Чтение онлайн

Публицистика Пруса свидетельствует о том, что его беспокоила немецкая колонизация в Польше. «Немцы слишком близко от нас, — пишет он в 1883 году. — Слишком близкий сосед часто забывает о том, что он гость и во имя пограничных отношений любит добираться до шевелюры хозяина».

Наблюдая борьбу с немецкими колонистами,

Прус видит, что по-настоящему противостоят натиску прусского юнкерства только крестьяне. «Около 1880 года, — рассказывает он, — вышел „Дневник варшавской губернии“, где представлена почти столетняя история немецкой колонизации в этой губернии. Посмотрите только, из скольких деревень колонисты изгоняли наших крестьян, а из скольких наши крестьяне изгоняли колонистов, и вы убедитесь, что между этими двумя стихиями происходила и происходит борьба за каждый кусок земли. Это не идеология, это факты.

А кто же приводил немецких колонистов в страну — может быть, крестьянин? И кто заставляет колонистов уходить из Царства Польского? Может быть, не крестьянин?»

Прус неоднократно писал о необходимости для писателя обратиться к жизни крестьянства, он считал, что человек из народа — интересный объект для художника. Полемизируя с А.Свентоховским, который, признавая талант Пруса в описании психологии крестьянина, высказал мысль о том, что Прус никогда не сможет нарисовать титана мысли, какого-нибудь Цезаря, Наполеона или Колумба, Прус пишет: «Пан Свентоховский, критик, не понимает даже того, что психология крестьянина ничем не отличается в принципе от психологии Наполеона, и что бесконечно легче описать Наполеона, чем крестьянина. Ибо крестьянина нужно наблюдать лично, а Наполеона уже описало множество его поклонников и врагов. Ибо действия Наполеона так поражают воображение читателя, что рядом с ним кажутся незаметными ошибки в описании, в то время как вся ценность характеристики крестьянина

заключена в тщательно продуманном определении».

«Форпост» был по-разному принят критикой.

В консервативном лагере «Форпост» вызвал недовольство тем, что Прус именно крестьянина, а не помещика показал защитником родины. В защиту шляхты выступил в своей полемике с Прусом писатель и критик реакционного лагеря Теодор Еске-Хоинский. Он стремился доказать, что шляхта всегда дорожила землей, что помещик всегда был не только хозяином, но и защитником земли. Для Еске-Хоинского Слимак и крестьянин вообще — «это зверь, животное, со всеми присущими ему инстинктами, подлое, глупое, лишенное каких-либо благородных идей».

Прогрессивная польская критика приветствовала появление повести «Форпост». Так, Владислав Богуславский, подчеркивая хорошее знание Прусом жизни деревни и реалистическое ее отражение в повести, пишет: «Крестьянин у него — настоящий крестьянин, хата — крестьянская хата, корчма — крестьянская корчма, недостатки и достоинства — недостатки и достоинства крестьянской натуры, вся жизнь — крестьянская жизнь; есть во всем этом убедительная правда».

Другой критик называет «Форпост» «крестьянской эпопеей» и отмечает, что Прус в ней «затронул самые основные проблемы крестьянской жизни в связи с общественными судьбами всего общества». «Это настоящая жемчужина нашей литературной прозы, золото высокой пробы», — пишет он в заключение.

Восторженно отзывался о «Форпосте» Стефан Жеромский. 15 июня 1887 года он пишет в своем дневнике: «Читали с Ясем „Форпост“ Пруса. Самого Пруса встречаем по нескольку раз в день на улице. Такой нескладный, похожий на Гоголя, в сером сюртуке, с двумя парами очков — и пишет такие чудесные вещи! „Форпост“ я читал уже третий раз».