Чтение онлайн

– Я долго о ней не вспоминал, и я бы предпочёл, что бы так всё и осталось. Она мертва. Вот и всё.

Я могу сказать по его страдальческому выражению на лице, это далеко от истины.

– Ты, должно быть, скучаешь по ней.

– Хватит! – Встаёт он. – Чёрт возьми. Ты всегда такая любопытная?

– Ты всегда такой скрытный? – Я обороняюсь, не в состоянии остановить себя.

Он направляет строгие голубые глаза на меня, чтобы заставить меня отступить, но меня это не пугает. Ни на одну секунду.

– Я просто думаю,

что если бы ты поговорил то …

– То что? Я вдруг стану лучше? Экстренное сообщение, красавица, это дерьмо не работает в реальном мире. Воспоминания из прошлого только больше трахают головы людей. Это не может магическим образом исцелить их. Люди не говорят о некоторых вещах не просто так, и, поверь мне, у меня есть причина.

– Это всё-таки неправильно. Если ты просто…

– Почему бы тебе не последовать своему собственному совету, а? Я видел синяки на твой руке, тогда, в день знакомства. Почему бы тебе не сказать, почему ты действительно убежала из дома? Что, было так плохо? Твой парень тебя бил? Или твой отец? Кто? – Из его лёгких резко выходит воздух, и он смотрит на моё паническое выражение лица. – Не так легко говорить, о чём ты не хочешь, не так ли?

Воспоминания того дня наводнили мой разум. Мысли, о том, что мне пришлось пройти, вызывают у меня рыдание. Он заставил меня вспомнить всю адскую жизнь, которую я оставила позади.

– Чёрт побери. – Ксавьер закрывает глаза и делает глубокий вдох перед тем, как открыть их и обнять меня. – Мне очень жаль, Анна. Я не должен был ... блядь.

Я качаю головой, поскольку вина нахлынула на меня, наконец я поняла, почему он не хотел говорить о своём прошлом. Боль моего собственного прошлого трудно унять, и я могу только вообразить то, как он должен чувствовать себя, ведь его прошлое намного хуже моего.

– Я тоже сожалею. – Я прячу лицо в его груди и продолжаю тихо плакать.

Мы стоим в течении нескольких минут беззвучно и не шевелимся. На мгновение я чувствую, как стена, что Ксавьер построил вокруг себя, немного исчезает, и это позволяет мне увидеть его внутри, но только на мгновение. Воспоминания, которые преследуют его, не обсуждаются, и я буду уважать его решение, но надеюсь, что в один прекрасный день он будет доверять мне настолько, чтобы всё рассказать.

Куинн прокашливается.

– Здесь всё в порядке?

Ксавьер отодвигается от меня и смотрит в моё заплаканное лицо. Он гримасничает, мой вид причиняет ему физическую боль.

– Я должен идти.

Паника наполняет меня. Я не знаю, увижу ли когда-нибудь его снова, если он выйдет из этой двери прямо сейчас. Без объяснений.

– Ксавьер … подожди. Пожалуйста.

Он качает головой.

– Я не могу.

Я сглотнула, как он выбежал мимо Куинн в дверях и, возможно, из моей жизни, навсегда.

Я прикусываю губу и пытаюсь унять слёзы. Это безумие, чувствовать себя таким образом из-за него, но я не могу с собой ничего поделать. В нём есть

намного больше, чем он думает. Ему больно, и я просто хочу знать, как ему помочь.

– Так что всё-таки произошло? – Куинн спрашивает, когда Ксавьер становится вне пределов слышимости. – Ты уверена, что вы двое не спите вместе? Потому что вели себя чертовски напряжённо.

Я вздыхаю и беру бумажный носовой платок со стола Энди.

– Я думаю, что я просто испугала его.

Она наклоняет голову.

– Как ты это сделала?

– Он сказал мне, что не говорит о своей семье, а я не смогла удержаться от вопросов. Он расстроился. Мы оба сказали гадкие вещи ... но извинились, и теперь я не уверена, как мы будем дальше общаться. – Я вытираю под глазами размытую тушь носовым платком. – Я не знаю, увижу ли его когда-либо после этого.

Признание вслух, что я могу его больше не увидеть, снова вызывает у меня рыдание. Моя двоюродная сестра мгновенно обнимает меня.

Я обнимаю её, и она вздыхает.

– Вот дерьмо. Это хуже, чем я думала. У тебя уже есть чувства к нему, не так ли?

Всё, что я по её просьбе говорю вслух, делается реальным, и я не уверена, что готова к этому. Но я должна сказать, ведь Куинн не остановится и будет подталкивать меня, если я не скажу этого.

Я закрываю глаза, и слеза скатывается по моей щеке.

– Я не знаю, что происходит между нами. Всё, что я знаю, это то, что боюсь не увидеть его снова ... это пугает меня.

Она кивает.

– Я понимаю. Ты не можешь позволить ему оставить Детройт с этим грузом, который возник между вами двумя. Ты должна дать ему понять, что ты создана для него.

– Что, если он не захочет меня видеть?

Куинн улыбается.

– Он захочет. Поверь мне. Ты должна пойти за ним.

– Сейчас? – Я качаю головой. – Я не могу. Что скажет Энди, если я просто уйду посреди своей смены?

Она машет мне.

– Я скажу ему, что у тебя болит нога, и ты должна была пойти домой отдохнуть. Он будет волноваться, что ты получила травму на работе, но обрадуется, узнав, что ты не заявишь претензию на него. – Она роется в кармане. – Бери мою машину.

– Тебе нужно, чтобы я вернулась и забрала тебя?

– Нет. – Она усмехается. – Брок подбросит меня.

Я поднимаю брови.

– Я так понимаю, вы двое снова помирились?

Её улыбка расширяется, и она облизывает губы.

– Можно сказать и так. Мы работаем над этим в последние две ночи, на стоянке после работы, на заднем сидении моего автомобиля.

Я смеюсь и отхожу от стола, чувствую лишь небольшое жжение в коленке.

– Вы, ребята, слишком мутные. Позвони мне, если тебя потребуется забрать, и я вернусь за тобой.

– Будет сделано. Говоря о звонке ... – Куинн останавливается на секунду. – Ты ещё не звонила дяде Симону?

– Нет, – я шепчу. – Я всё ещё не готова говорить с ним.

Куинн хмурится.