ФИОЛЕТ
Шрифт:
Но ей все равно было ужасно одиноко. Макс не был для нее просто близким человеком. Бывает, любящие друг друга люди по-настоящему срастаются душами. Это был как раз тот случай. А сейчас у нее как будто ампутировали половину души – грубо, не спросив разрешения.
Еще одно. Каждый день начинался и заканчивался Его сообщениями. Не проходило и часа, чтобы помощник не пропиликал стандартную мелодию. На следующий же день после встречи с пуерториканцами в бедном квартале она догадалась включить Его номер в черный список, но это не помогло. Да и как? Достаточно ввести в интернете «Как
Подумывала Тина и про смену номера. Но это было бы слишком круто. В ее мире номер помощника был чем-то важнее имени. На него завязывалось абсолютно все вокруг. Машины, автобусы, магазины постоянно накапливали информацию о ней. Учились быть ей угодными. Например, все магазины в округе знали, что она не любит назойливых продавцов. Службы доставки знали прекрасно, когда она бывает дома. Этот список можно было продолжать до бесконечности. В том же поисковике можно было получить не менее тысячи не менее добрых советов о том, как правильно сменить номер. Но как было очень верно подмечено в первой же странице инструкции, «Если у тебя нет достаточно веской причины делать это, лучше не стоит – слишком много геморроя!» Да начать хотя бы с того, что домашний компьютер не впустит ее в дом, если не позаботиться о перепрограммировании заранее.
В общем, учитывая все эти «против», Тина решила просто перетерпеть поток Его сообщений. Она искренне надеялась, что его энтузиазм иссякнет и этот кошмар, каждый час клюющий ее совесть, закончится. Но у него, похоже, были другие планы. Не сложно было бы догадаться, какую тактику приняла Тина, и эта игра была не так уж сложна. Он просто писал не меньше одного сообщения в час и набрался терпением.
И было еще третье. Лиза, которая души не чаяла в Максе, каждый день задавала мучительные вопросы: «Когда же вернется наш папощка? Посему он не звонит? Аньше он звонил кавдый день?» Тина сочиняла разные небылицы про папину затяжную командировку. Рассказывала Лизе о его приключениях. Показывала отосланные ею же сообщения и говорила, что услышать голос папы они никак не могут. Можно было бы уже выпустить целый сборник детских сказок о приключениях Макса Армистова.
Это ежедневное вранье ужасно угнетало Тину. Порой ей так хотелось расплакаться на глазах у дочки и поведать ей историю о том, что их папа никогда больше не вернется, что нет у него никакого тайного задания и все задания на своем веку он уже выполнил, оставив их одних одинешеньких. Один раз она даже начала говорить это, но Лиза прервала ее.
– Фто ты такое говоришь, мама? Как это папа не велнется? – она смотрела своими детскими глазенками прямо на нее. Тина увидела в этих глазах ужас. Не детский наивный испуг, а истинный ужас взрослого.
– Нет-нет, конечно же, нет Лизаня. Папочка, больше не вернется на Землю. Мы встретимся с ним уже на Марсе, – выдохнула очередную ложь Тина, но тут же увидела, что поступила правильно. Ужас ушел, и появилась обида. Лиза встала на ноги и заплакала.
– Не говоли так больше! Папочка велнеться! Када мы поедем на Малс?! Я хочу к папочке!!!
– Скоро, очень скоро, ласточка.
Тина
Сегодня ее пригласили в агентство. Расследование гибели Макса завершилось, и агентство готово было донести до нее результаты. Тина стал перед гардеробным шкафом.
– Что желаете надеть сегодня? – в последнее время шкаф стал немногословным и совсем не шутил. Нетрудно было заметить, что запас его шуток вызывал у Тины только негативную реакцию. Программа была достаточно умна, чтобы вовремя перенастроиться и не доставлять хозяйке столько неудобств.
– Нужно что-нибудь построже. Почти траурное. Думаю, темный деловой костюм подойдет.
Через секунду на зеркале возникло несколько изображений Тины в разных костюмах. Она ткнула пальцем в подходящий. Что-то внутри начало клацать и жужжать, а потом дверца открылась, показав нужный костюм на единственной висящей вешалке.
Одевшись, она посмотрела на себя в зеркало. Костюм был явно велик. А ведь еще недавно она едва влазила в брюки. Синяки под глазами, и тоска в глазах. Так давно она мечтала чуть похудеть, а сейчас результат бессонных ночей совсем ее не радовал. С лицом нужно было что-то сделать. Немного тонального крема, пудры, серые тени и тушь. Немного женского волшебства – и лицо уставшей женщины превратилось в воплощение изящной строгости.
Тина попрощалась с малышкой, настроила Няню на обычную программу и отправилась в агентство. Через полчаса ее «смарт» подкатил к парковке. Снова это уродливое здание. Оно как будто ненавидело Тину, и эта нелюбовь была взаимной. Пройдя через дверь-объектив Тина обратилась к неизменно вежливой девушкой на ресепшене.
– Добрый день. У меня назначена встреча с мистером Тризби. Предупредите его, пожалуйста, что я прибыла.
– Добрый день. Одну секундочку, – девушка сверила что-то в компьютере. – Пожалуйста, проходите. Он ожидает. Вы знаете, как пройти?
– Да, спасибо.
Тина хорошо помнила тот кабинет, в котором около трех месяцев назад Майкрофт Тризби отобрал у нее последнюю надежду увидеть Макса живым. Она могла только гадать, что ей расскажут сегодня. Чуть кивнув секретарше около кабинета Тризби, она не дожидаясь какой-либо реакции с ее стороны, открыла дверь в кабинет бывшего шефа ее мужа.
Тризби с того момента, как она видела его в последний раз, еще больше пополнел. Похоже, его не касалось стремление человечества потреблять меньше во имя спасения. Но она была равнодушна к его отношениям с экологией.
– Присаживайтесь, миссис Армистова. Нам есть о чем поговорить сегодня.
«Интересно, сколько раз он проговаривал про себя эту фразу?» – подумала Тина и молча села на стул для посетителей.
– Мы провели тщательное расследование гибели вашего мужа, – Тризби сделал многозначительную паузу, но Тина продолжала молчать. – Я должен сообщить вам следующее.
Тина продолжала молчать. Она была ужасно зла на систему, которая отобрала у нее мужа, но понимала, что Тризби здесь не при чем.