Чтение онлайн

— Хорошо, тогда не будем отвлекать, — поднялась с кушетки Гюльзар. — Тебе точно не до наших треволнений.

— Да-да, мы с Мией в магазин, за горелкой. Я помогу ей, — растеклась лужей и Роза.

— Вот и здорово!

Девчонки вышли, а на душе стало лучше. Веселее. Ибо появилась уверенность хоть в чём-то. Завтра жизнь не закончится, и у меня есть, на кого опереться… В горе и радости, в падении и во взлёте… Всегда.

…Ещё и Мерседес бы вернулась. Не просто ж так она мосты взрывает?

«Берлога-два». Мы заняли позиции у терминалов с шести утра, начав подготовительную работу. Раньше

было нельзя — боялся утечки, ударные отряды сдёргивали с бухты-барахты, без подготовки. Только что командирам отрядов силовиков раздали список целей, чтобы выдвигались — часы показывали девять десять. С помощью Алисы смог подключить к делу и безопасников, и бойцов департамента исполнения наказаний, кто расквартирован в столичном округе, и специальную полицию подтягиваем. Ополчение и армию не трогаем — не хочу. Должны и так справиться.

Перед нами, это я с Дэном, на визоре бегущими вверх строками мелькали списки сотрудников правительственных департаментов, в смысле королевских, подчинённых центральной власти, а не городу. Само собой, минфин, как главная цель. Минздрав. Минспорта. Минтруда. Минэкономики и природных ресурсов. Минторг. Минкультуры. В общем, всех, кого можно. А можно весь социально-экономический блок, плюс МИД.

С МИДом у нас проблемы, он фактически в ступоре, не функционирует. Контакты с Россией — на Фрейе, с Империей — на мне, через Хименеса, и сверху дано указание в оный контакт никому не вступать, пока работает межведомственная комиссия под редакцией Алекса Гуэрра. Канада тоже на мне. А за Восток и связь с ним отвечает доверенный человек Сирены, отчитывающийся лично Фрейе, но, так, как он — сошка, контакт с той стороны тоже так себе. Уровень взаимодействия даже не послов или консулов, а так, консультации сторон через атташе, передаточные звенья. Ну, а остальные нам не нужны — после заварухи будем в рабочем порядке с ними восстанавливать отношения. Так что сотрудников МИДа, хоть это и силовики, я попросил также «вывезти на экскурсию», но не жестить, а отобрать только тех, кому это будет полезно в работе. Ибо глазами видел их конформистский настрой, им тоже не мешает понять, какие в стране теперь приоритеты.

— Хуан, шестнадцать тысяч человек, — выдал результат Даниель.

— Так много? — сощурился я и покачал головой.

— Сам в шоке. Бюрократия разрастается для того, чтобы удовлетворять потребности разрастающейся бюрократии! — схохмил он. — И это без вспомогательного персонала, только основной.

— М-да, многовато. Не поместятся все. Давай ещё фильтры.

— Какие?

— Дэн, не беси! Подумай и предложи! Сисадминов, охрану, клининг и прочих уже убрали, смотри списки должностей, кого можно ещё поубирать из мелочи. Мелочь — массовка, цель у нас «крупняк», главы отделов и их замы. Клерки не интересуют, они должны лишь антураж создать. Тысячей больше — тысячей меньше, плевать.

— Ладно, вот видишь вот этот отдел? Давай таких же, только и по остальным отфильтруем, и в минус?

Угу, минспорта. Отдел по развитию чего-то там среди молодёжи. Там вообще можно никого не трогать. Ладно, бог с ним — пусть фильтрует на свой страх и риск.

— Давай. По минфину сделаем отдельный фильтр, согласуем тет-а-тет, по остальным я в тебя верю, комрад! Сам смотри. И это, бойцы уже выдвинулись. У тебя максимум полчаса.

— Сделаем, — нахмурившись, кивнул Дэн, но ему не привыкать в таком ритме работать. Должен справиться.

Я

оставил его и подошёл к другому терминалу. Тут «рулил» Ктулху:

— Командор, кажется, нарисовалась проблема.

— Да? — Я оживился. Ибо прекрасно понимал, что гладко сегодня не выйдет ни-че-го! Когда делаем что-то глобальное, никогда ничего гладко не выходит.

— Итальянский, судя по отсутствию шевеления, ни к чему не готовится.

— Давай линию директора.

Пауза, соединение. Мигание красным — сброс. Хренасе! Не понял?

— Место нахождения? — сверкнул я глазами, а голос мой заледенел, аж бритый поёжился.

— У себя дома.

— Давай линию на домового. Он подключен к сети?

— Да. Подключился.

Тут без мигания. Домовой может быть не запрограммирован принимать ответ — для этого комм есть. Тишина.

— Снова набери через связь.

А тут… Снова сброс!

— Камеры показывают, он точно там? — на всякий удостоверился я.

— Да. И триангуляция сигнала показывает плюс/минус его этаж.

— Хорошо. Тогда можешь хакнуть его домового?

— Ну, сейчас — могу! — бритый расплылся в улыбке. — Сейчас я всё на этой планете могу!

— Ты работай, не бахвалься. — Понятно, почему Фрейя всех их считала большими детьми. Даже этого качка.

— Есть, вошёл в акк. Домовой под контролем.

— Обрубай фростер. Теперь воду. Теперь вытяжку и приточку.

— Сделал.

— Снова набор номера.

Тишина.

— Свет обруби.

— Готово!

— Набирай.

Теперь зелёное мигание, но без сброса. Сеньор растёт!

Домового можно отключить от сети. Можно отключить от функции контроля за отдельными элементами дома — вручную отсоединить от сети холодильник, воду и воздухообмен. И свет. Это интересный инструмент для злонамерений, но не панацея — не выкурить так сеньора. Но я показал ему, что не надо меня динамить и морозиться, обижусь, а это важно.

Сеньор понял — на сей раз ответил. Голос взволнованный — явно не ждал такой атаки и такой мощи у меня в руках. Рядовые взломщики за пару секунд домового не хакнут, мы в бытность Цитадели для этого здание тремя группами по месту штурмовали.

— Да, сеньор Ши… Ма…

— Шимановский, — ухмыльнулся я. — Сеньор, не надо меня игнорировать. А то я выйду из себя, а когда я зол — я страшен. Её высочество подтвердит.

— Да-да, конечно, юный сеньор, я всё понимаю. — Голос оппонента налился уверенностью. — Вот только вы не по адресу. Мы не участвуем в гражданской войне, не выбираем сторону и никого не поддерживаем. Итальянский дворец не будет ареной вашей борьбы с противниками, и я не собираюсь его запускать.

Угу, час назад, когда я созвонился и представился, он проблеял, что да, конечно, всё организует, попросил три часа. Значит, его кто-то за это время накрутил. Что ж, стоило ожидать. Нет, это не диверсия, это отсутствие диверсии, и не понятно, что хуже — за прямую диверсию можно расстрелять, а тут нет.

Итальянский стоит, безмолвствует. Как и стадионы, и концертные залы, и театры — вся культурка столицы стоит. Ждёт окончания мятежа. Даже домашние матчи Примеры для столичных команд перенесены на время, после окончания последнего тура. И я всего лишь позвонил и попросил открыть дворец, и обеспечить поток людей внутрь. Без охраны — у нас своя охрана, только открыть, подсветить, организовать минимальный звук и кулису. Всё. Сучий выродок!