Чтение онлайн

Еще раз взмахнув на прощание шляпой, Джесси удалился под гром аплодисментов. Он остановил гнедого прямо перед Мэг, его серые глаза сияли. От тела исходили возбуждение и сила. Казалось, он, словно средневековый рыцарь, ожидает знака ее благоволения.

Повинуясь внезапно проснувшемуся инстинкту, она развязала ярко-голубую ленту, служившую поясом ее сарафану, и взмахнула ею.

— Ты был великолепен! — воскликнула Мэг, хотя вряд ли он расслышал ее в этом шуме. — Не знаю, что бы случилось, не

окажись ты здесь.

Джесси привстал в стременах и взял у нее ленту. Ей показалось, что он ответил:

— Я всегда буду здесь.

Потом пришпорил коня и снова вылетел на середину арены, держа в вытянутой руке развевающуюся ленту.

Шумное одобрение толпы никак не соответствовало ее сравнительно небольшим размерам. И все это в честь Джесси! — с гордостью подумала Мэг.

На этот раз, подъехав к загону, он соскочил и бросил поводья на шею лошади. Животное тяжело дышало, раздувая бока, но белки глаз все еще безумно сверкали. В этот момент к ним подбежал краснолицый человек с усами, похожими на руль велосипеда, и схватил поводья.

Джесси, прищурившись, шагнул к нему.

— Билли Воун, если ты еще раз позволишь своему парню сесть на этого коня прежде, чем его объездят, я начищу тебе физиономию. Могли же люди погибнуть!

— Да, Джи-Джи, — понурился Билли. — Это было просто ужасно. Я продаю этого жеребца, решено. И мальчишку тоже продал бы, если б только нашелся дурак, который его купит.

Джесси тяжело вздохнул.

— Мальчишка мне не нужен, но коня беру. Приведи его завтра ко мне и захвати счет, я выпишу тебе чек.

У Билли загорелись глаза, а усы приподнялись в улыбке.

— Когда дело доходит до покупки лошадей, ты, Таггарт, всем дашь сто очков вперед! — воскликнул он, хлопнув себя по ляжке. — Это отличное животное, просто отличное. Ну, может, немножко норовистое. Но ты же местный парень, справишься! Ты не пожалеешь, Джи-Джи.

— Я уже жалею, но дело сделано.

Мужчины пожали друг другу руки. Еще раз рассыпавшись в благодарностях. Билли увел ставшего теперь послушным жеребца.

— Мэг, — Джесси повернулся и протянул ей руку.

Что-то в отношениях между ними изменилось, и она видела, что он тоже понял это. Страх сорвал защитный панцирь, обнажил истинные чувства, скрытые за искусственно возведенными заслонами. Она вложила руку в его широкую ладонь…

— Вперед, ковбой! — Между ними протиснулось огромное тело Джо Боба, а его похожие на бифштексы ладони дружески-грубовато хлопнули Джесси по плечам.

Бесцеремонно отодвинутая в сторону Мэг смотрела на него с нараставшим возмущением. Она чувствовала себя лишней и ненужной. Джесси с беспокойством глянул на нее, но Мэг лишь пожала плечами, делая вид, что это не имеет никакого значения.

Позади Джо Боба маячила Сьюзи. Когда

он отпустил Джесси, та ужом скользнула вперед и бросилась на шею героя.

— Оооооооо! Ты великолепен! Обожаю мужчин, которые умеют подчинять себе! — Она попыталась поцеловать его, но Джесси увернулся, и ее губы, скользнув мимо, оставили яркое пятно на воротнике голубой рубашки.

Сьюзи со смехом отпустила его.

— Хорошо, что твоя жена здесь, — игриво заметила она, бросая взгляд на Мэг. — Иначе пришлось бы объяснять, откуда взялась губная помада на воротнике.

Кто ей рассказал? У Мэг все сжалось внутри. Она посмотрела на Джесси. Он ответил ей таким же ошарашенным взглядом. Не был удивлен лишь Джо Боб — Мэг показалось, что она заметила его хитрую усмешку. Но он поймал ее взгляд и тут же принял самый невинный вид.

Ей захотелось спросить обо всем этом у Джесси, но пришлось стоять в очереди, поскольку его со всех сторон обступили восхищенные поклонники. Нет, она никак не могла в чем-то винить горожан, Джесси принадлежал им еще до того, как стал принадлежать ей. Донна Доббинс обняла Джесси, а маленький Шейн, запинаясь, поблагодарил его.

Наконец заиграл городской оркестр, и народ мало-помалу начал перебираться к эстраде. Неожиданно Джесси и Мэг остались одни.

Он раскрыл объятия, и Мэг, не задумываясь, шагнула к нему. Это казалось самым естественным, потому что было совершенно ясно — именно ее он хотел видеть рядом с собой. Вспыхнув, она прижалась щекой к его груди, а руки с пугающей легкостью обвились вокруг его узкой талии.

— Ты так рисковал, — шепнула она. — Нет, не тогда, когда ехал на этом сумасшедшем жеребце, а когда бросился наперерез.

— Я увидел выходящих из-за угла малышей и подумал о Рэнди, — тихо ответил он. — И увидел тебя. Эта безмозглая скотина летела прямо на тебя. Господи, Мэгги! Если бы с тобой что-нибудь случилось…

Он поцеловал ее в макушку и еще сильнее обнял, прижав к груди. Ее переполнило чувство защищенности, и она услышала собственные слова, удивившие ее саму не меньше, чем Джесси:

— Когда эта белокурая красотка, Сьюзи, попыталась тебя поцеловать и измазала помадой воротник, это… в тот раз тоже так было?

Он глубоко, со стоном вздохнул. Ему не нужно было спрашивать: когда это «в тот раз»?

— Да, — произнес он наконец, — очень похоже.

Мэг вцепилась в его рубашку.

— Так почему же ты ничего не объяснил? Ну почему, Джесси?

— Понимаешь, — он был явно расстроен, — какой смысл объяснять? Ты смотришь на доказательства, обдумываешь и делаешь вывод. Вот если бы ты нашла у меня в кармане женские трусики, это было бы совсем другое дело. Я мог бы понять, почему ты так разозлилась. Но губная помада…