Чтение онлайн

— Севастьянов там?

— А думаешь, почему он не выпускает меня из морга? Почему разрешил тебе позвонить? Это форма воздействия такая. Ха-ха-ха!

— Ха-ха-ха!

— Ты в порядке?

— Зачем ты мне рассказала про ее звонок? Зачем? Я стала ревновать, ревновать безумно. Я не думала, что у них все так серьезно. Пишите, пишите, капитан. Возможно, у меня не будет сил все это повторить…Ему что, правда, нравятся блондинки или ты это сказала мне назло?

— Марк… Извини, Ника, но я не думаю, что он когда-нибудь

тебя любил.

— Это неправда! Неправда! Зачем он тогда был со мной?

— Затем, что он человек слабый и нуждается в ведущем. И, сказать по правде, он не очень-то умный, наш Марк. Ведь это ты, Ника, все придумала, а без тебя… Ему бы никогда не додуматься до такого чудовищного плана убийства.

— У меня всегда было в порядке с логикой.

— Я помню твои успехи в математике.

— Где я ошиблась? Рина, где я ошиблась? Где?! Ты ведь уже давно должна была умереть!

— Потому что ты мне все время подсказывала, что надо делать. С первой же минуты: «Не вздумай, Рина, не кончай жизнь самоубийством…» Самоубийством, самоубийством… Это слово должно было прочно засесть у меня в мозгу. Ты даже о способе позаботилась: достала мне рецепт на сильнейшее снотворное. И в тот же день сказала, какая доза лекарства смертельная. «Не вздумай, Рина, пить больше двух таблеток сразу!»

— В конце концов, меня бы устроило, если бы ты просто сошла с ума. Пишите, капитан, пишите. Я прекрасно помнила этот твой приступ. Из-за того, что кто-то ошибся номером и назвал тебя дочкой. Я консультировалась у невропатолога, я долго изучала литературу по психиатрии. Все, что касалось фобий. Все было так просто! Человек, боящийся телефона и измученный постоянными звонками, обречен либо на самоубийство, либо на безумие.

— Оказывается, вы с Марком плохо меня знали. Я и сама себя не знала.

— Почему? Почему ты осталась жива?

— Не знаю.

— Ну вот и все. В чем еще признаться? Да, это я взяла у Марка пистолет. Тогда, после похорон твоего дяди, он положил «Вальтер» себе в карман. На всякий случай. Может, это он меня хотел потом убить? Ха-ха! А я устроила ему безумную сцену ревности после нашего с тобой разговора об Алле, а потом забрала пистолет. И знаешь, что самое смешное? Он мне его отдал. Вот так просто: взял и отдал. Не думаю, что он не знал, на что я способна. Он просто трус, наш Марк. Трус.

— Ника, я только не понимаю: зачем такие сложности? Неужели же нельзя было просто меня застрелить?

— Видишь ли, Марк случайно узнал, что, если ты умрешь, не оставив прямых наследников, акции фабрики переходят к Цимлянскому. А это целое состояние. Представляешь теперь, что было бы, если б тебя убили? Он вцепился бы в Марка, как бульдог. С его связями, с его хваткой… А Марк… Он очень слабый, Рина. Он бы просто сел в тюрьму за твое убийство. Надо было, чтобы ты все сделала сама, а он в это время был

бы далеко.

— Кто эти люди, что мне звонили?

— Случайные люди. Думаешь, если человеку дать сто рублей и попросить набрать телефонный номер, а потом немного помолчать в трубку или сказать пару ничего не значащих фраз, он откажется?

— А мама? Моя мама? Кто придумал с матерью?

— Это была жена твоего отца.

— Наталья? Я так и думала! Что же ты ей пообещала?

— Денег. Она тебя ненавидит, Рина.

— А ты?

— Я?

— Ты меня ненавидишь?

— …

— Ника?

— Нет. Теперь нет.

— А ведь ты и сейчас моя единственная подруга.

— Мне жаль.

— Я буду ждать тебя, Ника.

— Ты с ума сошла!

— Нисколько.

— Ты… как с Аллой, да?

— Если бы я знала, что ты и Марк…

— С каким наслаждением я в нее выстрелила! Ведь я с самого первого момента чувствовала, что у них все будет по-настоящему! Не так, как я планировала, а по-настоящему! С того самого первого момента, когда увидела ее в больнице и решила использовать, знала это. Она была слишком уж красивой. Но любовница Марка должна быть особенной. Иначе никто бы не поверил. И ты бы не поверила… Да-да… Заканчиваю.

— Ника?

— Все, у меня больше времени нет.

— По-моему, это ты ненормальная. Весь этот план… Это может быть только плодом больного воображения. На тебя все прочитанные пособия по психиатрии странно повлияли. Ты не просто хотела меня убить — ты хотела меня мучить. Ты видела мои страдания и наслаждалась. Ты больна…

— Замолчи!

— Мне тебя жаль, Ника.

— Замолчи!

— Я приду к тебе!

— Куда?

— В тюрьму.

— Нет.

— Ника!

— Не стоит.

— Что тебе принести? Сигареты? Кофе?

— Ни к чему.

— Что можно? Ты спроси у Севастьянова. Я сама спрошу.

— Не надо.

— У меня никого нет, кроме тебя, Ника. Это он во всем виноват.

— …?

— Марк. Это все он.

— Ха-ха-ха!

— Почему ты смеешься?

— Ты все-таки сошла с ума! Прощай, Рина!

— Ника?

— Все. Целую. Пока.

— Пока.

Длинные гудки.

— Капитан Севастьянов.

— Александр Александрович?

— Марина Сергеевна?

— Где Ника?

— В следственном изоляторе. Спасибо, Марина Сергеевна, вы нам очень помогли.

— Помогла? Я?

— Трудно было бы получить у нее признание, если б не ваш разговор с ней. Вы все поняли?

— Что все?

— Как это было?

— Не знаю. Не до конца поняла. Меньше всего мне хотелось это понять, и… Я думала о другом.

— Признаться, я с таким еще не сталкивался. Эта ваша Ника… Они не могли вас просто убить…