Чтение онлайн

В эти мартовские дни в районах формирования Туркестанской армии и в тылу 4-й армии пылали мятежи: банды эсеров и кулаков громили местные учреждения, убивали советских работников и разрушали железнодорожные пути, стремясь парализовать снабжение армии, подвоз пополнений.

Фрунзе создает военно-полевой штаб, выделяет необходимые отряды и направляет их в очаги мятежей.

Как командующий Южной группой Фрунзе сделал все необходимое для обеспечения поставленной ей задачи и одновременно продолжал создавать резервы на линии Самара — Оренбург.

19 марта, учитывая движение Колчака на Симбирск и Самару, Фрунзе подсказывает

командованию фронта идею поворота Южной группы на север, против главной группировки врага. Зоркий глаз Фрунзе нащупал наиболее уязвимое место противника. Однако ставленники Троцкого не поддержали идею Фрунзе.

Между тем на фронте назревали важнейшие события. В предвидении их Фрунзе произвел перегруппировку: 25-ю дивизию в полном составе отвел в групповой резерв, подчинив ее непосредственно себе.

Помощник Фрунзе, старый генерал, обладавший большим боевым опытом, с восхищением говорил:

— Какой большой оперативный кругозор! Какое военное чутье! Он действует по всем правилам военной науки, и блестяще действует! Такой опыт раньше приобретали к концу военной жизни.

Уже сейчас было очевидно, что создаваемые Фрунзе резервы в районе Самары явятся опорой для войск, откатывавшихся под ударами многочисленного врага.

Перед Михаилом Васильевичем складывались основные очертания плана контрудара, который должен был остановить наступление Колчака. Фрунзе продолжал подготовительные работы по развертыванию резервов. На него не влияли скептицизм и прямое противодействие фронтового командования, стремившегося ограничить действие войск обороной на рубеже Волги. У Фрунзе стратегия и политика не отрывались друг от друга. Военные задачи решал он как большевик и из политики партии выводил свои оперативные планы. Только разгром, уничтожение главной силы врага могли решить задачи гражданской войны, вернуть пролетарскому государству захваченные белыми территории и обеспечить условия для строительства социализма.

Борьба за активные действия на Восточном фронте была для Фрунзе борьбой за линию партии Ленина — Сталина.

Мысль Михаила Васильевича упорно работала над поисками выхода из положения, в котором очутились красные армии Южной группы Восточного фронта. Позиции, занимаемые частями 4-й и Туркестанской армии, державшей фронт Илецкий городок — Актюбинск, образовывали клин, глубоко врезавшийся в расположение противника. Такое начертание линии фронта ставило армию Ханжина под угрозу флангового удара. Занятие же противником рубежа реки Волги создало бы для Южной группы тяжелую обстановку. Изучая расположение сил, Фрунзе приходит к мысли, что остановить наступление Колчака возможно только решительным контрнаступлением. Наилучшей формой маневра в этой обстановке будет фланговый удар группы с юга по главной группировке противника — армии Ханжина.

Фрунзе предлагает командованию Восточного фронта создать ударную группу в районе Бузулука для нанесения контрудара Колчаку.

Цель операции: разгромить живую силу Западной армии генерала Ханжина в районе Бугуруслан — Бугульма — Белебей фланговым ударом из района Бузулука.

Во время обсуждения плана операции командующий Восточным фронтом спросил Михаила Васильевича:

— Как вы думаете, начинать ли наступление в период распутицы, или ждать,

когда она прекратится?

— Необходимо использовать период распутья и перейти в наступление, не ожидая его окончания, — ответил Фрунзе.

В этой беседе был намечен срок наступления. Но вскоре Фрунзе вновь обратился к командующему Восточным фронтом:

— Нужно ускорить удар дня на четыре.

Командующий фронтом не понял Фрунзе:

— Почему вы так на этом настаиваете? На симбирском направлении еще нет готовых частей, которые могли бы поддержать ваш удар.

Михаил Васильевич высказал свои соображения:

— Я имею предположение, что противнику стал известен срок, в который мы переходим в наступление, и я хочу его предупредить на несколько дней.

Командующий фронтом не возражал. Фрунзе сообщил о ходе сосредоточения сил.

— Я выбрал пунктом сосредоточения Бузулук.

— Я предлагаю несколько севернее наметить пункт сосредоточения.

Фрунзе настоял на Бузулуке.

— Наш удар будет направлен по шестому корпусу противника.

При этом Михаил Васильевич объяснил, почему он избрал 6-й корпус объектом своего удара:

— В этом корпусе много кустанайских крестьян, несколько раз бунтовавших против Колчака и жестоко им усмиренных…

Знакомя командный состав с целью предстоящей операции, Михаил Васильевич особенно подчеркивал:

— Нам нужны не города, а уничтожение основных сил Колчака.

Силы белых, сосредоточенные южнее Камы, составляли примерно 80 тысяч штыков и сабель (в том числе резервный корпус генерала Каппеля). Армии Южной группы не только не имели численного превосходства над белыми, но даже уступали им в силах.

7 апреля командование Восточного фронта вызвало Михаила Васильевича к прямому проводу. Обрисовав общее положение на фронте, командование запросило:

— Согласны ли вы возглавить объединенное руководство операциями 1-й, 5-й, 4-й и Туркестанской армиями?

Фрунзе ответил:

— Я согласен при условии известной самостоятельности решений.

— Мы не имеем возражений. Соответствующие директивы будут присланы.

После разговора по прямому проводу Михаил Васильевич собрал совет, чтобы обсудить оперативные мероприятия, вытекающие из нового задания.

Фрунзе развил план действий, наметил исходное положение, состав ударной группы, направление и время начала операции. Идея контрудара была уже тогда разработана Фрунзе подробно.

Анализируя обстановку на фронте, Михаил Васильевич говорил:

— Группа войск противника, наступающая от Уфы на Самару через Бугуруслан, является для нас наиболее опасной. 5-я армия, на которую обрушился удар, не в состоянии дать необходимого отпора, и подпирать ее со стороны Самары мы не можем по условиям времени и пространства.

Свободные части Южной группы расположены восточнее, и переброска их по перегруженной дороге навстречу отступавшей 5-й армии потребует много времени.

— Наиболее правильным было бы, — развивал свой план Михаил Васильевич, — избрать исходное положение в районе Бузулука. Сосредоточив здесь все силы, какие только возможно, ударить на север по левому флангу наступающей группировки противника и сорвать всю его операцию. Сосредоточение ударной группы нужно произвести за счет Оренбургского и частью Уральского районов. Контрудар нужно осуществить возможно скорее и внезапно.