Форпост

Кости веков перемолоты солнцем.

Каплей ушла мощь империй в песок.

Новая кровь свежей требует крови.

Мир измениться не смог.

Крепким щитом мы стоим, как и прежде.

Запад бьет в грудь, в спину ранит Восток.

Лишь имена время нам изменило.

Мы —

тот же дикий поток.

Группа "Ария", "Через все времена"

… Тяжело уходить, когда не знаешь, сможешь ли вернуться. Но иногда судьба не оставляет другого выбора, решив все за людей.

Род Выдры не уходил — он бежал. Бросив все девять стоянок, раскинувшихся на левом берегу от устья Великой Реки далеко на юге до скалистого острова на севере, потеряв десятки родичей, неандертальцы больше не верили в победу. Слишком много врагов вторглись на их берег, и пришельцы сразу дали понять, что соседи им не нужны.

Два стойбища у моря сожгли в первые же часы, с полным безразличием — так люди не заботятся о судьбе мимоходом разрушенного ударом ноги муравейника. Попытавшихся оказать сопротивление убили, остальных разогнали по степи, особо не преследуя. Выжившие неандертальцы попытались найти приют и помощь в стоянках выше по течению, но их надежды быстро развеялись — орда черных воинов шла вдоль берега, методично уничтожая все встреченные по дороге поселения. За ними двигались сотни переселенцев, сразу занимающих удобные места.

Люди обратились к своей Говорящей с огнем, прося о помощи. Но духи Предков не слышали старую женщину, безучастно сидя в Первой Пещере. Они берегли крохи силы, цепляясь за доставшееся им подобие вечной жизни…

Надежда на силу могущественных сущностей растаяла, но ещё оставалась надежда на силы земные. К пятой стоянке, расположенной на возвышенности, подходили семьи с верховий, сюда же стягивались беженцы со всей округи. На четвертые сутки они попытались остановить кроманьонцев. Огромная, по местным меркам, толпа охотников — больше сотни человек, вооруженных острыми копьями и дубинами, заступила дорогу чернокожим захватчикам. Подбадривая себя громкими криками, они ждали появления врагов. И дождались — чужие воины появлялись из-за холмов, собираясь в низине напротив. Первая сотня, вторая, пятая… Крики неандертальцев стали тише, а затем и умолкли вовсе. ТАКОГО врага им не победить…

Это поняли и собравшиеся за их спинами. Ника потеряла часть авторитета, но ее слова все ещё были законом для рода, энноем она быть не перестала. И приняла единственное правильное решение — отступать. Все, кто мог бежать, уходили в степь, за ними шли и охотники, оставив только первый ряд мужчин отвлекать внимание все ещё накапливающийся орды негров — род Выдры заплатил за свое существование их жизнями.

Нику несли четверо, привязав ее веревками к жестким носилкам, изготовленным на скорую руку из нескольких жердей. О комфорте сейчас никто не заботился, главное уйти как можно дальше. Их преследовали три дня, отогнав на сотню километров к востоку, затем кроманьонцы развернулись назад, возвращаясь на захваченную территорию.

И вот теперь, оказавшись вдали от родных мест, отрезанные

от реки, сотни лет исправно их кормившей, неандертальцы остановились. Они не знали, как поступить дальше. Привычной добычи не было — в попытках убить бизонов потеряли двоих охотников, не успевших увернуться от разъярённых быков. Крупное стадо этих животных паслось совсем рядом, но становиться пищей они совсем не желали.

Под утро не спавшие толком несколько суток часовые задремали, и на них напала большая стая гиен. Пока просыпались другие мужчины, больше десятка пятнистых убийц пробрались внутрь беззащитного лагеря и успели загрызть женщину и троих детей. Плохо знакомые с повадками степных животных, беженцы допустили серьезную ошибку, став на ночёвку прямо под носом у хищников.

Люди гибли, над ними замаячил призрак голодной смерти, и тогда старая Говорящая с огнем решилась обратится к единственному человеку в округе, кто мог помочь. Он появился совсем недавно, но за короткое время сумел объединить все семьи и рода людей, живущих по эту сторону Великой Реки. Теперь все эти люди жили в одном единственном месте, давая молодому энною огромную силу. С ним не смогли справится даже древние призраки, обитающие в Первой Пещере тысячи лет, которых и увидеть то мог не каждый Говорящий.

В эту ночь не спал никто. Днём всё, кто не искал пищу, собирали сухую траву, и теперь вокруг горели десятки костров. Едва державшихся на ногах от усталости мужчины настороженно вглядывались в темноту, ожидая новых нападений. А внутри лагеря Ника, мертвенно — бледная от новой потери крови, замерла у огня.

Сначала она просто пыталась докричаться до этого парня во сне, но его сознание было наглухо закрыто. И ей пришлось идти до конца.

В Первой Пещере энноя не было, только "эхо" неподвижно застыло у Очага. Но были те, кто его поддерживал, и они не только выслушали ее, но и смогли позвать самого Дима…

Все это мне рассказывал Ленг, младший сын Ники. Говорящая с огнем рода Выдры потратила намного больше сил, чем могло дать старое тело. Женщина успела передать остальным главное — не останавливаться, идти вдоль края лесного массива на восток Там их будет ждать новый энной, новый дом и новые родичи.

— И вы все поверили ее словам?

— А что нам оставалось делать, Дим?.. Двое самых старых мужчин попытались пройти в Первую Пещеру, род, потерявший связь с Предками — слабый род. Мой брат умер сразу, хоть его волосы уже и стали белыми. Второй охотник тоже прожил недолго, он сначала перестал двигаться, а затем и что-либо понимать…

Сердце Ники перестало биться под утро. Ее похоронили вместе с остальными погибшими, совместными усилиями вырыв глубокую братскую могилу, чтобы до них не добрались хищники.

Ленг, несмотря на молодость, сумел удержать власть. Он был очень поздним ребенком, и родился когда у брата давно уже была своя семья. Ника готовила его на свое место, по одной только ей видимым признакам определив в парне способности стать энноем.

Люди рода Выдры, понеся новые потери, были подавлены. Они больше не думали о том, кто главный — мужчины, женщины и дети просто хотели выжить. И безропотно отправились к далёкому ГОРОДУ, все дальше уходя от родных мест.