Чтение онлайн

Его язык снова вырывается наружу, проходясь по одному твердому соску, а затем по другому, заставляя меня вскрикнуть. Я не продержусь долго с этим парнем. Ни одна человеческая женщина не смогла бы. Мои чувства подвергаются атаке на всех уровнях. Я возбуждаюсь от вещей, о которых даже не знала, что они могут быть возбуждающими. Липкий мускус и запахи, и тяжелая влажность между моих бедер. Это спаривание совсем не такое, как в другие разы.

Абраксас снова кусает меня за плечо, руки сжимают мои бедра, удерживая меня на месте. Он втирает свое тело в мое, пока мое зрение не начинает мерцать по краям, звук не

отключается, и я не оказываюсь в ловушке этого момента чистой неподвижности и безмятежности. Он мой, не так ли? Насколько он хочет, чтобы я была его, настолько же он и мой.

— Ты мой, — шепчу я, и это самая странная, самая чудесная вещь.

Он смеется над этим, звук вибрирует во всем моем теле изнутри наружу. Это английское слово он знает. Ожидаемо.

— Да.

Вот оно, ответ на моем родном языке. Словесное подтверждение, которое мне не нужно, потому что я это чувствую. Может, есть какой-то способ договориться о полурегулярных поездках обратно на Землю? Другие инопланетяне — как тот Клыкастый — делают это достаточно часто, чтобы выучить английский. Почему я не могу ездить домой навещать семью, а потом возвращаться сюда с припасами?

Это вариант. Это правда. Это идея, о которой я не думала до сих пор, и я внезапно в ужасе от того, что она может не сработать.

Оргазм, который начинался во мне, достигает пика и обрушивается, и я падаю в него глубже, выкрикивая и плавясь под ним. Его член — тот, что не внутри меня — напрягается, а затем взрывается, разливая жидкость по моей груди, животу и даже лицу. Другой продолжает двигаться, твердый и горячий внутри меня. Абраксас стонет, даже с зубами, все еще сомкнутыми на моем плече, его веки трепещут, его узоры вспыхивают фиолетовым.

Когда он кончает в меня, я чувствую сжатие, утолщение у основания его ствола, соединяющее нас, запирающее нас вместе. Его мошонка твердо прижата ко мне, пульсируя в такт толчкам его члена. Это очень активная передача его семени в мое тело, сильные сокращения его яичек и члена одновременно. Он отпускает мое плечо и расслабляет свою массивную тушу вокруг меня так, как ему нравится, уютно устраивая нас в мехах.

Я не могу дышать, но мне все равно. Я потерялась и смотрю в потолок. В благоговении.

Вот почему я знала, что мне не стоит связываться с этим глупым инопланетянином.

Он ничего не говорит, и я тоже; мы все равно не можем понять друг друга вот так.

В комнате тихо, ночные звуки доносятся снаружи. Инопланетные птицы, инопланетные летучие мыши и инопланетные инопланетяне (некоторое дерьмо слишком странное, чтобы его даже осознать) чирикают, каркают, кричат и хихикают.

В этот раз соединение длится гораздо дольше, и мне даже все равно. Мне нравится, как он фыркает мне в волосы, вылизывает мое лицо, живот и грудь, касается, держит и прижимается ко мне. Я цепляюсь за него, тяжело дыша в этот момент. Когда он смотрит на меня, это почти чересчур. Я переполнена эмоциями, которых не хочу испытывать.

И дело не только в сексе — хотя он испортил меня для кого-либо другого — дело во всем. Каждым своим действием и каждым сказанным словом он говорил мне самым простым и ясным языком: ты мне нравишься. Тогда

я понимаю, что мне конец. Для меня все кончено. Я должна найти альтернативу простому уходу без возврата; это больше не вариант.

Печаль и тяжесть в моем сердце поднимаются и рассеиваются, и я мягко выдыхаю. Теперь, когда я знаю, что мне не обязательно его бросать, я чувствую себя намного лучше. Я чувствую… головокружение, как он после нашего спаривания. Насколько я могу судить, он всю жизнь ждал, чтобы найти самку, и он выбрал меня, и он был счастлив. Счастлив. Он ведет себя как тот, чье величайшее желание исполнилось.

С очередным рыком и укусом в плечо он выскальзывает из меня, и я сажусь. Там много семени. Много. Он намного больше человеческого парня, и он создан, чтобы трахать другую Аспис. Жидкости более чем достаточно, чтобы все вокруг было в ней. Его член тоже скользкий, узоры на мошонке тусклые. Я вижу, что она, по сути, сдулась и теперь меньше половины своего размера и немного мягкая.

Мы смотрим друг на друга.

— Я не хочу быть ошибкой, которую ты совершил, — шепчу я, рада, что он не может понять, что я только что сказала.

Если бы он знал, о чем я думала все это время — например, о том, насколько все это временно — он бы не был счастлив. Для него это дерьмо про родственные души. В его мире это хрень про суженых. Черт побери.

— Я не романтичный человек.

Он просто продолжает смотреть на меня, а затем ухмыляется. Широко, самоуверенно и счастливо. Ухмылка монстра расплывается по его лицу от уха до уха. С еще одним рыком он берет меня и притягивает к себе, сворачиваясь клубком вокруг моего тела. Один из переводчиков лежит рядом, так что я хватаю его и натягиваю на голову.

Абраксас постукивает одним-единственным пальцем по моему голому животу.

— Осеменена, — говорит он с еще одним смешком.

Я игнорирую его.

Я знаю наверняка, что я права насчет этого.

Глава 16

Я шлепаю в гостиную, голая и зевающая, надеясь, что Абраксас в настроении отнести меня обратно к горячим источникам. Мне бы это очень пригодилось после прошлой ночи. Я рассеянно чешу живот, останавливаясь, чтобы взглянуть на Зеро. Мы особо не разговаривали. Невелика потеря. Я начинаю понимать, что она меня вроде как бесит.

— На что уставилась? — ворчу я, прищуриваясь.

Ее курсор угрожающе пульсирует.

«Ты спарилась с ним».

Это обвинение, если я когда-либо его видела.

«Ты дура».

Я кривлю губы в ухмылке и показываю ей фак. Абраксаса нигде не видно, но я чувствую его, высшего хищника на охоте. Он где-то рядом, вероятно, добывает завтрак. Я еще не пропускала приемов пищи.

— Да? Завидуешь, потому что ты, в лучшем случае, стерва в банке, а в худшем — жесткий диск? Ты понятия не имеешь, как приятно деградировать до клеточного уровня. Повезет в следующий раз.