Чтение онлайн

– Джим, ты хочешь сказать, что клингоны ни при чем, и вулканцев убили не они! – захлебываясь слюной, гневно зачастил Маккой. – Да ведь совершенно ясно, что они постарались обставить все так, чтобы и следов не осталось. Возможно, мы вообще не сможем доказать их вину. Но разве все дело в формальных уликах?

– В какой-то степени я согласен с тобой, Боунз, но мне хотелось бы взглянуть на это происшествие со всех сторон. Что, если, всего лишь – если, клингоны действительно не несут вины за гибель экипажа? В этом случае мы, напав на них, явимся агрессорами и разжигателями новой звездной войны.

– Но если ты позволишь им убраться отсюда целехонькими, в полной сохранности, они смогут и дальше безнаказанно творить

все, что им заблагорассудится при помощи своего чудо-оружия, не оставляющего следов. И тогда безопасность всей Федерации окажется под угрозой.

– Ты прав. Мне придется решать – и решать довольно скоро. Но каким должно быть это решение? Кто они, эти клингоны? Хладнокровные убийцы или же случайно оказавшиеся на месте преступления свидетели? – трудно припомнить тот эпизод, где клингоны когда-либо оказывались «случайными свидетелями», как вы выразились, капитан, – сказал Спок. – То, что они окружили наш «Энтерпрайз» электронными помехами, доказывает их причастность к трагедии.

– Не обязательно, Спок. Они же не знают, что мы не можем рассчитывать на помощь наших дредноутов. Они не знают, что «Энтерпрайз» – самый мощный боевой звездолет Федерации в этом районе. С их стороны это просто предохранительная мера. Им прекрасно известно, что в случае необходимости они разнесут нас в пух и прах. Но если нам удастся вызвать помощь, то их положение может стать отчаянным.

– Все равно они чувствуют за собой какую-то вину. Я за то, чтобы атаковать их немедленно! – и Маккой, разгорячившись, стукнул кулаком по крошечному письменному столу Кирка. Капитан с удивлением посмотрел на своего начальника медслужбы. Не так уж часто на него накатывало подобное настроение.

– Ты подвергаешь сомнению решение командира? – спокойно спросил Кирк. – Если так, то назови причину.

– Твоя нерешительность – вот причина! – вскричал Маккой, почти не владея собой. – Настоящий капитан должен командовать. Решай!

Кирк очень жалел, что не может связаться с командованием Флота и посоветоваться с вышестоящим начальством. Да, конечно, они не были боевыми командирами, но среди этих штабистов хватало дельных, умных офицеров, прекрасно разбирающихся в стратегии и тактике, обладающих масштабным мышлением и способных мгновенно просчитать последствия того или иного решения. Кирк же в душе был исследователем, первооткрывателем, жаждущим наносить на карту новые миры. И его «Энтерпрайз» не был, по-настоящему, боевым кораблем, похожим на сверхмощные дредноуты. Он нес вооружение лишь для самозащиты, а не для нападения. Его задача – устанавливать контакты с иными цивилизациями и культурами, до которых не удалось добраться другим путешественникам, производить топографические съемки поверхности неизвестных планет, искать жизнь и мир, а не приносить смерть и разрушение. Неотвратимость принятия решения была очевидна. Так же очевидно было и то, что любое решение было чревато войной или, по крайней мере, тяжелыми последствиями.

Если у клингонов в самом деле было секретное оружие, они могли и в дальнейшем использовать его, если их не остановить вовремя. Но даже если их и удастся остановить здесь, уничтожить этот дредноут, то кто даст гарантию, что подобное оружие не установлено на других клингоновских звездолетах? А если лидеры клингонов уже почувствовали, что баланс сил в их пользу, то потеря одного дредноута никак не повлияет на их решение развязать полномасштабную звездную войну и, наоборот, будет им на руку. Но если клингоны те, за кого они себя выдают, – то есть мирные ученые, исследующие Алнат-2 по примеру андорианцев, – то нападение на них вызовет войну, которой могло бы и не быть. Симпатии неприсоединившихся миров будут на их стороне. А Кирк войдет в историю, как человек, несущий ответственность за начало новой звездной войны, в ходе которой могут погибнуть целые планеты со всем населением. Триллионы людей сгорят в

этом пламени. Такова цена одной ошибки, его ошибки…

– Боунз, я устал. Мне осточертело до боли в глазах пялиться на экран монитора! Раскалывается голова… Все! Хватит! Дай мне что-нибудь успокоительное. Я хочу хотя бы немного поспать.

– Но клингоны…! – запротестовал доктор.

– Клингоны никуда не исчезнут. К сожалению. Пока между нами будет длиться состояние неустойчивого мира, мы успеем разузнать что-нибудь существенное.

– Экипаж должен по-прежнему находиться в полной боевой готовности? – спросил Спок.

– Конечно. Ситуация сложная: мы взаимно не доверяем друг другу. Если клингоны начнут совершать какие-нибудь подозрительные перемещения, сразу вызывайте меня в рубку. А теперь дайте мне отдохнуть.

Спок и Маккой ушли, но сон не скоро еще пришел к Кирку. Он долго ворочался на своей узкой койке. Ему не давало покоя решение, которое необходимо было принять. И когда он все-таки заснул, сон его был тревожен. Кирку снились вспышки фазеров и взрывы фотонных торпед.

Звездная дата 4130.5…

Между «Энтерпрайзом» и «Террором», кораблем клингонов, продолжается война нервов. Как только мы меняем орбиту, они в точности повторяют наш маневр, а вслед за ними это же делаем мы. Среди членов экипажа «Энтерпрайза» растет напряжение. Люди измучены этим противостоянием. Нормальное функционирование многих служб находится под угрозой. В целом, моральное состояние экипажа надломленное. Ни на одном звездолете, где мне приходилось служить, не видел я ничего подобного тому, что сейчас происходит на борту «Энтерпрайза». Центральный компьютер не в состоянии выдать нам какие-либо рекомендации. Ситуация беспрецедентна и не имеет аналогов в его памяти. Я должен что-то предпринять. Дальнейшее бездействие грозит вывести ситуацию из-под контроля…

– Мистер Чехов, доложите обстановку.

– «Террор» изменяет орбиту с таким расчетом, чтобы оставаться над той точкой на поверхности Алната, где расположен лагерь андорианцев. Их фазеры постоянно нацелены на ученых, в голосе молодого мичмана звучала явная досада. Кирк сочувствовал Чехову, ибо узнавал в нем самого себя несколькими десятками лет младше. Получив первое назначение на боевой корабль, он вел себя точно так же и рвался в бой, как щенок, которому непременно хочется кого-нибудь укусить или облаять, невзирая на последствия.

Потребовалось несколько кровавых космических сражений, чтобы до Кирка дошло, наконец, что бой – лишь одно из средств достижения цели. Чехов тоже постигнет эту истину, если они останутся живы.

– Выведите «Энтерпрайз» на орбиту так, чтобы оказаться прямо над «Террором», мистер Зулу. Для корректировки орбиты пользуйтесь импульсными двигателями.

– Слушаюсь, сэр.

– Мистер Чехов, на пару слов.

Мичман встал и, подойдя к командиру, вызывающе уставился на Кирка. Капитан вздохнул и сказал:

– Я хочу произвести беглую инспекторскую проверку корабля, мистер Чехов, и прошу вас на время моего отсутствия исполнять обязанности командира. Могу ли я положиться на вас?

Лицо мичмана прояснилось, и он радостно ответил:

– Так точно, сэр!

– Отлично, – и чуть громче, чтобы в рубке все слышали, Кирк добавил:

– Передаю вам управление звездолетом, мистер Чехов.

Резко качнувшись всем телом вперед, он оторвался от кресла и, сделав несколько шагов к турболифту спустился вниз, в лазарет. Несмотря на свою озабоченность поведением экипажа, его мысли то и дело возвращались к странному вирусу. Как ни странно или маловероятно могло это показаться, но нельзя было исключить того, что вирус, сделавший свое черное дело на «Ти-Пау», сейчас незаметно распространяется по «Энтерпрайзу».