Феромон
Шрифт:
Он отпускает мое плечо, а затем лижет его, приятно, медленно и томно. И после всего этого у меня остаются лишь слабые розовые шрамы, свежезажившие и практически безболезненные. Их десятки от всех этих зубов.
ЧД выжидающе смотрит на меня, словно я должна отреагировать на то, что он только что сделал. Эм. Ладно. Я тру плечо дрожащей рукой.
— Как тебя зовут? — шепчу я, боясь, что снова отключусь.
Он использует руку-крыло, чтобы надеть переводчик обратно мне на голову, роняет меня в траву и встает. Он не делает попыток помочь мне подняться, пока пальцы рук и
Я пытаюсь перевернуться на бок, чтобы лучше его рассмотреть, когда он снова опускается на четвереньки, когти впиваются в землю, и он крадется к краю поляны, сложив крылья на спине. Хвост бьет позади него, шипы подняты и блестят от какой-то фиолетовой жидкости.
— Эй. — Я заставляю себя сесть боком, тяжело опираясь на ладонь. — Ты можешь помочь мне встать? Я не люблю, когда меня вылизывают и бросают. Своди меня хотя бы на ужин сначала.
Я бормочу последнюю часть, зная, что он меня не поймет.
Чувак-Дракон внезапно поворачивается, чешуя на его спине поднимается, как шерсть у кошки, края светятся фиолетовым в такт пульсирующим спиралям на его массивных рогах. Он несется по траве так, что даже если бы я захотела притвориться, что он был мужчиной, когда лизал меня, становится гротескно очевидно, что это не так.
Он взбирается на бок массивного дерева с помощью когтей, а затем исчезает в листве на одной из веток. Следует крик, а затем — ливень из крови. Она льется с веток прямо перед тем, как тело с глухим ударом падает в грязь у ручья, медленно перекатываясь, пока не опрокидывается в воду, и его уносит обманчиво сильным течением.
Я успеваю рассмотреть его достаточно хорошо, чтобы понять, кто это: один из клыкастых.
— Блядь.
Знаю, я слишком много ругаюсь. Пытаюсь бросить эту привычку, но, вероятно, не выйдет. Зато намерения у меня благие.
Чувак-Дракон приземляется в кровь рядом со мной, забрызгивая мою кожу настолько, что по рукам и ногам бегут мурашки. Он щурит на меня глаза и кривит губу, издавая еще один из тех долгих, низких предупреждающих рыков.
— Получи… желание.
Что бы он ни пытался сказать, это должно было прозвучать как ироничная подколка. Я уверена в этом.
— Получи желание? — переспрашиваю я, понимая, пока он стоит, возвышаясь надо мной даже на четвереньках, что он ждет, пока я встану.
Мне требуется несколько попыток, но в конце концов мне удается встать на ноги. Когда меня слегка качает, он ловит меня хвостом и толкает в вертикальное положение.
Он поворачивается, чтобы уйти, и я оглядываюсь на реку, облизывая губы. Я сейчас так хочу пить, что готова рискнуть этим илистым берегом и сильным течением. Когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, куда делся Чувак-Дракон, я обнаруживаю, что он медленно исчезает среди деревьев, и начинаю паниковать.
Остаться одной в этом лесу, не имея понятия, где рынок — это меня пугает. Я храбрая девочка, но это верный путь к ранней смерти. Не говоря уже о том, что Джейн все еще где-то там.
— Постой! — Я бегу трусцой, чтобы догнать ЧД, удивленная тем, как здорово я себя вдруг чувствую. Думала, что
Я снимаю гарнитуру и протягиваю ему, предполагая, что он наденет ее, и тогда мы сможем вести более-менее нормальный диалог. Он мельком смотрит на нее, но не берет. Спустя какое-то время он встает, как человек, и идет так же, как я. Врать не буду, это утешает.
Он, блядь, намного выше меня; это просто нелепо. Я девушка среднего роста, но он огромный.
Хотя… клянусь, раньше он был больше.
Он действительно может менять размер?
Мой взгляд скользит вниз, туда, где должен быть его член, но там ничего нет, кроме гладкой, черно-чешуйчатой кожи. Проклятье. Меня накрывает величайшее разочарование, а следом — величайший стыд. О чем я вообще думаю прямо сейчас?
— Ты что-то со мной сделал. — Я указываю на него, но он не смотрит на меня.
Вместо этого его ноздри раздуваются, и кажется, что он чует что-то в лесу.
— Я ценю исцеление, но я могла бы обойтись без гормонального всплеска.
Я надеваю гарнитуру обратно; если он не собирается ее носить, я могу хотя бы извлечь из нее пользу.
— Ты разбудил мои женские феромоны, и при этом, — я жестом указываю на его промежность, — у тебя нет члена. Тебе не кажется, что это немного неправильно?
Я звучу истерично, да? Я и есть в истерике. Вчера утром я была владелицей бизнеса, работающей над покупкой своего первого дома. На следующее утро меня похищают клыкастые мужики, торгующие людьми для секса, а потом облизывает безчленный дракон.
— Полагаю, спариваться тебе удается нечасто?
Это останавливает его, и он опускает на меня свои сверкающие фиолетовые глаза. Относительно нормальный зрачок — это мило, но отсутствие белков пугает. Мне стоило бы бороться, чтобы пойти с парнем-мотыльком. Если бы не леденящий кровь крик Аврил… Я вздрагиваю.
ЧД полностью поворачивается ко мне, и я замечаю, что в его паху открывается прорезь. Появляется головка массивного члена, вырастающего до таких гигантских размеров, что я зажимаю рот обеими руками. Затем под ним, под немного другим углом, появляется второй член, чуть меньше первого.
— Когда… я… мелкая.
Вот что он говорит мне, а затем прорезь закрывается, и оба его члена втягиваются обратно внутрь.
— Получи… желание.
Он продолжает идти, пока я, раскрыв рот, пялюсь на его, признаться, очень даже неплохую задницу. Может, она и покрыта гладкой чешуей, но в остальном она идеальна. Мне открывается отличный сочный вид, пока его хвост движется из стороны в сторону.
— Срань господня. — Я давлюсь этими словами, а потом молчу до конца пути.
У него два члена? У самок его вида две вагины? О, может, одна для анального секса? Почему я вообще об этом думаю? Мне продолжать называть его ЧД или сменить прозвище на Большой Двойной Д? Большой ДД? Большой Д?