Чтение онлайн

Наверное, это какой-то ритуал.

За это время другой пленник каким-то образом умудрился разгрызть зубами кляп и, очевидно, проглотить его часть. Сразу после этого он стал ожесточенно грызть зубами веревку.

Впрочем, служительница все держала под контролем и, когда разбойник уже начал сбрасывать путы, резким ударом ноги отшвырнула его на ствол дерева.

После этого она крикнула:

– Руша! Я забираю и второго?

– Ага!
– отозвалась служительца и неожиданно сильно сжала мой сосок зубами.

Это довело меня до вершины экстаза.

– Сейчас кончу!
– простонал я.

Суккуба

засунула мой член себе в ротик и стала покусывать головку своими зубками. Это было уже сверх. Резко схватив правой рукой ее затылок, я засадил член ей в гложу. При этом ее зубки проехались по всей его длине. Сразу после этого горячая лава стала поступать по моей трубе изливаясь ей сначала в рот, а потом и желудок. Подождав пока Майринна проглотит сперму, я отпустил ее. Но она не сразу снялась с моего члена, а сделала это очень медленно, словно стараясь своим язычком не упустить ни одной капли драгоценной жидкости.

Подняв лицо над моим животом она стала левой рукой массировать мои яички, а правой снова надрачиватъ обильно смазанный ее слюной фаллос. Ее язычок облизал ее пухлые алые губки.

– Знаешь, Служительница, - произнесла она - У меня такое ощущение, что я скоро стану Старшей...

– Этого не может быть...
– промурлыкала та и забросила по-хозяйски мне на живот левую ногу плотно прильнув своим сочным лоном к моему бедру.

– Я тоже думала подобное невозможно. Моей матери для того что бы стать Старшей потребовалось уйти в услужение к самому архидемону Азграру. Сто пять лет она была у него штатной сосал кой. И вынесла из его покоев лишь меня с сестрой да море ненависти...

Она замолчала, очевидно вспоминая далекое прошлое.

Мэфар, разложившая перед собой светлую эльфийку, оторвалась от полировки ее щелки своим языком, и, скользнув по телу, обняла свою тяжело дышащую добычу. Поднявшись, она усадила ее себе на колени, и произнесла:

– А кем была твоя мать?

– Моя мать - герцогиня Эйвиррская, правительница города Изрина, носящая имя Керхтор.

– Оп-па! Слышишь, светлая? Похоже, твоя миссия будет легче, чем ожидалось.

Эльран в ответ лишь простонала и обхватила ножками спину темной, прижавшись к ней всем телом.

– Изрин в пяти часах неспешного ходу отсюда.
– произнесла подошедшая к нам Лашта. Алая кровь покрыла ее тело сплошным слоем. Ее красные капли висели на возбужденных сосках объёмной груди служительницы. Снежно-белые волосы поменяли цвет на черно-алый, а татуировки на лице стали абсолютно черными. Она перешагнула через меня и стала смотреть на меня сверху вниз.
– Не будет ли у нас проблем от твоей матери и твоей сестры Асхеры Безумной?

– Сестра совсем не безумная!
– взвилась суккуба, оторвавшись от своего занятия.

Впрочем, похоже, это была дешевая провокация, поскольку служительница только и ждавшая этого момента, тут же прицельно села мне на член, впустив его в себя сразу до упора. Невзирая на возмущенный возглас демоницы, она уперлась мне на живот руками и стала меня неистово и яростно трахать.

– На дорожку...
– остановившись, неожиданно оправдалась она.

И сразу продолжила еще быстрее двигать бедрами вверх и вниз.

– Такими темпами сегодня мы к речке так и не доберемся...
– произнесла Мэфар, лаская вздрагивающее

от оргазма тело светлой.

Вот течные суки! Хотя сам такой. Хм. Правой рукой я ухватил за ягодицу Лашту, а моя левая рука была под телом Руши, поэтому я схватил за задницу другую служительницу и залез ей в шелку средним и безымянным пальцем, начав их там двигать туда-сюда.

Спустя минут двадцать мы все-таки ушли с полянки и неспеша потянулись гуськом к речке.

Лично я даже не одевался, свалив свои вещи и орудие на своего коня. Впрочем, я был не единственным из нашего разросшегося отряда, кто пренебрег одеждой.

Мэфар и Майринна шли рядом друг с другом. Они негромко переговаривались, при этом суккуба постоянно ощупывала свои рога: мне казалось, что они явно добавили в размере.

Невзирая на обилие вокруг обнаженных женских тел, покрытых потом, спермой и даже кровью, желания не ощущал. Впервые за долгое время, розовый туман желания полностью развеялся и мое сознание стало кристально чистым.

Потом вперед ушла разведка, чтоб проверить не занято ли место.

Когда мы вышли на место, то оказалось, что пляж был довольно узенький - шириной всего около пяти метров. Речка здесь разливалась, образовывая небольшое проточное озерцо с зеленой водой. Однако чего-то вроде полянки возле него не было - Деревья обступали берег до самой воды.

Удостоверившись, что опасности нет, весь отряд, словно табун лошадей, ринулся мыться и плескаться. Я не был исключением.

Однако, быстро помывшись, дроу тут же приступили к обустройству лагеря.

Выбрав место чуть в стороне от пляжика, они разложили два больших костра метрах десяти друг от друга. Солнце быстро садилось. Несколько дроу стали готовить пищу.

А вот Служительницы выбрали местечко и стали на колени. Неожиданно я увидел, как из их глаз текут черные-черные слезы. Они с шипением скатывались по отметинам на лице и тяжело падали на землю, словно капли расплавленного металла.

Ко мне подошла Мэфар и заговорила:

– Пять тысяч лет назад наш мир, Оеллир, соприкоснулся с Легионами Владыки Ашкера. Почти все наши боги в ужасе бежали. Кто не бежал - был убит, а его место заняли Архидемоны. От магов и жрецов остались лишь ошметки. Наш мир был покорен. Последние Боги - темноэльфийская Лирмилла и светлоэльфийская Виэлан - остались. Им некуда было бежать. Они сдались при условии, что народы вечных не будут уничтожены и притеснены. Высший Демон Кратуш был в относительно хорошем настроении после поглощения Бога Тьмы Ирвулла и согласился. Но при одном условии: каждый день он будет их жестоко насиловать и за каждую слезинку, оброненную ими на пол, он будет забирать одну эльфийскую душу. У Богинь не было выбора и они согласились. Однако, страдания были невероятны - у них с Кратушем оказалась чересчур разная физиология и температура тела. Богини не могли сдержаться и слезы стекали по их щекам. И за каждую слезу Кратуш забирал души. Оставшееся жречество предложило Лирмилле и Виэлан переложить ношу боли и страданий на них. Она не согласилась - от боли все жрецы от невыносимых страданий бы умерли уже через пару дней. Единственное, что она решилась передать - это свои слезы... И вот уже как пять тысяч лет жрецы Лирмиллы и Виэлан плачут слезами свих богинь каждый день когда