Фобос
Шрифт:
После возвращения на корабль, Петерсон ещё быстрее, чем прежде, умчался к своему начальству, а пехотинцы с облегчением расположились в кают-компании: и обедать, и ужинать, и завтракать. Прошедшие гастроли всех утомили. К тому же, отсутствие разогретой публики не давало понять, насколько успешно прошёл дебют.
В кают-компанию буквально ворвался Плюшкин, сияя, как надраенный медный чайник. Прямо с порога, он радостно заорал:
— Слышали новость?!
— Какую? — оживился Кротов.
— Горидзе застукали, а точнее нашли, возле нижних трюмов рефрижератора с найденным вентилятором в руках. Этот дурак полез туда без
— И где он сейчас? — улыбаясь, спросил Гоблин.
— Его, от греха подальше, то есть от нашего медблока, решили отправить в медсанчасть фрегата, под надзор тамошней медсестры Розы Арнольдовны Мерзекрейцель, — ответил Аркадий Петрович, что-то пряча за спиной и, как, кое-кому, показалось — банку с краской.
— Это под присмотр Пиявки, что ли? — уточнил Крот.
— Её самой…
— А зачем он вентилятор спёр? — удивился Огурцов, не представляя себе, куда такой мощный агрегат можно приспособить.
— Под наркозом, пока шла операция, Горидзе, в бреду, признался, что хотел подменить Блюмберу его вентилятор «Палестина» на более совершенную модель.
— А Изя как отреагировал? — удивился Кризис, как биолог понимая, что Львовичу должен был прийти логический конец.
Это, конечно, понимали все и тут не нужно иметь дополнительное образование. Плюшкин только усмехнулся и ответил:
— Он подкарауливал Горидзе возле медблока с клизмой. Блюмбер её в руке за спиной прятал.
— Ну и что? — давясь от смеха, уточнил Таран.
— Клизму отняли — послали домой, а когда Блюмбер узнал, что Вахтанговича поместили в лазарет «Урана», то теперь он ищет повод туда попасть. В общем — у нас тут война!
— А зачем Горидзе операция? — насторожилась Кузнецова.
— Вано же все конечности поотмораживал — дурак! — пояснил Аркадий Петрович.
Люська усмехнулась и, покачав головой, рассказала, как они с Белой посещали Пиявку на фрегате.
«Из воспоминаний Пиявки про те времена, когда она мечтала стать хирургом.
Когда пациент городской больницы, пришедший в хирургическое отделение, чтобы вырвать себе гланды, узнал в хирурге мужа своей любовницы, он понял — ему вырвут не только гланды. Больной покинул палату через окно так, как до этого покидал место любовных утех. Врач напомнил незадачливому жигало вооружённого и очень опасного бандита: закрытое маской лицо, надвинутая на глаза шапочка и окровавленный халат, нестираный для таких случаев — вызвало в нём животный ужас. Мужик двинул через окно… «Люди — берегите ваши души!» — уже на земле, крикнул он прощальное напутствие. Ему в ответ, из окна четвёртого этажа, выразили напутственное пожелание, вкратце, заключающееся в том, чтобы он поберёг кое-что другое, иначе, следующая встреча будет не такой интересной…
— Роза Арнольдовна многое что переняла от своего наставника, — продолжила Кузнецова. — Нужно предупредить Горидзе о том, что приставать к Пиявке небезопасно.
Обескураженные туристы стояли посередине поляны, растерянно разводя руками. От местной достопримечательности и след простыл. Только грязная коричневая глина пестрела в том месте, где приезжие любили фотографироваться. Мужик почесал затылок и, в недоумении, прошептал:
— Он лежал здесь.
— Пить надо меньше…
Эта интонация, с которой была произнесена короткая фраза и
— Пришли не туда — вот и всё! — громко сказала супруга, решительно пресекая всяческие возражения.
Руководствуясь женской логикой, она запутала мужа окончательно, хоть он и предпринял попытки привести весомые аргументы в пользу своей, а не её версии. Указав пальцем на остатки достопримечательности, муж рискнул возразить супруге:
— Да вот же ещё кусок желоба остался!
— Это, наверное, обыкновенный дождевой слив, болван! — не унималась спутница жизни.
Её пыл остудила собиравшаяся к месту паломничества туристов одноимённая, ничего не понимающая, толпа. Люди растерянно оглядывались по сторонам, ища предмет фотопоклонения, но его не было. Среди ропота и недовольных восклицаний, раздался чей-то голос: «Его на реставрацию увезли!» «А-а-а!» — замычала людская масса и все разочарованные, разбрелись по окрестностям…
Телевизор в кают-компании почти всегда простаивал без дела. Свёрнутый в рулон под потолком, он не вызывал никаких эмоций: ни у команды, ни у космической пехоты, но, в этот раз Хударева что-то дёрнуло — он подошёл к нему и, развернув на всю катушку, включил. По каналу «Гео-туризм» как раз шли новости.
Ведущий.
«В Японии произошло извержение вулкана. Никто никогда ни о каком вулкане, в том месте, и не слышал. Случилось это в местечке под названием Асука. По словам сторожа-смотрителя, он так и прокричал, когда увидел огненное зрелище». По экрану поплыли картинки с места события: чёрная выжженная земля и остывающая лава, которая продолжала дымиться. От деревьев, встретившихся на её пути, не осталось даже пеньков, не говоря про обугленные стволы. «Откуда взялась лава, сейчас выясняют специалисты. По предварительным данным, она могла вытечь из разлома. Вот именно его поисками и занимаются компетентные органы. Некоторыми апологетами от физики выдвигались версии о микроядерном взрыве, но, о таких зарядах никто никогда не слышал. Более того, подавляющее большинство учёных категорически отрицает возможность создания бомбы такой малой мощности. В ту же ночь пропала и местная достопримечательность». На экране толпа митингующих туристов, требующих досрочного возвращения каменной глыбы из реставрации. По словам одного, особо ярого оратора, можно было понять, что он не согласен с реставрацией. «Никто не согласен! — прокомментировал событие прибывший на место представитель власти. — Там и реставрировать нечего. Он в таком виде и представляет интерес для публики». «Пообещав разобраться в ситуации, как можно быстрее, чиновник укатил в обратном направлении, а вы, дорогие телезрители, оставайтесь с нами. В самое ближайшее время мы продолжим освещение данной темы».
Канал прервал показ телепрограмм надоевшей всем рекламой.
На экране появилась довольная рожа миловидной девушки с фальшивой улыбкой и вставной челюстью такого белоснежного цвета, что негры отдыхают. Даже не смотря на контраст между чёрным и белым, у жителей Африканского континента. Пару минут она несла ересь про то, как им не хватало денег, и тут появился банк, в простонародье называемый «Обдиралово». Девушка, с явным приступом безумия, верещащим голосом заорала: «Нам в банке дали столько, сколько захотели!»