Чтение онлайн

— А что, не откажусь, — Вовка нарочно напыжился. — Имя свое изменю, что-нибудь оригинальное, например, Мизер Первый. Звучит?

— Потом пофантазируем, — улыбнулся Владимир и, попросив нас никуда не отлучаться, ушел в лабораторию подготовить почву. Со мной Вовка был послушен и серьезен, он и сам не верил, что через три часа встретится с Потаповым и Поповым. Волновался. И попросил еще налить ему чай. Я наполнил чаем колпачок от тюбика и направился в столовую за вареньем. Вдруг раздался голос Юлии:

— Можно, Саша?

Она приходила

ко мне обычно по вечерам, а ее появление ранним утром было для меня неожиданностью. Я растерялся, да еще как назло находился далеко от стола, на котором пил чай Вовка. Я видел, как он заметался по столешнице, но спрыгнуть не мог — разбился бы или стал калекой. Я было рванулся к нему, чтобы успеть спрятать в карман, но Юлия уже вошла в комнату. Я сам приучил ее входить ко мне без разрешения, а слова «можно, Саша» были просто как приветствие. Думал, что Вовка спрячется за кувшин или за мою чашку, однако он, подбоченясь, принял позу мыслителя и застыл на месте. Я надеялся, что Юлия не увидит его, а я, выбрав удачный момент, смогу спрятать его. Но девушка сразу обратила внимание на необычную статуэтку.

— Интересная куколка. Ты где взял ее, Саша? Кто изваял это чудо! Поразительно … да это же прямо живой Володька!

Я молчал. Вовка, естественно, тоже. А Юлия, продолжая удивляться, взяла Вовку в руку. Тот напрягся, но позы не изменил.

— Вчера Володя был точно в таком же костюме. А глядит-то, Саша, как глядит! Это живые глаза, — она перевернула Вовку вниз головой и посмотрела на подметки туфель. — На редкость филигранная работа, впервые такую прелесть вижу. Чье это произведение? Из какого материала? Это не гуттаперча, — она согнула Вовку дугой через спину.

— Хребет сломаешь! — зло и обреченно воскликнул Вовка.

Юлия от неожиданности чуть не уронила его не пол.

— Поставь на место! — крикнул требовательно Вовка.

Юлия оторопело поставила его на стол. Он согнулся, разогнулся, пощупал спину и, как ни в чем не бывало, сел допивать чай.

— Что здесь происходит? — пришла в себя Юлия. — Саша, что за представление?

— Он дал мне слово молчать, — ответил за меня Вовка. — Но раз мы влипли, то я сам скажу — я и есть Владимир.

Юлия побледнела:

— Неужели … флуктонная пушка?

— Да, она.

— А кто тебе позволил! Саша! — она повернулась ко мне, глаза ее гневно сверкали. — Это и есть ваш эксперимент! Ты что мне говорил? Что никому ничего не угрожает и что никто не пострадает. Ты хладнокровно обманул меня!

Оправдываться я не мог, я падал в пропасть.

— А кто пострадал? — спросил Вовка. — Кто? Кому мы угрожаем?

— Да вы не представляете, что натворили! С тобой еще разберутся, а для начала я воспользуюсь правом сильного и хоть раз душу отведу — отшлепаю тебя.

— Но, но! — вскочил Вовка. — Физическая расправа над личностью! Не позволю! — и он принял боксерскую стойку.

Юлия как-то обмякла и устало опустилась в кресло. В это время вернулся Владимир. Увидев его, Юлия

округлила глаза и, удивительное дело, облегченно вздохнула:

— Правильно. Я почему-то подумала, что это Володя уменьшился, а это же просто его копия. Так, Саша?

— Всего лишь навсего копия, — ответил я. Мое падение в пропасть приостановилось.

— Разоблачение? — мрачно и неизвестно кого спросил Владимир.

— Случайное.

— Ради озорства сотворили? — кивнула Юлия на Вовку.

— Нет. Мы люди серьезные. У нас цель.

— Какая?

Владимир погрозил мне пальцем.

— Браток! — подал голос Вовка. — Она все равно не отвяжется, только нервы себе и нам попортит. А я сейчас мигом все улажу. В общем так, Юля. Сегодня я перемещаюсь на астероид помогать Потапову и Попову. Тихо! Не перебивай меня! Я тебя не шантажирую и не запугиваю, я вынужден прибегнуть к крайним мерам. Если ты прямо или косвенно помешаешь моему перемещению, для чего я специально создан, то даю слово, что я покончу жизнь самоубийством. Мне это раз плюнуть. А убийцей фактически будешь ты. Вот и соображай.

Закусив губу, Юлия была в замешательстве.

— Что ж, я вынуждена подчиниться. Ты жестокий маленький человечек!

— Весь в него, — кивнул Вовка на Владимира.

— Не задирайся. Ты — это ты, а я — это я. Лучше подумаем, как будешь жить на астероиде. Присаживайся, Юля, что-нибудь по части быта подскажешь.

Юлия уже успокоилась и признала, что задуманное Владимиром мероприятие хоть и не совсем правильное и человечное, но в общем-то из-за особых обстоятельств приемлемое. И сказала, что Вовке нужна постель и своя маленькая посуда. Постель мы кое-как сообразили, а с посудой дело было хуже, не было времени на ее изготовление. Юлия подсказал еще много разных бытовых мелочей. Таким образом, она стала соучастницей «преступления». А я выбрался из пропасти.

Наша «преступная» группа направилась в институт для завершающей операции. Вовка в знак примирения с Юлией разрешил ей нести себя в дамской сумочке.

Владимир взял для перепроверки герметический ящик-клетку, в которой резвились два попугая, отправляемые на астероид по просьбе Попова. В двойном днище клетки размещалась аппаратура жизнеобеспечения, там был оборудован уголок для Вовки, вроде нахлебника у попугаев.

Выждав удобный момент, Владимир опустил Вовку в клетку и растроганно сказал:

— До скорого свидания, Вовик! Будь мужчиной!

Вовка сделал прощальный жест рукой, скрылся в днище и уже оттуда прокричал:

— Прости меня, Юлька, за жестокость. До встречи, Браток! Будь здоров, Шурка! Береги себя!

У Юлии в глазах застыли слезы.

— Бессердечный ты человек, — сказала она Владимиру.

— Это как сказать, — ответил Володя, а у самого голос дрожит. — Надо, Юля, надо!