Финал
Шрифт:
Но по какой-то непонятной причине он смотрел не на красивую жгучую брюнетку с вьющимися волосами и пышной грудью, а устремил взгляд к девушке в белом платье. Ее рыжие волосы будто окрасило само солнце. Но главное не то, насколько она была хороша, а что она делала! Девушка балансировала, широко расставив руки, прогуливаясь по парапету над пропастью. Каждый ее шаг парень воспринимал с замиранием сердца, как и тот, кто шел рядом с ней, присматривая за экстремалкой.
– Где ты витаешь?
– игриво улыбалась гречанка, вырывая музыканта из размышлений.
–
– Единственное, что он смог ей ответить. Сделал глоток вина и успокоив себя мыслью, что рядом с рыжей девицей Алан, он присмотрит за ней, постарался снова переключиться на смуглую красотку. Та заинтересовалась прогуливающейся парочкой на фоне заката.
– Твои друзья?
– кивнула в их сторону она.
– Или твоя девушка и друг?
– Друзья, - тяжело вздохнул Эрик.
– Почему ты согласился встретится со мной, если все твои мысли о ней?
– красавица не обиделась. Она обладала тонким умом и с легкостью распознала ложь в ответе парня.
– Не знаю. Возможно, надоела неопределенность между нами.
– Он никогда не анализировал их отношения, но сейчас сам себя удивил. Да и тем, что заговорил о Джулии с той, которую позвал на свидание.
– Поговори с ней. И возможно, станет легче.
– Посоветовала девушка.
– Нет, - отбросил эту идею парень.
– Есть две причины. Во-первых, прошлые мои попытки перевести все на другой уровень кончились ее отказом! Во-вторых...
– кивнул на блондина Эрик.
– Чем дальше это продолжается, тем больше мне кажется, что я... В общем, я устал.
Блайд нервно рассмеялся.
– Я много болтаю. И не о том. А у нас свидание!
– Есть еще какая-то причина?
– настаивала на продолжении разговора девушка, и Эрику было приятно, что можно хоть с кем-то поделиться своим грузом переживаний.
– Видишь того блондина?
– придвинулся ближе, через стол парень, указывая взглядом в сторону гуляющей пары.
– Мы заключили нечто вроде мирного договора.
– Значит, он все же твой друг!
– Можно и так сказать. Хотя... Определение "верный враг" подходит лучше!
– усмехнулся парень.
Джули обернулась на мгновение. Заметила улыбающееся лицо музыканта, позу заинтересованности - ведь он намеренно переместился ближе к девушке - и сердце ее заболело. Мрачное, побледневшее лицо девушки насторожило Алана. Но через секунду она смогла совладать с эмоциями.
– А давай сделаем что-нибудь сумасбродное?
– подмигнула она парню.
– А залезть на парапет и танцевать было не сумасбродным поступком?
– возмутился Волкан, подумывая, как бы аккуратно стащить ее с возвышения, чтобы она не испугалась. Ведь все его мольбы не нервировать, не доводить до нервного срыва увенчались единственной фразой девушки: "Не боись, квакуха! Болото будет нашим!".
Алан, конечно, знал русский язык. Но до конца не понял, о каком болоте идет речь и с чего это вдруг его обозвали "квакухой"!
– Точно! Я станцую!
– заявила внезапно украинка и изобразила легкомысленное па, очень опасное
– Ты чокнутая!
– в очередной раз убедился граф.
– Может, стоит спуститься! Это опасно!
– Не будь занудой!
– хихикнула она, еще несколько па, как балерина на носочках. Сандалии оказались слишком скользкими для таких энергичных прогулок. Джулия едва не упала. Ее правая нога сорвалась с каменного парапета, стесывая кожу о неровности. Алан на мгновение подумал, что его сердце разорвется. Он бросился к девушке, словил ее за руку и удержал, не позволив упасть. Парень крепко и больно сжал запястье украинки.
Эрик за столиком кафе вскочил на ноги, когда увидел, как тонкая фигурка в струящемся белом платье опасно пошатнулась и присела.
– Все!
– не выдержал Алан.
– Слазь! Мы идем домой!
Он был безумно сердит! И насильно стащил украинку с возвышенности. Крепко сжал в объятиях.
– Как скажешь!
– проронила она, позволив немного собой покомандовать.
Эрику срочно требовалось выпить после такого нервного потрясения. Его свидание превратилось во встречу с психотерапевтом и закончилось достаточно быстро, потому что сидеть с девушкой и развлекаться ему казалось совершенно неуместным. Блайду хотелось прийти и устроить скандал. Выкричаться. Высказать Джулии, какая она идиотка... А потом выдохнуть, и пока она не начала возмущаться в ответ, просто обнять, признаваясь, насколько переволновался. С такими намерениями он пришел в номер отеля. Здесь было тихо. На слабой громкости работал телевизор, в свете которого на кровати лежали двое. Алан лично обработал рану на ноге девушки и сейчас прижимал к себе болезненно бледную украинку, флегматично обнимающую подушку. Увидев ее такой, Блайд передумал ссориться. Весь недавно заготовленный план рухнул.
– Что с ней?
– спросил Эрик у Алана и, не дожидаясь ответа, подошел, присел на корточки перед Джулией.
– Ты плохо себя чувствуешь? Где болит?
– Она не признается!
– злобно и устало проговорил Волкан.
У него зазвонил сотовый, и парень, рассмотрев номер, склонился к Джулии.
– Я отлучусь.
– Шепотом проговорил он.
Ее покрасневшие, испуганные глаза обратились с мольбой, показывая, насколько не хочет девушка отпускать блондина. Алан содрогнулся. Он так не любил, когда она страдала. Джулия сжала его ладонь. Но сотовый все трезвонил.
– Прости! Это отец! Я не на долго!
– пообещал граф и поцеловал украинку в лоб.
Она отпустила его руку. Алан бросил суровый взгляд на Блайда и вышел из номера за дверь. Эрик же прикоснулся к холодной щеке девушки, и из ее глаз вдруг потекли слезы.
– Что с тобой? Ответь!
– не на шутку испугался парень.
– Если бы я знал, что ты плохо себя чувствуешь, я бы никуда не пошел!
Эрик лег рядом и прижал ее к себе.
– Я больше не оставлю тебя, Джули! Обещаю!
– приговаривал Блайд, волнуясь за молчаливую девушку, внезапно выпалив чуть шепотом: - Ты моя!