Чтение онлайн

— Слушай, как тебя хоть звать, чудо криволапое? А, нет, стой-стой… Знаю я ваши имена — свист, хрип и бульканье невразумительное. Как у индейцев чероки, тоже хер выговоришь — через одного Могучий Бизон или Стопудовый Член… Ладно, придумаем тебе имя, не тушуйся. Давай, двигай сюда. И лучше — на карачках. Мне не зазорно, и тебе плохо не будет. Вот по этой тропке и затем вниз, в вентиляцию. Вся механика у меня внизу. И мешок свой бери, а то споткнусь об него ненароком и выброшу к ебеням…

В маленькой комнатке, приткнувшейся под подземной теплицей, мигал огнями самодельный агрегат, перевитый десятками труб, утыканный рычагами и опутанный пучками разноцветных проводов. От одного

бока тянулись толстые черные резиновые шланги, подобно пиявкам вцепившиеся в оголенный бок толстой трубы у основания стены. С другого бока уже белые гофрированные трубы уходили к потолку, периодически содрогаясь от прокачиваемой жидкости. Но хоть изделие и выглядело подобно взорвавшимся мозгам апологета кубизма, в техническом помещении было тихо, только иногда из глубин конструкции доносились слабые вздохи, да капала где-то вода, звонко пощелкивая по железкам.

— Понял теперь, почему меня Фермером зовут? По-о-о-онял, Чингачгук, Большой Змей… О, вот и имя тебе нашли, зубастый. Будешь у нас Змей. И хвост у тебя есть, и голова. А если что — лапы отчекрыжим, и будет полное соответствие стандартам… Ладно, это я шутя…

— Это все твое? — инопланетный "индеец" подошел поближе, с интересом разглядывая аппарат.

— Мое. Уже полгода, как мое. Раньше я ближе к центру обитал. Но там пидорасов больше, чем живых душ на единицу площади. Только первый урожай поспел, как разгромили теплицу, суки. А у меня даже арбуз вызревать начал… Представляешь? После бомбардировки вся округа обуглилась, народу раз-два и обчелся, только оголодавшие психопаты друг друга жрут. А у меня — арбуз, бля. Настоящий… С такой желтоватой корочкой… Эх.

Фермер пристроился на ящике с инструментами и печально примостил голову на сцепленных руках. Новоиспеченный Змей закончил визуальную инспекцию механизма и громко чихнул, успев одновременно с этим отшатнуться назад, зацепить хвостом груду сваленных у стены железок и с грохотом примоститься на "пятую точку". Испуганно замерев, скам не решался даже скосить глаза: ой, вдруг работодатель попрет его, неловкого, с глаз долой?! И все из-за… Но мужчина лишь шмыгнул носом и прокомментировал:

— Гидропоника, бля. Воды прорва, удобрений тоже, то плесень какая заведется, то еще что… А в методичке писали: "исключительно чистое производство, без говна и запахов"… Ну, может за Периметром и так, а у нас условия спартанские, поэтому и полезные вещества из канализации добываем при случае, и мочевину добавляем естественным путем, не только из мешков… Поэтому — терпи, гений от шестеренок. Быстрее отладишь, меньше чихать придется.

— А электричество откуда? — решился задать первый вопрос Змей. — Это же дорого очень, как я слышал. Вода, электричество — все дорого.

— Вода по замкнутому циклу, ну и в напорную магистраль я врезался. Там слезы, по большей части, но хоть что-то. Правда, фильтры дохнут через день, но мне без воды — смерть. А электричество — вот оно, — и Фермер сдернул сваленное в углу тряпье.

— Реактор! — выпучился гость.

— Ептить, а то! Честно спизженный, как положено… Когда китаезы с вами рубились, они склады успели вскрыть. Потом пожгло все к чертовой матери, но кое-что осталось на развалинах Чучхе. Ну, и с дегенератом одним повезло, из ваших. Он с шоблой таких же безголовых решил нациков пощипать, те только-только тогда Битцу обживали. Вот и поплатился: кодлу на удобрения пустили, а я его на махру выкупил с переломанными лапами. Пока не оклемался, меня учил кнопки на реакторе давить, да провода правильно цеплять. Ну и с другим барахлом рассказал, что смог.

— А потом? — осторожно поинтересовался скам. Похоже, ежесекундная жестокость существования

в рамках Периметра стала неприятным открытием для механика.

— Потом оклемался, подвязался здесь на работах. За месяц заработал больше, чем я за полгода. Ваши пертые штучки подключал, проводку чинил, водопровод тянул, где можно было. Хорошо жил. А потом на какой-то пьянке за раз высосал пару литров спирта, и сдох. И откуда только добыл, мудила… Оставил меня без консультанта, бля. Му-ди-ла… Но что успел, то рассказал, а я запомнил. Так и живу… С Бондом сошелся, вместе тут угол отбивали от залетных. Потом я к разной братве в гости скатался. Предложил бартером побаловаться. Говорю: "У вас у некоторых даже дети есть, бедолаги. Да и самим не плохо бы овощей с грядки. Давайте жить дружно, ублюдки, для совместного благополучия"… И ведь живем, как ни странно. В последний месяц даже торгую без стрельбы, просто удивительно…

Болезненно скривившись, Фермер запустил руку в накладной карман жилетки, повозился и достал крохотную коробочку, блеснувшую голубой искрой. Ловко приложив к шее, щелкнул автоматическим инжектором, тяжело задышал и отбросил опустевший аппаратик в угол, где уже валялась куча подобных.

— Ох, забористая зараза!.. Ох… Так, ладно, тебе не предлагаю, тебе еще работать. А мне — в самый раз. Хоть после вчерашнего поправит, а то сушняк уже замучил…

Медленно поднявшись, мужчина побрел к лазу наверх, перешагнув через лежащий на полу хвост.

— Я часик сосну, потом вернусь. Ты себе место разгреби, если надо, и посмотри, что тут как склепано. Лапами не трогай, только смотри! А то знаю я вашу блядскую натуру — дай работающее сломать, меха-а-а-анники… Как вернусь — поставлю боевую задачу. Заодно и выясним, что ты в самом деле умеешь… Все, обживайся…

Дождавшись, когда в теплице стихнут шаркающие шаги, Змей бесшумно прокрался в угол и принюхался к пустым инжекторам. Обеспокоено покачав головой постоял с минуту, затем вернулся в угол и начал наводить порядок, сортируя сваленные в кучу железки…

Через два дня Фермер заглянул вечером на огонек к хозяину территории. Устроившись на подоконнике, он хмуро щелкал семечки, выплевывая шелуху на голову редких прохожих внизу. Прокаленная за июньский день Москва исходила жаром, пылью и вонью от близко расположенных отхожих мест. Опаленные огнем деревья и кусты медленно восстанавливались, омытые недавними дождями, но выжженная земля утратила травяной покров, позволяя ветру гонять облака пыли по всей округе.

— Ну, как твоя индейца? — поинтересовался Бонд, захлопнув толстый гроссбух. — Сделал ремонт?

— Моя индейца — редкостная сука, — зло сплюнул вниз владелец теплицы. — Подтвердил мои худшие подозрения. Правда, Змей?.. Ага, правда, вон, шары прикрыл и ветошью прикинулся… Бракоделы ебучие, как только на своих звездолетах летают еще… Половина начинки в опреснителе на ладан дышит, менять надо. И фильтров у меня на неделю. А все бухтят: "великая раса, могучая Империя"… Бляди…

— Ломается? — заинтересовался проблемой бывший цэрэушник, после крохотного колебания выдавав гостю запотевшую бутылку пива.

— Пять дней проживет. А потом — пиздец… И огурцам с помидорами — тоже пиздец… Надо запчасти добывать.

— К скамам поедешь?

— Куда же еще. Можно к охране сунуться, я там пару-другую крабов знаю, но вряд ли они разрешат готовую продукцию потрошить. Поэтому — надо будет в набег идти.

Увидев, как Фермер прикончил бутылку в пару глотков, хозяин каморки еле успел перехватить занесенную для броска руку и отобрал пустую тару:

— Э, мудьяк! Дома будешь стекло бить! А здесь мусоркой пользоваться, да!