Фея Темной
Шрифт:
Искалеченная старшая из дочерей Сэйрано осталась жить с родитеми здесь, в удалённом родовом поместье, а младшей пришлось уехать, потому что никто из родных не мог совладать с её пробудившейся силой. Даже тётка Мэрала, потомственная сильная некромантка разводила руками. Странная шутка судьбы. Потом уже в храме Тёмной Богини отец рассказал ей, кем является её мать, чья кровь течёт в её жилах. Подумать только, данна Нианон Сэйрано, на самом деле оказалась родной сестрой Фелисианны, покойной королевы Вестории. А Весторией уже много поколений правили потомки короля Стэфара, сына прекрасной аристократки Арасии Вэстори
Сейчас уже Фэй их понимала. Пыталась и тогда. Но всё равно была испуганной маленькой девочкой, которую оторвали от семьи и привезли в мрачное, пугающее место, сообщив, что теперь она будет жить и учится здесь. А потом станет жрицей Тёмной.
По правде сказать, она до последнего думала, что богиня её не примет. Но Смерти не было дела до того, чьи потомки ей служили. Милостивая и беспощадная она принимала всех, кто был достоин, как не делала различий между теми, кого осеняла своей благодатью.
Отец вернулся, когда Феисия уже спустилась вниз и слушала рассказ мамы о кузине Марджорис. Бывшая принцесса, ставшая женой дана Лэардо, вместе с женой своих пасынков посвятила себя детям сиротам и многочисленным школам для них. Судьба Риссы ей, конечно, не была безразлична, но гораздо больше Фэй хотела знать, куда делась Мелора. Но мама упрямо избегала этой темы, а она пока позволяла ей это.
— Девочка моя! Наконец-то ты дома! — Кираш Сэйрано, огромный грозный оборотень медведь, смотрел на неё со щемящей нежностью и любовью, когда сгребал в крепкие объятия.
— Не уверенна, что надолго, но да, я дома. Здравствуй, папа. — Она с наслаждением прижалась к нему, чувствуя себя снова маленькой рядом с ним.
— Почему не уверенна? — её отстранили и пристально рассмотрели.
— Я прошла посвящение, отец. И теперь себе не очень принадлежу. Если Тёмная позовёт, мой долг выполнять её волю.
Родители, как она и ожидала, новости не обрадовались.
— Всё-таки прошла. Зачем Фэй? Ты ведь обуздала силу. Ты могла остаться простой жрицей и уйти, когда тебе заблагорассудится. Создать семью. — отец явно готов был взорваться возмущением, но пока что сдерживался.
— Это моё решение. А семья? Покажи мне того, кто не испугается моей силы и я подумаю. — усмехнулась Феисия, видя как вспыхивают раздражением такие же карие, как у неё глаза.
— Думаешь, не найдётся такой?
— Пока не встречала. — съязвила девушка и почему-то вспомнила пылающие белым пламенем глаза ослепительно красивого рыжего мужчины, который спокойно смог преодолеть кокон из сорвавшейся с цепи магии смерти. Тогда его руки, обхватившие её лицо, смогли вырвать её из власти страха и погрузить в сон, спасая этим от выгорания.
Но это видение из прошлого больше не вызывало в ней того трепета, что раньше. Так что, девушка выбросила его головы и спросила наконец то, что действительно хотела услышать.
— Может теперь мне кто-то ответит, куда подевалась
Родители переглянулись, а потом мама встала, подошла к секретеру и взяла в одном из ящичков какой-то конверт. Погладила его кончиками пальцев, и Фэй не сомневалась, что она сейчас читает энергетику этой вещи, тонкий эмоциональный след, который оставил тот, кто написал это письмо. И ещё девушка знала, что мама не сильна в чтении вещей. Это очень хорошо умела делать Рисса, немного могли они с Мелой, но не мама. А значит, письмо написал кто-то близкий, родной.
— Возьми, Фэй. — сине-зелёные глаза матери посмотрели на неё с грустью.
Девушка осторожно приняла конверт, прислушиваясь к ощущениям. Писала сестра. От бумаги веяло грустью и болью, застарелой, злой, безнадёжной. И прощанием. Боясь подтвердить свои опасения, Феисия достала сложенный вдвое лист. В душе она трепетала, но руки её были тверды и уверены.
“ Дорогие мои мама и папа, дорогая Фей, я прошу у вас прощения за то беспокойство, что причиню вам своим поступком. Я знаю, как вы волнуетесь за меня, как стараетесь укрыть от мира, защитить, вернуть мне силу духа, как оберегаете от волнений и не напоминаете о моей ошибке, моей потере, моей неполноценности. И я безумно устала от этого. Я — калека, и навсегда таковой останусь, как бы вы не убеждали меня и себя в обратном. И возможно мне нужно выбраться из кокона вашей опеки. Чтобы наконец-то смириться с этим, принять себя таковой и научится жить. Без напоминаний о прошлом. Я прошу вас, не ищите меня. Я хочу найти свой путь.
С любовью, ваша Мелора. “
— Когда она ушла? — Феисия ещё раз пробежала глазами ровные строчки, чувствуя облегчение. Сестра всего лишь сбежала из дому. Если бы речь шла не о Мелоре, она бы пожелала ей удачи в поисках себя и своего пути.
— Месяц назад. — кратко сообщил отец.
— И ты не искал её? Не верю. — девушка пристально уставилась в его глаза.
— Не надо на меня своей тьмой полыхать, дочь. — Кираш Сэйрано и не подумал отвести взгляд. — Конечно, я искал её. Но Мела хорошо подготовилась. Да и силой её боги, не обидели. Скрыться у неё получилось.
— И что? Это всё? Мы это так оставим? — Фэй не могла смирится с мыслью о сестре, слишком беззащитной, слишком ранимой, слишком сломанной, которая легко может попасть в беду.
— У тебя есть предложения?
— Я могу найти её? Кровную связь никто не отменял!
— Она не захочет вернуться. — устало возразила мать. — Мела давно вынашивала эту мысль. Я чувствовала её решимость и тоску. Ей здесь было плохо. Возможно, мы действительно слишком опекали и теперь должны отпустить её?
— Вот найду, убежусь, что ей ничего не угрожает, и отпущу. — припечатала Феисия, вкладывая письмо обратно в конверт.
То, что мама не одобряет её решения, она прекрасно видела и чувствовала, но по-другому поступить не могла и менять его не собиралась. Впрочем никто с ней и не спорил. И если мама не делала этого, ибо не видела в этом смысла, ощущая её решимость, то отец — потому, что поддерживал.
— Тебе нужна помощь? — единственное, что спросил Кираш Сэйрано у своей младшей дочери.
— Может всё-таки со мной поедете? Вы в этом деле невероятно везучие. — переспросил Шэн, заглядывая одним глазом в горлышко бутылки.