Фьюри
Шрифт:
– Главный врач, – резко произнесла самая низкая, темноволосая женщина. Она оскалила острые зубы.
– Нет, – поправила Элли. – У меня есть базовые навыки медсестры, но я не доктор. Я знаю, что вам всем необходимо посетить психотерапевтов. Я сама наблюдалась у нескольких и тоже их ненавижу. – На лице Элли появилось сочувствующее выражение. – Я покажу вам ваши комнаты, проведу по общежитию и мы сможем заняться вашим заселением. Я…
– Мисс Брауэр, – прервал ее Коди Паркс.
Элли переключила на него внимание, когда женщины вошли в
– Да?
– Через двадцать минут будет созвано собрание. Они просили, чтобы вы на нем присутствовали, так как исполняете обязанности коменданта общежития. Глава их нового совета потребовал собраться в полном составе Хомлэнда. Он хочет удостовериться, что с постояльцами никоим образом не будут жестоко обращаться. Его только назначили на этот пост, и он нуждается в заверениях.
Элли охватила тревога.
– Но уже поздно. Мне бы хотелось разместить женщин и это займет много времени.
– Я все понимаю, но глава совета прибыл с ними и заявил, что собрание очень важно. – Коди Паркс смотрел прямо в глаза Элли. – Необходимо, чтобы они понимали, что мы всегда с ними, чтобы переезд в нормальную обстановку прошел гораздо глаже. Глава совета переживает.
Элли колебалась. После освобождения Новые Виды разделили, отправили по разным безопасным территориям, пока Хомлэнд наконец не был полностью подготовлен к принятию большой группы. Он станет их постоянным домом на ближайшее будущее. У парня нет веских оснований беспокоиться о безопасности и хорошем отношении к этим людям.
– Конечно. Позвольте мне позаботиться об расселении прибывших и я приду на собрание. Встреча пройдет в конференц-зале главного офиса?
Коди Паркс кивнул. Элли закрыла входную дверь. В то же мгновение послышался звуковой сигнал, возвестивший о блокировании двери автоматическими замками. Несмотря на серьезную охрану, ее не было достаточно, особенно, когда СМИ пронюхало о выживших из тех объектов, где проводились опыты.
Они так и норовили проникнуть на периметр, чтобы сделать фотографии жертв, которые теперь получили новое место жительства.
Правительство начало процесс внедрения закона о запрете обнародования средствами массовой информации таких фотографий, в целях защиты Новых Видов.
Они были жертвами, имевшими право на защиту от прессы. Также были оппозиционеры, не считающие Новые Виды людьми с равными правами, которым выделили Хомлэнд, поэтому собирались с демонстрациями за воротами территории общежития.
Элли зашагала вперед и, двигаясь на автопилоте, провела экскурсию по нижнему этажу, включающему в себя конференц-зал для собраний, две гостиные, просторную кухню, столовую на пятьдесят человек, большую ванную комнату с четырьмя кабинками, и заполненную библиотеку.
На втором и третьем этаже располагались мини-квартиры, каждая из которых включала в себя небольшую спальню, гостиную,
Элли привела женщин в их комнаты, располагающиеся на втором этаже рядом друг с дружкой, которые подготовила за два дня до их прибытия.
Женщины были напуганы, и хоть этого и не признавали, они хотели остаться поближе друг к другу.
Элли знала, что они прошли через неописуемые кошмары, и теперь им предстояло что-то совсем другое, что-то полностью незнакомое. Свобода могла оказаться ужасающим опытом после жизни, проведенной в качестве подопытного.
– Если вы проголодались, в серебристых металлических ящиках у раковины есть холодные напитки и еда. – Элли не стала произносить слово "холодильник". Она знала, что они не поймут ее. – На втором этаже проживают еще десять женщин, поэтому, если услышите шумы – не тревожьтесь. Эти женщины из разных мест. – "Объектов по проведению опытов",– подумала Элли. – Но они относятся к вашему виду. Здание охраняется, поэтому никто посторонний сюда не попадет. Вы в полной безопасности.
Женщины, стоящие в коридоре, внимательно рассматривали ее, как жука под микроскопом. Элли вздохнула. К сожалению, она уже привыкла к такой реакции. Они не доверяли чужакам – всем тем, кто не подвергался, как они, опытам.
– После собрания, которое требует моего присутствия, я буду на третьем этаже. У моего номера, расположенного у лифта, на стене именная табличка. Если вам что-нибудь понадобится или будут вопросы – просто приходите ко мне. Я здесь, чтобы вам помогать, и я хочу это делать. Есть какие-нибудь вопросы до того, как я вас покину?
Ни одна из четверых женщин не заговорила. Самая высокая из них резко развернулась и отправилась в один из номеров, которые Элли им только что показала. Три остальные последовали за ней и захлопнули дверь прямо перед носом Элли.
Казалось, ни одна из них не желала иметь с ней дело, но Элли надеялась, что это со временем изменится.
Элли опустила взгляд – на кроссовки, черные хлопковые капри и светло-голубую майку. Ее волосы были заплетены в хвост.
Она понимала, что ей следовало бы переодеться во что-то более подходящее встрече, но, взглянув на часы, поняла, что для этого у нее нет времени. Ей следовало поторопиться, и Элли побежала по ступенькам.
Главные офисы располагались рядом с главным входом Хомлэнда. У каждого общежития и здания находились гольф-кары. Элли доехала на своем до главной парковки и заглушила мотор.
Элли снова взглянула на часы и тихо выругалась, уверенная, что опоздала. Коди не назвал точное время проведения собрания, но двадцать минут уже прошли. Она побежала к двойным дверям.
Она перешла на шаг, заметив вооруженного охранника у здания. Этого она еще не знала.
– Здравствуйте. Я – Элли Брауэр, комендант женского общежития. Коди Паркс сказал, что здесь будет проводиться собрание, на котором я должна присутствовать.