Чтение онлайн

— Благодарю за эту прекрасную мысль, вождь, у вас благородное, великодушное сердце, оно умеет сочувствовать горестям отца. Благодарю еще раз.

Индеец отвернулся, чтобы скрыть явно овладевшее им волнение, что, по его понятию, считалось недостойным вождя.

— В самом деле, — проговорил Верный Прицел, — то, что предлагает вождь, поможет нам выиграть золотое время. Я нахожу его мысль превосходной!

— Братья мои одобряют мое намерение? Нравится оно им?

— Да-да, вождь, — сказал старый охотник, — твоя жена ловка, я уверен, что поручение ей удастся, позови

же ее поскорее.

Летучий Орел жестом подозвал Дикую Розу и объяснил ей на своем языке, что она должна сделать. Поняв, чего от нее ожидают, она с улыбкой повернулась к дону Мариано и Верному Прицелу и приятным голосом проговорила:

— Дикая Роза все узнает.

Эти добрые, ласковые слова наполнили радостью и надеждой сердце бедного отца.

— Да вознаградит тебя Ваконда за твою доброту, — сказал он ей.

Поклонившись всем присутствующим, Дикая Роза быстро удалилась легкой, грациозной поступью, провожаемая долгим взглядом Летучего Орла.

Так как преследователям теперь не было нужды спешить, то они, переждав жгучую жару, пустились в дорогу, когда солнце стало закатываться. Шли они очень долго; непроницаемая чаща преграждала им путь, поэтому нередко приходилось пробивать дорогу топором.

Наконец после очень утомительной четырехдневной ходьбы они заметили, что деревья стали редеть, и между ними увидели открытый чистый горизонт.

К вечеру пятого дня, в ту минуту, когда они готовились расположиться лагерем на ночь на обширной луговине, неподалеку от ручья, Верный Прицел, шедший во главе преследователей, вдруг остановился и наклонился к земле, выражая величайшее удивление.

— Что там такое? — спросил его дон Мариано. Верный Прицел не ответил ему; повернувшись к индейскому вождю, он проговорил с заметным беспокойством:

— Поглядите сами, вождь, мне кажется это непонятным.

Летучий Орел припал к земле и в свою очередь внимательно всмотрелся в следы, сильно обеспокоившие старого охотника.

— Недавно здесь проехал отряд всадников, — сказал наконец вождь, поднимаясь с земли.

— Я вижу это, — нетерпеливо ответил охотник, — но какие это всадники? Откуда они? Вот что хотел бы я знать.

— Здесь проехали бледнолицые, — сказал индеец.

— Как! Бледнолицые?! — воскликнул Верный Прицел с плохо скрываемым волнением. — Но это невозможно! Вспомните, где мы находимся; ни один белый никогда не смел проникнуть в эти края.

— Это бледнолицые, — повторил индеец. — Видишь, один из них останавливался здесь, сходил с коня; вот его следы — он наступил на этот пучок травы, гвоздь его сапога провел темную царапину на этом камне.

— Правда, — прошептал Верный Прицел, — индейские мокасины не оставляют таких следов… Кто же они? Как проникли сюда? Куда направляются?..

Между тем Летучий Орел отошел на несколько шагов, внимательно всматриваясь в явные, свежие следы.

— Ну что, вождь, — спросил охотник, — нашли ли вы какое-нибудь разъяснение этому факту?

— О-о-а! — ответил индеец. — Следы самые свежие, всадники недалеко! Летучий Орел попробует удовлетворить любопытство моего брата. Пусть бледнолицые

дождутся здесь моего возвращения — вождь пойдет по следу и скоро скажет брату, враги ли это прошли или друзья.

— И я пойду с вами, вождь, — живо возразил Верный Прицел, — несправедливо подвергать вас опасности ради нашей пользы и не быть при этом вместе с вами, — а вдруг вам понадобится помощь друзей?

— Не надо, — возразил индеец, — брат мой должен остаться здесь, вождь справится один.

Охотник знал, что если индеец решился на что-то, то уж своего решения не изменит.

— Хорошо, — сказал он, — отправляйтесь, вождь, и действуйте по своему усмотрению; я знаю, что все, сделанное вами, будет благоразумно.

Команч вскинул ружье на плечо, лег на землю, пополз, как змея, и исчез в кустарнике.

— А мы что будем делать? — спросил дон Мариано.

— Дождемся возвращения вождя, — ответил Верный Прицел, — а пока что займемся приготовлением ужина, в котором вы, как и я, без сомнения, чувствуете потребность.

Преследователи расположились, как могли, и стали готовится к ужину.

Между тем отсутствие индейца было гораздо продолжительнее, нежели он предполагал; уже наступила глубокая ночь, а он все еще не появлялся.

Как мы уже сказали в предыдущей главе, Летучий Орел устремился по следам, замеченным Верным Прицелом.

В продолжение часа он неутомимо полз в густой траве. Добравшись до того места, где перекрещивалось несколько тропинок, проложенных хищными зверями, вождь остановился на минуту, поднялся на ноги, огляделся, взял в руки свое ружье, осмотрел курок и, наклонясь настолько, чтобы не выдаваться из травы, мерным шагом направился к густому кустарнику, осторожно раздвинул ветви и скрылся в нем.

Очутившись в чаще растений, команч встал на колени и начал осторожно всматриваться вдаль сквозь густую зелень. Вдруг Летучий Орел быстро поднялся, вскинул ружье на плечо и смело вышел из кустов с улыбкой на губах.

Посреди обширной поляны, освещенной тремя или четырьмя яркими кострами, живописными группами расположилось около двадцати человек, весело готовящих ужин; их лошади, со спутанными ногами, жевали молодые побеги ближайшего кустарника.

Летучий Орел с первого взгляда узнал этих всадников: это были дон Лео де Торрес, Вольная Пуля и мексиканцы, отряженные для преследования дона Эстебана. Индеец подошел к костру, у которого сидели дон Лео и охотники.

— Да хранит Ваконда моих братьев! — сказал он в виде приветствия. — Друг посетил их.

— Добро пожаловать, — любезно ответил дон Лео, протягивая ему руку.

— Да, — добавил Вольная Пуля, — тысячу раз добро пожаловать!

Надо сказать, что присутствие индейца немало удивило всех присутствующих.

Вождь поклонился и уселся между обоими бледнолицыми.

— Каким образом вы явились в наш лагерь? — спросил Вольная Пуля.

— Вы не догадываетесь, каким?

— Нет, мы и не подозревали, что вы находитесь на таком близком расстоянии от нас.