Чтение онлайн

Фрейд снова взял себя в руки. Он говорит уважительным, но ледяным тоном.

Фрейд. Доктор Брейер любезно доверил мне одного из своих больных, уже сегодня я иду его осматривать и буду лечить гипнозом.

Мейнерт (он снова занял место за письменным столом, перед статуей Моисея). Превосходно. (Пауза. Говорит от­рывисто, холодным тоном, подчеркивая обращение «гос­подин», как бы давая понять, что Фрейд перестал быть врачом.) Господин Фрейд, вы больше не принадлежите к нашему кругу. В этих обстоятельствах я запрещаю

вам доступ в мою лабораторию и в больницу, где я преподаю.

Фрейд смотрит на него затравленными глазами. Но берет себя в руки.

Фрейд (спокойным голосом). Понимаю. До свидания, гос­подин профессор.

Мейнерт. Прощайте.

Фрейд кланяется и уходит.

Салон, строгая, почтя пустая большая комната.

В кресле сидит сурового вида старец, одетый в черное. Он не носит бороды, у него седые усы, черты лица измождены. Колени укутаны пледом. Он бледный и нервный.

Слышится звонок. Нервозность старика усиливается, но лицо остает­ся неподвижным и холодным как лед. Слуга открывает дверь.

Слуга. Доктор Фрейд.

Входит Фрейд. Старик приветствует его кивком головы.

Старик. Здравствуйте, доктор. Извините меня, что я не встаю. Я прикован к этому креслу приступом суставного рев­матизма. Садитесь.

Фрейд кланяется и садится напротив.

Старик. Вы так молоды.

Фрейд делает жест недовольства.

Старик. Не сердитесь. Я просто хочу сказать, что мой сын старше вас. Но это неважно. (Пристально смотрит на Фрей­да.) В вас есть солидность. (Он показывает Фрейду рас­печатанное письмо, которое лежит рядом на столике.) Мой друг Брейер пишет, что вы применяете новый метод.

Фрейд. Нет, не новый. Я хотел бы попытаться…

Старик. Неважно. (Грустно качает головой.) Мой сын тяжело болен. Речь вдет о неврозе навязчивости. Попробуйте применить ваш метод. Лично я не думаю, что вы его вылечите, но вы не сможете причинить ему большого вреда: он неизле­чим.

Фрейд (улыбаясь с едва заметной горечью). Сколько ему лет?

Старик. Около сорока.

Фрейд. Когда появились первые признаки болезни?

Старик. Видите ли… Моя жена умерла в 1880 году. Болезнь обнаружилась полгода спустя, в феврале 1881 года Уже шесть лет он не выходит из комнаты.

Фрейд. Он сам заперся?

Старик (берет со столика ключ и показывает его Фрей­ду). Он требует, чтобы мы его запирали.

Фрейд (встает). Я хотел бы его видеть.

Старик звонит в колокольчик. Появляется слуга. Старик. Проводите доктора к господину Шарлю.

Старик протягивает слуге ключ. Слуга молча берет ключ и идет

к другой двери, расположенной в глубине комнаты. Фрейд следует за ним.

Старик. Доктор Фрейд, перед вашим уходом я хотел бы переговорить с вами.

Большая комната, служащяя кабинетом и спальней.

Она резко отличается от той, которую только что покинул Фрейд, неброским и изысканным вкусом в меблировке (немецкое рококо). Огромный застекленный книжный шкаф полон книг. В глубине комнаты, совсем далеко от окна, сидит, прижавшись к стене, мужчи­на лет сорока, одетый очень элегантно, в черное. Сидит он на маленькой кухонной скамеечке, непритязательность которой стран­ным образом контрастирует с роскошью меблировки. У него приятная внешность. Его лицо было бы почти красивым, если бы у больного не был затравленный вид. Он нервно перебирает руками. Тонкий красный шнурок опутывает его ноги, как бы связы­вая их. Поворачивается ключ. За кадром – шум открывающейся двери.

Голос слуги за кадром. Доктор Фрейд.

Больной даже не реагирует. Фрейд подходит к нему, берет стул и садится рядом.

Слуга. Когда господин доктор пожелает выйти, господин доктор должен будет позвонить.

Фрейд молча рассматривает больного.

За кадром – звук закрывающейся двери и поворачиваемого ключа.

У Фрейда спокойный и добрый, открытый, внимательный взгляд. Его нервозность прошла. Его властность (очень ярко выраженная в предыдущей сцене) компенсируется подлинной нежностью к больно­му. Фрейд – врач на работе, профессионал, полностью владеющий собой.

Этот человек – ему с трудом дается общение с «нормальными» людьми – сразу же проявляет сочувствие к больным. Шарль мучительно пытается преодолеть себя. Он кивает Фрейду. Загнанный вид уступает место истинной вежливости, которая плохо скрывает его глубокую печаль.

Шарль (обращаясь к Фрейду). Шарль фон Шроэ.

Фрейд. Доктор Зигмунд Фрейд.

Шарль. Вы должны извинить моего отца, доктор. Он зря побеспокоил вас. (Не отвечая, Фрейд смотрит на красный шнурок.) Видите ли, отец меня обожает. Он предпочитает считать меня сумасшедшим. Но я не безумен, я – дурной человек. Прогнивший до глубины души. (Фрейд молчит: не говоря ни слова, он слушает Шарля с внимательным и сочувствующим видом.) Вы верите в Зло?

Фрейд. Верю.

Шарль. А в дьявола?

Фрейд. Нет.

Шарль. Я тоже не верю. В принципе.

На его лице появляется удрученное выражение. Он снова выглядит затравленным.

Фрейд встает, смотрит на ноги Шарля и трогает шнурок, который их опутывает.

Фрейд. Что это такое?

Шарль (бормочет с угрюмым видом, не глядя на Фрейда). Это шнурок безопасности. (Пауза. Он немного расслабляется.) Он меня защищает.