Фея Темной
Шрифт:
Вскочив на ноги, девушка стала запихивать свои вещи обратно в сумку. А в голове билось, вместе с пульсом одно лишь слово. Дура! Дура! Дура! Доверилась, поверила, полюбила, снова сама шагнула в ловушку. И сердце её дурное. Потому и болит сейчас так, что дышать больно. Скинула мягкие домашние туфли, которые он ей принёс и натянула свои сапоги. Одела дублет, дрожащие пальцы едва справились с пуговицами, и развернулась к двери, чтобы бежать из этой клетки, в которую сама добровольно пришла. И замерла, леденея в душе от животного страха.
В дверях, опустив сжатые
— Куда ты собралась, Мелора?
Она хватанула ртом воздух, чуть не поперхнувшись, впилась широко распахнутыми глазами в искажённое гневом лицо, и внезапно почувствовала, как от боли скручивает всё внутри, как сжимается мучительно сердце, громыхая, как сумасшедшее, как захлёбывается разум в беспросветном отчаянии и страхе потери. Всхлипнула, зажимая кулаком мучительный стон, не веря, не понимая, больше не боясь, едва выдерживая сокрушительную волну его эмоций.
— Почему, Стэфан? — едва выдавила из себя хриплое карканье, сама не зная, что имеет ввиду — его гнев и боль, или то что сделал всё, чтобы она не смогла уйти. Или, может, что в его душе читала сейчас то, чего так и не услышала за эти три дня, показавшиеся ей вечностью.
Белые брови сдвинулись, губы, подарившие ей так много наслаждения, скривились в горькой усмешке и он снова замкнулся, подняв слетевшие на краткое время ментальные щиты.
— Ответь сначала ты. Куда так спешишь, даже не попрощавшись?
— Что-то случилось с моей сестрой. — юлить и обманывать теперь ей даже в голову не пришло. — Я не чувствую её совсем, словно Фэй… нет. А так не может быть. Я должна вернуться домой, чтобы разобраться. Отдай мне, пожалуйста, мои амулеты.
Стэфан закрыл глаза, запустил пятерню в склокоченные белоснежные волосы, в которые она сама так любила погружаться пальцами. И оборвал её сердце одной фразой.
— Я не могу тебя отпустить.
Отшатнулась, тряся головой. По щекам побежали колючие слёзы. А он стремительно преодолел пропасть в несколько шагов между ними и сгрёб её закаменевшее тело в объятия. Зарылся лицом в её волосы и зашептал горячно.
— Я не могу тебя отпустить прямо сейчас. Потому что почти нашел решение твоей проблемы. Я могу исцелить тебя, девочка.
— Что? — она недоверчиво упёрлась ладонями ему в грудь, пытаясь отстраниться.
— Я говорю, что могу исцелить тебя, Мел. Мне еще понадобится время, чтобы довести формулу ритуала до ума, но я теперь уверен в результате.
На миг у девушки мелькнула мысль, что он таким образом пытается её задержать, но это было бы уж слишком. Слишком жестоко ставить её перед таким выбором и врать. Осторожно подбирая слова, она попыталась сформулировать то, что грызло её сейчас изнутри.
— Стэфан, я никогда не прощу себе, если останусь тут ради себя, когда там, возможно, погибает моя сестра. Пойми меня, пожалуйста. Отпусти.
— Отпущу. Завтра утром лично доставлю тебя, куда скажешь, а сам продолжу работать над ритуалом. Сегодня мне нужно от тебя ещё кое-что. Это
— Но как же?.. — девушка закусила губу, разрываясь между стремлением немедленно ринуться на помощь сестре и желанием остаться с любимым ещё хоть на немножко и, возможно, исцелиться.
Но ей не дали выбора. В голосе мужчины, столь властном и нежном одновременно, звучали стальные нотки, ослушаться которых она вновь не смогла.
— Девочка моя, прости. Даже если ты меня возненавидишь, я всё равно не изменю этого решения. Завтра ты будешь… свободна. Сегодня ты моя. И нам как раз предстоит очень важное дело. — Стэфан отстранился и, крепко перехватив её руку, открыл портал.
— Куда мы идём?
— Сейчас увидишь.
Шаг и они очутились в огромном величественном колонном зале. Мелора оглянулась и даже рот открыла от шока. Прямо в центре этого зала, перед ними стояли четыре мраморные статуи. Посередине, держась за руки, супруги Сумеречный Хаос и Вечная Странница, а по бокам друг напротив друга извечные противники и союзники, две грани одного целого, близнецы Тёмная Обитель и Светлый Созидатель. В этом Храме она никогда раньше не была. Богов этого мира никогда такими живыми не видела.
— Что мы здесь делаем? — шёпотом спросила девушка, и даже этот звук в звенящей тишине прозвучал оглушительно громко.
— Пойдём, Мел. Сейчас всё узнаешь. — и мужчина повёл её к алтарю, на котором стояла большая чаша.
— А почему тут больше никого нет? Где жрецы?
— Я не позволю войти им в этот зал, пока мы тут. Нам они не нужны. Боги выслушают и так. — он замер по центру, продолжая крепко сжимать её руку. Вскинул голову и посмотрел в лицо каждой статуе. И было в этом взгляде столько вызова, что Мел с опаской тоже посмотрела на богов. А вдруг оживут и испепелят нахала? А дальше прозвучало то, что она совершенно не ожидала услышать.
— Перед ликом вашим, боги этого мира, я Стэфан Ассавирг Тибус беру эту женщину в жены, как свою Единственную, свою Пару, как ту, что научила меня жить. И клянусь, что буду любить её до скончания своих дней, защищать её ценой своей жизни, и отдам всё, что имею, чтоб она была счастлива. Примите мои клятвы, Хаос, Судьба, Жизнь и Смерть. — отпустив её руку, вскинул свою над чашей и полоснул по ладони, неизвестно откуда взявшимся ножом. Густые капли потекли в золотую ёмкость.
А мужчина обернулся к ней и, смотря прямо в глаза, произнёс.
— Теперь твоя очередь дать брачные обеты, любовь моя.
О боги. У Мелоры шумело в ушах, сердце грохотало, как безумное, заглушая не то что его слова, а даже собственные мысли.
— Ну же, крошка. Неужели ты оставишь меня привязанным к тебе без взаимности? Мои обеты приняты. Связь между нами должна быть обоюдной. Только так я смогу сделать всё, чтобы исцелить свою Пару.
— Я… Пара? — хрипнула она. — Ты оборотень?
— Наполовину. У меня нет второй ипостаси. И ты моя Пара, Мелора. — Стэфан сжал её лицо в ладонях и настойчиво произнёс. — Пожалуйста, девочка, будь моей женой. Я люблю тебя.