Чтение онлайн

Пришлись эти дебаты как раз на ту пору, когда Валерий переходил в «Локомотив». Не мудрено, что заметался он между Москвой и Орджоникидзе. Только приедет в столицу — все тянут назад. Бэлла, находясь под влиянием родителей, не рвалась в неизведанную даль. Надо думать, что не обходилось и без Казбека Туаева, который никак не мог смириться с потерей талантливого футболиста. Даже когда (в четвертый раз!) Валерий принял твердое и окончательное решение играть в «Локомотиве», он послал в Москву его маму Ольгу Семеновну и своего администратора Леонида Розенфельда, чтобы те снова попытались уговорить его вернуться домой.

Все еще теплилась у него надежда на возвращение Газзаева в Орджоникидзе.

В книге первого президента Республики Северная Осетия — Алания А. X. Галазова «Пережитое» есть слова, посвященные родным и близким людям. Собственно, этими словами книга и заканчивается: «Я не смог уделить им должного внимания в период моей бурной общественной деятельности. Но именно они стали моей надежной опорой, когда от меня отвернулись „верные товарищи по работе“. Именно они помогли мне вернуться из виртуального, призрачного мира власти в нормальную жизнь».

К своим близким людям Ахсарбек Хаджимурзаевич относит и Валерия Газзаева…

На торжествах во Владикавказе по поводу представления Кубка УЕФА тысячи поклонников футбола встречали и чествовали А. X. Галазова не менее тепло, чем главного виновника события — В. Г. Газзаева. Имена двух этих людей жители Северной Осетии связывают друг с другом не случайно. Так же, как и выдающуюся победу ЦСКА с событием, свершившимся в республике в 1995 году. Именно тогда Газзаев привел «Спартак-Аланию» к победе в чемпионате России по футболу. И, кстати, тогда был признан лучшим тренером страны, причем уже во второй раз за свою тренерскую карьеру.

В первый раз — когда вывел владикавказский «Спартак» в высшую лигу, что и стало прологом к его карьере большого тренера.

…Когда зимой 1976 года Газзаев перешел в столичный «Локомотив», стало ясно, что замены в орджоникидзевском «Спартаке» ему нет и не предвидится. Начавшая было набирать обороты команда очередной сезон закончила лишь на пятнадцатом месте. Потянулись годы неудач и посредственных результатов.

Будет преувеличением сказать, что в течение всей московской жизни Валерия преследовало чувство вины. Но вот сознание того, что он в долгу перед земляками, не покидало. И особенно неловко становилось, когда приезжал погостить в родном доме: нет-нет да и напомнит кто-нибудь о том, что в непростое время оставил «Спартак». Поэтому, когда перед окончанием Высшей школы тренеров получил от руководства республики предложение возглавить команду, долго не раздумывал. Случилось это в 1989 году. Удержав разваливавшуюся команду в первой лиге, молодой и честолюбивый тренер сумел заразить своих игроков жаждой успеха.

Хотя поначалу руки едва не опустились. Первое свидание с командой врезалось в память на всю жизнь. На поле выстроился весь наличный состав — всего девять футболистов, среди которых было два вратаря и семь полевых игроков. Одеты кое-как: футболки разные, кто в бутсах, кто в тапочках. После такой встречи посчитал, что его тренерский дебют станет и завершением тренерской карьеры. А дело все было в том, что, когда работавшего здесь перед Газзаевым Олега Романцева пригласили в московский «Спартак», пятеро или шестеро москвичей, которые играли у него, отправились вслед за ним домой. Кстати, был среди них и будущий игрок сборной страны Василий Кульков.

Первые две недели ушли на то, чтобы набрать более-менее подходящих игроков, которых хотя бы в заявочный лист можно было включить. Все это совсем не вязалось с представлением Валерия Газзаева о том, с чего он будет начинать.

В любой цивилизованной стране работу успешного тренера принято серьезно анализировать.

Делается это в общих, национальных интересах совершенствования тренерской школы, развития и популяризации футбола. К Газзаеву у нас отношение сложилось особое: его достижения не анализируются, а объясняются. У людей, не склонных связывать успехи в тренерской карьере Газзаева с очевидными для миллионов любителей футбола закономерностями, вытекающими из его огромной и напряженной творческой работы, неукротимой энергии и личных человеческих качеств, за последние годы сложился стандартный набор таких «объяснений». Самое популярное из них: за Газзаевым всегда стояли большие деньги.

Когда Валерий Георгиевич впервые принял орджоникидзевский «Спартак», больших денег, как известно, еще ни у кого не было. Не проблема: одна влиятельная центральная газета, совершив небольшой экскурс в историю, обнаружила, что его команде покровительствовал Северо-Осетинский обком КПСС. Это, надо полагать, еще серьезней, так как в то время все слышали о несметных скрываемых сокровищах — «золоте партии».

Трудно ввести кого-нибудь в столь наивное заблуждение. Все хорошо помнят, что руководящей верхушке коммунистов тогда было уже не до футбола. Не в силах предотвратить надвигающийся на страну разрушительный вал, они решали другую задачу: как бы самим выжить.

Газзаеву пришлось создавать команду, строить и созидать в условиях, когда все вокруг трещало по швам, а над Кавказом сгущались тучи межнациональных распрей. К счастью, нашлись в республике люди, которые в этой обстановке понимали огромную роль футбола, объединяющего и примиряющего людей. К их числу относился председатель Совмина Северной Осетии С. В. Хетагуров. Без его участия возрождение команды оказалось бы невозможным.

Обратился Газзаев за поддержкой и к своему старому ДРУГУ, министру финансов Р. X. Цаликову. Пришел к нему не с пустыми руками — с разработанной программой на новый сезон. Программа покорила Цаликова своей обстоятельностью, видимым профессионализмом и ввергла в полное замешательство конечной целью: выйти в новом сезоне в высшую лигу. Это с семнадцатого-то места, занятого накануне в первой лиге! Но у Валерия Георгиевича уже был и другой влиятельный союзник — выдающийся спортсмен Сослан Андиев, ставший к тому времени министром по спорту и туризму. Решили попробовать.

Первая проблема, с которой столкнулся Газзаев как тренер, — это принцип подбора игроков. Предшественники, как правило, делали ставку на «варягов», далеких от коренных интересов клуба. Многих пришлось уволить. Но легко сказать — уволить, на деле для тренера расставание со многими игроками является одной из самых тяжелых процедур, требующей огромных душевных затрат. Ведь приходилось рвать отношения и с авторитетными футболистами, которые по тем или иным причинам оказывались для команды балластом.

Костяк обновленной команды орджоникидзевского «Спартака» Валерий Георгиевич сколотил из местных дарований: Артура Пагаева, Игоря Качмазова, Сергея Газданова, Станислава Цховребова. Но самым бесценным приобретением стал Бахва Тедеев. Он успел отличиться ярким дебютом в тбилисском «Динамо», но поскольку грузинские футболисты в чемпионате страны 1990 года участвовать отказались, решив проводить свое национальное первенство, предпочел играть во Владикавказе. [1] Вместе с ним пришел в команду и Инал Джиоев. Из московского «Динамо» были приглашены проверенные в сражениях ветераны — Виктор Васильев и Александр Новиков.