Чтение онлайн

Узнав, что я слесарь-газовик, Тока нахмурился и сказал, что специальности у меня вообще нет, поэтому с жильем будет туго. Естественно, у меня к Токе было много вопросов. Мы долго сидели, и я все спрашивал и спрашивал. Ну, об этом отдельный рассказ. Скажу лишь о главном, что порадовало: разоружение хоть и со скрипом, но все-таки состоялось, начали с малых ядерных зарядов и добрались до межконтинентальных ракет — все уничтожили. Постепенно взялись и за обычное вооружение, пока на планете ни одного танка, ни одной пушки не осталось. А потом и автоматы с пистолетами переплавили. И прекрасно обходились без армий. Случались, конечно,

крупные международные конфликты, да много ли кулаками навоюешь. И еще, не менее главное — природу уберегли. Земной шар окутывает чистая атмосфера.

Нашу беседу прервал Афиноген. Он откуда-то притащил огромную, в свой рост, куклу, в точности похожую на него и в такой же одежде, пожелал нам приятной беседы и вместе с куклой пошел спать. А мы все сидели, говорили, живали хариусов домашнего копчения и запивали солоноватым зеленым чаем. была поздняя ночь, а на улице достаточно светло. Я поинтересовался: почему не темнеет?

— Это Лунета, — сладко зевнул Тока. — Система зеркал в космосе. Давай спать Александр. Я нарушаю режим. Какой ты воздух любишь? Морской, горный, степной?

— Люблю запах хвои.

Я вошел в свою спальню. Сразу запахло хвоей. Очень хотелось спать, но заснуть долго не мог, уж очень в необычном положении оказался. И почему именно я? Есть какая-то причина. И я чувствовал, что откроется и свершится нечто потрясающее, такое, что даже для фантастики будет невероятным. А пока нужно было думать о своем месте в новой жизни.

Утром Тока и Афиноген старательно и добросовестно делали гимнастику, и было видно, что они получают от этого удовольствие. Я сроду гимнастикой не занимался, а тут без лишних слов присоединился к ним. После зарядки плавали наперегонки в домашнем бассейне, и я всегда был на последнем месте. Вкусно позавтракали. Афиноген сразу, кряхтя от натуги, куда-то потащился со своей куклой. Мне почему-то стало смешно. Тока хотел остановить мальчишку, но со словами: «А, пусть», безнадежно махнул рукой и стал мне показывать свой микровольер, где уживались и кролик, и белка, и суслик, не говоря уж о кошке и собаке. Тока называл каждое животное по имени и улыбался. Потом не на шутку встревожился долгим отсутствием аиста. Приятный и забавный человек, я бы с радостью согласился жить у него. Похоже, что он неженат, и я набрался наглости спросить его об этом.

— Я семейный, — ответил он, и взгляд его потускнел. — Меня считают неполноценным человеком. Они вида не подают, но я-то вижу. Моя Серафима все свободное время проводит на работе. А вчера уехала в Шанхай выращивать птерозавра — вымершего летающего ящера. Я не обижаюсь, это ее работа, ее увлечение. А сын наш сейчас в Австралии, это по школьной программе путешествие. Ты посмотри на моего племянничка Афиногена. Шалопай. Его класс на экскурсии на подводный вулкан в Атлантике, а он сбежал, пользуясь тем, что папка с мамкой легли на полторы недели в радиоку — тоже захотели видеть мир в радиоволнах. Мода такая пошла. Я считаю это лишним, довольствуйся теми чувствами, которые получил от природы. И на старинные имена давно уже мода. Жену мою Серафимой зовут, ее сестру — Ярославной. А я — Харлампий, но отзываюсь на Току, это по первым словам фамилии Токарев. Вот такие дети мы и есть.

Я думал, что люди будущего будут разговаривать таким заумным языком, употреблять такие заковыристые обороты речи, что сразу их и не поймешь. А в действительности, язык их чрезвычайно прост и понятен. Приятно слушать. И притом я, как дитя своего времени, рассказываю по-своему, рассказываю так, как все воспринимал.

Тока

привел меня в яйцеобразное желтое здание без окон, в моем понимании — домоуправление. Без людей. И велел вслух сказать основное о себе и о том районе, где бы я хотел жить. Я, наверное, лепетал не то что надо, но невидимый администратор все лишнее отбросил и выдал адрес.

Это был старинный двенадцатиэтажный дом из силикатного кирпича. Помню, их только начали строить при мне с так называемой улучшенной планировкой. Всякий стремился попасть туда, но устраивалось в основном начальство. Трехкомнатная квартира, лоджия, балкон. Тока по-хозяйски прошелся по комнатам, заглянул в туалет, потоптался на балконе и вышел оттуда с виноватым видом:

— Я предупреждал тебя, что с жильем будет туго. Так что не обижайся, но холостым неспециалистам дают только такие паршивые квартирки. В «горах» и «на лугу» тут не поспишь. Даже сокопровода нет, зато вода — родниковая.

А по мне эта квартира была шик-модерн. Тока объяснил, как пользоваться видофоном, после чего проделал определенную комбинацию с кнопками. В воздухе возникло изображение девушки с длинными косами, она будто пожаловала в гости. Тока сказал, что изображение можно уменьшить или увеличить и продемонстрировал увеличение, пока голова девушки не заняла всю комнату.

— Я балуюсь, — захихикал он и уменьшил девушку до натуральной величины. — Здравствуй, красивая! Нам нужна мебель.

— Пожалуйста, выбирайте. И больше не балуйтесь.

Перед нами поплыли образцы диковинной мебели. Я не стал выбирать, попросил обыкновенный платяной шкаф, диван, стол — все то, что напоминало бы мне старую комнату в коммуналке. Даже табуретку на кухню заказал. Пришлось для этого эскиз нарисовать.

— Задали вы нам задачку, — улыбнулась девушка. — Придется подождать не меньше часа.

— С ума сойти, так долго, — проворчал Тока и, пообещав мне позвонить, направился к выходу.

— Минуточку, — остановил я его. — Мебель тоже бесплатно?

— Как бесплатно? Э.… Ну, разумеется.

— Так у вас вообще денег нет?

— Деньги — это, собственно, не деньги. Это кайки, такие билетики. У нас, как ты говоришь, первые необходимости бесплатные: питание, одежонка, жилье, транспорт, да много чего. А есть еще и другие необходимости, ой сколько их! Кайки нужны, Александр. Каечки текут, как у вас и денежки текли. Ты уж отпусти меня, опаздываю. Мебель жди.

Минуя лифт, Тока по ступенькам сбежал вниз. Я вышел на балкон, вернулся, прошелся по комнатам. Посуды на кухне не было, холодную родниковую водичку попил прямо из крана и спустился на улицу. Играли дети, поодаль на площадке гоняли мяч взрослые, шумели и галдели зрители. Я гулял, удивляясь отсутствию машин и асфальта, куда ни сунься — всюду нежная травка и малюсенькие белые цветочки. Воздух чистый, как после дождя. Сидел на скамейке, ждал свою мебель. Интересно, на чем ее привезут? Когда третий по счету прохожий участливо справился о моем здоровье и самочувствии, пошел домой. Стало скучно и грустно.

И тут ко мне постучали. Вошел довольно симпатичный молодой человек в светлом полосатом костюме и небрежно повязанным галстуком. Он был явно взволнован, волнистые волосы слегка взлохмачены, а в глазах — озорной блеск.

— Будем знакомы! — он протянул руку. — Владимир.

Рукопожатие его было энергичным и долгим. Он восторженно и как-то изучающее глядел на меня:

— Шура, я все о тебе знаю от Токи. Очень здорово! Будем вместе работать.