Гарем
Шрифт:
Войдя в гостиную, Сайра приказала принести ей небольшой сундук из кедра и, кажется, уже в сотый раз за последние два месяца открыла его и принялась рассматривать крохотные расшитые рубашечки, пеленки и халатики. Она придирчивым взглядом изучила каждый предмет одежды для малыша и аккуратно сложила все обратно. Размер рубашек и штанишек почти пугал ее. «Неужели младенец может быть таким маленьким?»
В полдень она подкрепилась фруктами и куском мягкого белого хлеба с тонким ломтиком сыра. Едва она закончила есть, как появился посыльный и сообщил, что
День тянулся очень медленно. Небо стало темнеть, но то были не сумерки, а приближающийся шторм. Госпожа Рефет долго терпела беготню Сайры по дому, но наконец, увидев, что девушка утомилась, приказала ей лечь в постель.
Сайре удалось немного поспать. Она проснулась от мощного громового раската. Встав с постели и подойдя к окну, она распахнула створки и пустила в душную комнату свежий морской ветер.
Вдруг ни с того ни с сего у нее меж ног хлынула вода. Вздрогнув от неожиданности, Сайра позвала на помощь Мариан. Та, явившись, тут же оценила ситуацию, вновь уложила Сайру в постель и подложила ей под ноги высокие подушки.
— Вот и пришло время. Малыш решил появиться на свет Божий, — сказала она. — Все последние дни вы много были на ногах, это, видимо, и ускорило роды. Лежите смирно, я сбегаю за госпожой Рефет. А пока пришлю к вам Фекри и Залу.
— Но мне не больно… — недоуменно проговорила Сайра.
— Еще рано, миледи. И потом, кто рождается с болью, а кто просто с водой. Я сама дважды наблюдала за тем, как рожает моя мать, и оба раза это были на удивление легкие роды.
— Мариан, пусть Юсеф отыщет посыльного от принца и немедленно снарядит его обратно к нашему господину. Пусть тот передаст Селиму, что его сын готов появиться на свет и ему надо поторопиться.
— Уже бегу, миледи, — улыбнувшись, проговорила Мариан. — Я нисколько не сомневаюсь, что наш господин, услышав такое, перегонит шторм и явится сюда быстрее.
Сайра осталась в комнате одна. Она лежала неподвижно, едва дыша. «Завтра, — думала она, — в это самое время завтра мой сын уже родится и я буду держать его на руках». Но тут она вспомнила свою мать. Мэг умерла при родах, как и мать Адама. Страх сковал ее сердце, а тело охватила дрожь.
— Аллах… Боже всемилостивый! — истово зашептала она. — Не дай мне погибнуть! Я не хочу умирать. Придай мне сил пережить роды, чтобы я хотя бы еще разок побывала в объятиях моего Селима!
— Она запнулась. Господи, разве можно просить об этом Его?.. — О, прошу, пойми меня!
В эту минуту в комнату вошли госпожа Рефет, Зала и Фекри.
— Я послала за повитухой. Схватки уже начались? Сайра отрицательно качнула головой.
Тетушка Селима тут же принялась отдавать энергичные приказания служанкам. Три женщины помогли Сайре подняться с постели, сняли с нее шаровары и блузу, протерли тело губкой, смоченной в травяном отваре, и надели на нее просторную легкую рубаху. Затем Зала и Фекри быстро перестелили широкую постель, а госпожа Рефет помогла Сайре вновь
Тут пришла повитуха Фатима. Осмотрев Сайру, она сказала:
— Ждать придется еще несколько часов. Состояние, учитывая, что это первенец, неплохое. Она просто рождена быть матерью.
Губы Сайры тронула легкая улыбка. Ей вспомнился давний спор с отцом, в котором она сказала ему примерно ту же фразу. В душе Сайры на минуту воцарился покой, она облегченно вздохнула и тут же почувствовала несильную боль в области поясницы.
— Кажется, началось… — взволнованно воскликнула она.
— Подождем второго приступа, моя госпожа. И тогда действительно можно будет считать, что началось, — ответила Фатима.
Вскоре схватки стали регулярными, но были несильными и короткими. Лишь через несколько часов они стали нарастать и учащаться.
День проходил, а принца все не было. За окном резко посвежел ветер, грохотали частые раскаты грома, но дождь пока не начался. То и дело небо с треском раздирали ломаные молнии, причудливо расцвечивая комнату.
— Я умру… — тихо сказала Сайра госпоже Рефет. — Точно так же, как умерла моя мать. Я никогда больше не увижу Селима… Девушка начала всхлипывать. Добрая женщина обняла ее и стала баюкать:
— Не умрешь. Все идет нормально.
— Ужасно больно, госпожа Рефет. Я долго так не выдержу. Мне страшно!
— Прекрати! — довольно резко проговорила повитуха, — Это еще не боль, девочка моя. Я видела матерей, которые метались по постели и кричали, будто их режут. А с тобой все спокойно. Роды легкие. Страшно оттого, что это незнакомые ощущения, только и всего.
Эти слова мало утешали. За окном опустились сумерки, и тут во дворе процокали лошадиные копыта. Спустя пару минут в комнату ворвался Селим.
— Любимая! — проговорил он, приближаясь к постели.
— Селим… — всхлипывая, прошептала Сайра и улыбнулась сквозь слезы. — Теперь я могу умереть спокойно, увидев тебя в последний раз…
Селим недоуменно оглянулся на тетушку.
— Ничего, ничего, племянник, — ответила та. — Сайре просто немного страшно. Пока все идет хорошо.
— Надо было привезти из Константинополя лекаря! — воскликнул Селим, ударив себя по колену кулаком. Фатима презрительно фыркнула:
— А это еще зачем? Что он умеет такого, чего не умею я? Я, мой господин, первая повивальная бабка во всей округе. А твой лекарь опоил бы ее снотворным зельем, и ребенок появился бы на свет сонный и слабый.
Селим смерил ее грозным взглядом, но тут же вновь повернулся к Сайре.
— Возьми меня за руки, — проговорил он, — а когда будут схватки, сжимай их изо всех сил. Я хочу разделить с тобой твои страдания и не уйду отсюда, пока не родится мой первый сын.
Он остался с ней до самого конца. Несколько раз его пытались уговорить подкрепиться, но он неизменно отказывался. Ближе к полуночи схватки резко усилились, и Сайра сильно закричала. В ту же минуту повитуха всплеснула руками и возвестила: