел двух одетых в форму охранников, которые направлялись к нему. Почему-то он не удивился.

— Что здесь происходит? Какие-то проблемы? — спросил один из блюстителей порядка.

На секунду у Карла мелькнула мысль броситься к двери, ведущей в кабинет Бартоломью, сбив по пути охранника. Можно было еще схватить секретаршу и трясти ее до тех пор, пока она не позовет босса. Правда, подобные поступки вряд ли сочтут разумными.

— Я не знаю, что происходит, — ответил наконец Карл, покачав головой. — В этом-то и проблема.

Натан Бартоломью осторожно выглянул из кабинета. Мало у него неприятностей, так еще этот придурок хочет с ним встретиться! Один из авторов Мэгги, надо же! Едва что-нибудь попадет в газеты, от чокнутых просто отбоя нет. А уж это письмо вообще

бред какой-то — секретный проект, аванс в полсотни тысяч долларов, убийство, совершенное пятьдесят лет назад! Господь Всемогущий! А Натану-то казалось, что его уже ничем не удивишь, особенно после прошлогоднего скандала, когда «Апекс» издал биографию Дженис Джоплин. «Таймс» опубликовала рецензию, а через неделю в офис заявилась какая-то дамочка, угрожая подать на компанию в суд. Дескать, она и есть сама Дженис Джоплин, и вовсе не умерла, а просто скрывалась от людских глаз все эти годы, а информация в книге — сплошная ложь. Судебное дело могло бы растянуться на долгие месяцы, поэтому пришлось заплатить ей две с половиной тысячи, чтобы отвязалась.

Выгодное дельце для таких вот психов!

Но воспользоваться смертью Мэгги, чтобы вытянуть из компании денежки, — ну просто ни в какие ворота не лезет! Неудивительно, что издательский бизнес в такой заднице!

— Можете выходить без опаски, мистер Бартоломью, — сообщила секретарь, вежливо улыбаясь.

Натан не удосужился улыбнуться в ответ.

— Где этот ненормальный?

— Охранники вывели его из здания, — ответила девушка.

— Что творится на свете! — посетовал Бартоломью. — А ведь когда-то мы прекрасно обходились без охраны! Вы собрали нужные документы?

— Все в вашем портфеле. Новый каталог, проект договора с Томом Клэнси и экземпляр биографии Уолта Диснея.

Когда Бартоломью шествовал к лифту, на пути ему попались три или четыре человека, которым он кивнул в знак приветствия. Натан понятия не имел, кто это такие, но, судя по тому, как они на него смотрели, явно его подчиненные. Господи, как разрослась компания! Когда он только начинал, то знал всех сотрудников в лицо.

«Ну что ж, это и есть прогресс, — вздохнул про себя издатель. — Ты уже никого не знаешь, а для того, чтобы что-то сделать, нужна охрана».

Скоростной лифт остановился всего лишь два раза — на двадцать первом этаже и в фойе здания. Бартоломью вышел и увидел, что припаркованный во втором ряду лимузин ждет, мешая движению.

«Хоть здесь обошлось без проблем», — подумал издатель.

Из-за транспортных пробок пришлось потерять около четверти часа, чтобы проехать шесть с половиной кварталов от штаб-квартиры «Апекса» до ресторана «Четыре времени года». Автомобиль остановился у роскошного здания из полированного камня, и Натан не стал ждать, пока водитель откроет перед ним дверь. Издатель вылез из машины, держа в руке портфель, и направился в место, которое многие считают самым сердцем книгоиздательской индустрии, — центральный зал всемирно известного ресторана. Немало здесь было съедено и еще больше выпито в свое время, подумал Натан. В этом зале издатель вел долгие переговоры с литераторами и их агентами, именно здесь ему сообщили, что он стал главой «Апекса», и в этом самом месте он заключил самые большие сделки в истории книгопечатания.

Натан Бартоломью вдруг понял (и весьма этому удивился), что ему совершенно наплевать на писателей. А заодно на книги, сделки или уважение со стороны издательского мира. Если его что-то и волновало, то только то, как бы не выбиться из бюджета и поддерживать уровень прибыли. Ну, еще его радовал ресторан «Четыре времени года». Возможность приходить сюда, радостное приветствие метрдотеля, отдельный столик. Вот для этого он работал всю свою жизнь, вдруг понял Бартоломью, для того, чтобы маленький человечек в плохо подогнанном фраке подобострастно семенил перед ним, указывая три раза в неделю дорогу к одному и тому же столику в дальнем левом углу зала.