Фейерверк
Шрифт:
— Смотри, — приветливо сказала она, — я нашла фамильное сокровище Таггартов!
Джесси мало рассказывал ей о своей семье, но теперь Мэг понимала, что это, скорей всего, из-за того, что она особенно и не интересовалась. Первый год супружеской жизни они были заняты исключительно друг другом; во второй год все их интересы сосредоточились на ребенке.
Весь третий год они выясняли отношения, которые так и не выяснили. А после этого пять лет жили врозь.
Конечно, она знала, что Таггарты
Джесси с улыбкой оглядел найденные ею сокровища, наклонился и поднял фотографию.
— Это бабушка Тома Ти, Диана, — сказал он, подтверждая то, что Мэг смогла прочесть на обороте снимка. — Она вышла замуж за Джеймса Таггарта, отсюда мое второе имя. Ее семья перебралась на Юг после войны.
— После гражданской войны.
Он ухмыльнулся.
— Войны за права Юга, против агрессии северян.
— А, я поняла, ты имеешь в виду бунт южан, — радостно закивала она.
В ответ он лишь скептически поднял брови, потом опустился на пол рядом с ней.
— Где ты отыскала чемодан? — спросил Джесси, поглаживая старую, облупившуюся кожу.
— На полу в кладовке. Ничего, что я в нем роюсь?
— Ну конечно! Мы же здесь все Таггарты.
Во всяком случае — пока. Мэг взяла в руки следующую фотографию, изображавшую серьезную молодую женщину. Она была одета в простое темное платье с великолепной брошью-камеей, и даже спустя многие десятилетия на снимке было видно, что глаза ее светятся необыкновенной волей и умом.
— А это моя двоюродная прабабушка, Роза, — пояснил Джесси. — Ее имя связывают с тем знаменитым воякой, который похоронен на маленьком кладбище в Шоудауне. Тогда это был тихий городок Джонс, штат Техас, пока его не оживили прабабушка Роза и ее поклонники. Об этом есть целая легенда.
Гладя на женщину с фотографии, вполне можно было поверить, что она способна встряхнуть целый город. Во взгляде, которым она, чуть улыбаясь полными губами, смотрела в объектив, не было ни робости, ни застенчивости.
— Что же с ней случилось? — поинтересовалась Мэг, довольная, что женщины из рода Таггарт могут быть такими же буйными и непокорными, как и мужчины.
— Точно никто не знает, — серьезно ответил Джесси. Ему, похоже, нравился ее интерес. — Говорят, после большой стрельбы она отдала свое сердце победителю, которым оказался шериф. Жители Джонса тут же изменили название городка на Шоудаун, чтобы увековечить память о самом интересном из всех происходивших здесь событий.
Улыбнувшись, Мэг положила фотографию
— А твоя прапрабабушка Диана? Что стало с ней?
— Она прожила счастливую жизнь, — ответил Джесси. Его голос звучал почти нежно, словно разговор о предках доставлял ему большое удовольствие. — Она любила своего мужа, и они прожили вместе почти пятьдесят лет. У нее было трое сыновей, и один, по имени Бун, стал отцом Тома Ти и моим прадедушкой.
Джесси поднял несколько пачек старых писем, перевязанных выцветшими голубыми ленточками.
— Можешь прочитать их, если хочешь.
— Потом, — с трудом выдавила Мэг. Пятьдесят лет! Наверное, прапрадедушка Джеймс был необыкновенным мужчиной, не то что его независимый и упрямый потомок.
А потомок тем временем вытащил большой конверт, который она спрятала на самое дно чемодана.
— Что это?
— Ничего, — поспешно ответила она, пытаясь забрать конверт.
Он отвел ее руку в сторону.
— Если ничего, то почему я не могу посмотреть?
— Потому что… — Прикусив губу, она наблюдала, как он открыл конверт и вытряхнул на пол содержимое. — Я же тебя предупреждала, — угрюмо сказала Мэг.
Джесси смотрел на россыпь фотографий, сделанных в те счастливые дни: вот Мэг стоит рядом с Джесси на горной лыжне, вот Джесси учит Мэг седлать лошадь, а вот крошечный плачущий Рэнди в тот день, когда его принесли из больницы.
— Ты их смотрела? — пристально глядя на нее, спросил Джесси.
— Нет. То есть я посмотрела, что это такое, и отложила в сторону.
— Почему? Неужели у тебя такие тяжелые воспоминания?
Нет, не тяжелые, просто слишком болезненные. И не надо напоминать мне о том времени, когда я наивно верила, что тебе нужна жена, нужна семья. Зачем жалеть о том, чего не может быть?
Она уже была готова сказать все это вслух, но резко обернулась и оказалась лицом к лицу с Джесси. Совсем рядом! Едва Мэг взглянула на него, как почувствовала, что ее захватывает вихрь эмоций.
Точно так же они встретились впервые: словно искали друг друга всю жизнь. Это была любовь с первого взгляда. Брат Джесси, Бун, тоже был в тот день с ними, но Мэг его почти не заметила.
Но тогда они были молодые, глупые, а теперь стали совсем другими, по крайней мере она. Она не подпадет снова под обаяние его гладкой загорелой кожи, пышных темных волос, сильного чувственного рта и ресниц — таких длинных, что, когда он закрывал глаза, на щеки падала тень…
Губы Джесси растянулись в улыбке.
— Наверно, твои воспоминания хуже моих. — Он повернулся и сунул снимки обратно в конверт. — Что ты еще нашла?
— Ничего, — ответила она. — Больше ничего.