Чтение онлайн

Во время предварительного обсуждения никто, казалось, не собирался затрагивать этих вопросов, поэтому когда Лек на разборе предложил высказываться, Майк набрал побольше воздуху и поднял руку.

— Конечно, Майк, — сказал Лек. — Что у тебя?

— Ну, мне кажется, я знаю, почему у вас возникли некоторые проблемы на трассе — я имею в виду, у Тайлы, — он немного помедлил, откашливаясь.
– Такая же ситуация складывалась при пробной обкатке программы... Излагая все это, он заметил раздраженную реакцию слушателей: Лек поднял брови, Тайла нахмурилась, Эндрю растерянно заморгал. Но его уже понесло, мозг подыскивал точные слова и четкие объяснения, и Майк

не обращал внимания на лица товарищей.

Закончив, он остановился перевести дух и оглядел команду. Эндрю безучастно смотрел в пространство; выражение лица Лека понять было трудно. Майк посмотрел на Тайлу. Ее глаза сверкали.

— Я счастлива, — сказала она голосом, полным иголок, — что ты так много об этом знаешь. Безусловно, это результат твоего богатейшего опыта в пилотировании настоящих кораблей, а не тренажеров. Он намного превосходит мой собственный опыт, — она обвела комнату горящим взором. — Если кто-то сомневается, позвольте мне доказать всем присутствующим, что я прекрасно знакома с проблемой заносов и...

— Подожди, Тайла, — сказал Лек.

— ...этому и был посвящен...

— Тайла!

— ...этот проклятый тренировочный заезд. Повторять очевидное не имеет смысла. Зато имеет смысл поинтересоваться...

— Тайла, довольно! — Лек свирепо посмотрел на нее, и Тайла умолкла, шумно выдохнув. Он неприязненно взглянул на Майка. — Хорошо. Остыньте. Цель разбора — помочь друг другу, а не разорвать друг друга в клочки.

Десятиминутный перерыв.

Он поднялся во весь свой шестифутовый рост и сделал знак встать и выйти. Когда Тайла отошла, Лек перехватил взгляд Майка.

— Пойдем, прогуляемся.

Майк вздохнул и поплелся за Леком к кораблю.

— Я не хотел... — промямлил он.

Лек помахал, чтобы он замолчал. Он тоже вздохнул и некоторое время, прищурившись, любовался на изящные обводы корабля. Майк напряженно ждал.

— Этот корабль, — наконец сказал Лек, — чудо техники, знаешь ли ты об этом? В него вложено столько мысли, столько человеческого гения! Эти корабли — самые совершенные летательные аппараты в Галактике. Они изумительны. Просто изумительны.

Он опустил глаза и посмотрел на Майка.

— Ты изучал всю эту теорию, Майк, все те принципы, которые положены в основу их функционирования. Возможно, мир еще не знал более теоретически подкованного мальчика твоих лет, чем ты. Я восхищаюсь этим. Майк чуть-чуть кивнул в знак признательности. Он знал, что Лек привел его сюда не для того, чтобы петь ему дифирамбы. Взгляд Лека вновь обратился к кораблю.

— Но как бы ни была совершенна теория, это только половина дела.

Человеческая половина, то есть пилот, летающий на этом корабле, не менее важен, чем технология. И даже более важен, потому что никакая теория в мире не может создать хорошего пилота. — Он откинул со лба прядь светлых волос и присел на корточки, разглядывая выхлопные трубы. — Знаешь, Майк, сам я человек кабинетный. Я — не то что, скажем, Джесс, который нутром чувствует, как нужно летать, словно лишь для этого он и родился. Мне без теории не обойтись.

Майк в растерянности опустился рядом с Леком.

— Я понимаю, о чем ты, — осторожно начал он. — Но как это объяснить Тайле? Почему она так бесится только из-за того, что я... — голос его сорвался.

— Это как раз человеческая половина, Майк. Строптивая половина. Трудно приручаемая, — Лек улыбнулся и встал. — Тайла будет чертовски хорошим пилотом — ты знаешь об этом?

— Я знаю, но... Лек поднял руку.

— Майк, ты был прав. Она пережимала руль. Но она уже

и сама это знает. В теории она подкована не хуже тебя или меня. Но есть большая разница между знанием теории и претворением ее в практику. Так вот, ее проблемы это проблемы большей части пилотов, и научиться их избегать чрезвычайно трудно. Тренажер помогает, но ничто не сравнится с живым полетом. А это трудно. Даже если ты знаешь теорию и понимаешь, в чем ты ошибаешься, все равно трудно.

Майк хмуро разглядывал ногти. Потом почесал в затылке и стал разглядывать корабль, избегая взгляда Лека.

— Ты не знаешь, Майк, что я уже говорил с ней об этом, пытался помочь ей. И она поняла свои ошибки. Но пилоты воспринимают это очень болезненно. Даже если ты прав. Вы оба правы.

Майк кивнул и поднял глаза. Сначала его взгляд блуждал по питу, потом встретился со взглядом Лека. Майк смущенно провел ладонью по волосам.

— Прости, — выдавил он. Лек улыбнулся.

— Надо бы сказать это и Тайле. Она тебя простит. И вот что: когда у тебя появится шанс полетать, может быть, тебе повезет больше. Может, на корабле будет маневровая программа, которая тебе идеально подойдет. Но не волнуйся, у тебя будут другие проколы. У нас у всех есть свои слабые стороны. Майк кивнул.

— Верно.

— Ну, пойдем обратно на разбор, да?

За четыре дня до очередной серии тренировочных полетов у Майка появилась возможность поработать на разных участках пита и побольше узнать о процессе подготовки корабля. Он старался не сталкиваться с Тайлой, но она в общем-то была незлопамятна и приняла его извинения довольно великодушно, хотя и не зашла так далеко, чтобы извиниться самой. При подготовке к следующим полетам Майк взял на себя некоторые из обязанностей Эндрю по тактическому планированию. Эндрю был занят разработкой новых схем для предстоящих экспериментов, и Майку нужно было отладить установленные программы без помощи Эндрю. Не то чтобы он сомневался в своих силах, но был чрезвычайно озабочен и старался как никогда, чтобы все прошло гладко.

Возможно, он перестарался. Чем еще объяснить ошибку, ускользнувшую от его внимания при последней проверке?

Если бы дело не касалось Тайлы, ошибку можно было бы считать пустяковой. Накануне вечером Майк проверял тактические программы, дезактивируя их определенные элементы, которые затрудняли процедуру проверки. Завершив тест, он каким-то непостижимым образом забыл подключить одну из схем.

Майк понял это, когда Лек и Тайла находились на третьем витке и готовились к отработке пересекающего маневра — прыжка из обходного туннеля, через грув, прямо в противоположный обходной туннель. Этот маневр включал в себя быстрое последовательное пересечение двух зон скоростного сдвига, и задачей тактической программы было обеспечить безукоризненно точный прыжок.

Здесь требовалось искусное взаимодействие пилота и компьютерного управления; программа должна была помочь пилоту, не подменяя его.

Майк следил за движением корабля по монитору. Он слышал, как Лек передает управление Тайле с указанием, что она должна уклониться влево словно в попытке обгона — а затем внезапно прыгнуть влево в ответ на блокирующий маневр соперника.

— Начинай по моему сигналу, Тайла, — сказал Лек, — а я буду следить за фантомом.

— Есть, — отозвалась Тайла.

На экране Майку было хорошо видно действие тактической программы. Активационная схема должна была включиться, как только Тайла осуществит поворот больше, чем на семнадцать градусов вправо. Он заметил ее ошибку на секунду раньше, чем свою.