Чтение онлайн

– Миссис Армистова, примите мои глубочайшие соболезнования. Макс был прекрасным специалистом. Нам всем будет его не хватать, – фраза была заготовлена заранее. Но Тина все равно приняла ее с благодарностью.

– Спасибо, мистер Тризби. Я ценю ваше участие. У меня есть к вам вопросы.

– Я слушаю вас, миссис Армистова. Постараюсь помочь всем, что в моих силах.

– Найдено ли тело? Почему вы уверены, что мой муж погиб? Я хочу понимать, почему страховая занимается подготовкой выплаты компенсации, если никто не видел тела?

– Миссис, Армистова, – Тризби выдержал паузу, – возможности

выживания вашего мужа исключены. При выполнении стандартного осмотра одна из спасательных капсул была непроизвольно отстрелена вместе с ним внутри. Через восемь часов после отсоединения капсулы она внезапно исчезла с радаров. Это может означать только одно: внезапная разгерметизация и взрыв. Простите меня, миссис Армистова, я должен был сказать вам правду.

Последняя ее надежда улетучилась. Хотя она не сильно на это рассчитывала, но надеялась услышать, что есть вероятность приземления на Землю. Безысходность нахлынула на нее волной.

– Как могло произойти, что инженер по безопасности оказался в этой капсуле? Он же не кто-нибудь, а инженер по безопасности. Майкрофт, простите, что называю вас так, – Тина вытерла слезы, которые снова потекли ручьем, – кто-кто, но он же должен был знать?

После этого неформального обращения Тризби вдруг поменялся в лице. Он чуть подался вперед со своего стула и стал говорить совсем другим, участливым тоном.

– Миссис, я понимаю ваше горе и сочувствую. Максим был хорошим парнем. Но что я могу вам сказать сейчас. Это космос, а космос связан с риском. Иногда даже инженеры по безопасности погибают. Мне действительно очень жаль.

– Вы сказали, что Макс пробыл в капсуле восемь часов, почему никто не спас его? – Тина говорила это уже сквозь слезы.

– На транспортном корабле отсутствуют мобильные управляемые средства. Возможности основного корабля не позволяют ему догнать капсулу. На это понадобилось бы двадцать пять часов, а к тому времени воздух в капсуле давно бы закончился. Вы понимаете, что я говорю.

Тина кивнула.

– Мы сразу оповестили центр управления полетами. Они выслали спасательную команду с орбитальной станции. Но еще до того, как спасатели смогли догнать капсулу, она исчезла.

– Вы говорили, она взорвалась, – этот вопрос был задан автоматически. Тина уже толком не слушала Тризби. Все было и так ясно.

– Это наиболее вероятная причина исчезновения капсулы с радаров. И поверьте, к сожалению, так оно и есть. Тело не обнаружили, но при взрыве капсулы от нее вообще мало что остается.

 Тризби закончил и молча смотрел, ожидая других вопросов. Тина поняла, что пора уходить.

– Спасибо, мистер Тризби, я надеялась, но... – слова ее прервались, она больше не смогла говорить.

– Миссис Армистова, будет проведено тщательное расследование. Мы сообщим вам о его результатах, как только что-то станет известным.

Тина встала, попрощалась. Тризби проводил ее до двери.

По дороге домой она зашла на сайт межконтинентальных авиалиний и заказала два билета в Москву и один обратно на тот же день.

Дома Лиза уже крепко спала. Тина заслушала подробный отчет Няни, сопровождающийся видеозаписью, и легла в постель. Ей пришлось

включить свет в спальне, потому что боялась оказаться наедине с мыслями в темноте. Полночи она смотрела в потолок и, измучившись, снова приняла успокоительное. Только после этого ей удалось заснуть. Утром следующего дня они с Тиной уже были в самолете.

Белый свет, заливавший поляну, ослеплял Макса. Свет был совершенно необычный. Такой невероятно белый, какой можно увидеть на Земле только отражающийся от снега. Но вокруг не было снега. Пришлось постоять немного, чтобы глаза привыкли к этому необычному освещению.

Первым делом Макс решил осмотреться. Перед капсулой была небольшая поляна, укрытая нежно-голубого цвета травой. Он сделал несколько шагов, и оказалось, что трава плотная и упругая, как будто идешь по ковру с длинным ворсом. Поляна обрывалась через метров десять. Он слышал журчание: там внизу, наверное, пробегал ручей. Самой воды не было видно. За обрывом начинались заросли смеси фиолетового и красного цвета. Деревья были небольшие, может быть, метров пять высотой, но с очень плотной кроной, так что дальше ничего не было видно.

Позади капсулы тоже был лес. При приземлении капсула сломила несколько деревьев, парашют теперь покрывал их, чуть колышась от ветра.

Медленно ступая, словно он был не на ровной поверхности, а на краю обрыва, Макс приблизился к ручью. Журчание воды притягивало его. Каждый шаг становился увереннее. Ничего плохого с ним не происходило, поэтому сердцебиение постепенно восстановилось.

Ручей действительно оказался ручьем с совершенно прозрачной водой, льющейся на дне русла, пробитого, как видно, за много лет. Ручей выходил из лесу, извиваясь как змея, и заходил обратно в лес с противоположной стороны. Макс подумал, что если ему придется, то он не сможет перепрыгнуть русло и нужно будет туда спускаться.

Вокруг было много звуков. Они прямо наполняли все вокруг, овладевали сознанием. Периодически раздавалось громкое раскатистое карканье: «Карррракру». Для вороны было бы громковато, если она, конечно, не размером с быка.

«Эээ-ууу-ааа-иииии», – заунывно пело какое-то чудище так, будто кто-то втягивал воздух в себя шепотом. Но шепот этот был тоже громким. Так крики многих людей превращаются в шепот на стадионе – «Эээ-ууу-ааа-иииии».

И еще масса звуков, чуждых человеческому уху. Все они складывались в симфонию буйной жизни, властвующей на этой неизвестной планете. Жизнь бурлила здесь, кипела, прямо выливалась через край.

Макс слушал эти звуки как завороженный. Они были одновременно прекрасны и устрашающи. Привычным движением он прихлопнул комара у себя на плече и продолжил слушать. Но тут до него дошло, что это не комар, а инопланетное существо, чуждая форма жизни, которая только что могла занести в его кровь целый букет ужасной заразы.

Через поляну он ринулся в капсулу. Оттуда в нос ударил резкий спертый запах. Разница с воздухом снаружи была разительная, но он преодолел отвращение и залез внутрь.